Решительно я набрала её номер. Мы давно не общались, но я сразу узнала её приятный звонкий голос.
Как и ожидалось, она была ошарашена моей просьбой. Мы полчаса напряжённо спорили, и она всячески пыталась отговорить меня от задуманного безумства. Жасмин не поддавалась мне до последнего.
– Слушай, – зашла я на очередной круг своих уговоров, – я всего лишь поговорю с ним по телефону, и всё, – тут мне пришлось соврать, – и я не скажу Лоурену, что это ты дала мне номер Джима, если он что-то пронюхает. Всё будет в порядке!
– Дело не в том, что я боюсь, что босс устроит мне взбучку. Тебе не следует иметь дел с господином Гроссмайером-младшим! Мне не верится, что ты добровольно идёшь на такой риск после всего того, что он сделал с тобой на Капри! Мне всё это не нравится!
– Не переживай за меня. Я большая девочка и смогу за себя постоять. Поверь, без веской причины я бы ни за что не полезла на рожон! Я обещаю быть очень осторожной!
На другом конце послышался глубокий тяжёлый вздох.
– Хорошо, – сдалась она в итоге, – но прошу, смотри в оба и по возможности ограничься телефонным звонком. Хотя я не верю, что ты не пойдёшь с ним на встречу, если он настоит на этом.
– Спасибо, – выдохнула я с облегчением, старательно записав номер, который она мне продиктовала.
Мне было жаль, что я не могла рассказать Жасмин всей правды, но вмешивать в свои проблемы ещё больше людей мне совесть не позволяла. Я должна была встретиться с Джимом и поговорить с глазу на глаз. Это было неизбежно.
Закончив разговор с Жасмин, я минут двадцать неподвижно пялилась на клочок бумаги с номером, прежде чем набрать его. Наконец дрожащими пальцами я нажала кнопку дозвона. Моё сердце так быстро прыгало от волнения, что я слышала его громкий глухой стук в ушах.
– Да? Гроссмайер слушает!
Голос Джима… Через телефонную трубку он был так похож на голос Лоурена! «Больно», – подумала я, и моя рука затряслась ещё сильнее. Пришлось держать сотовый двумя руками, чтобы не выронить. Всё, что было связанно с Лоуреном, и всё то, что каждый день наполняло меня счастьем, стало причинять боль.
– Это Лина, – выдавила я хриплым неуверенным голосом. Во рту пересохло.
Настала короткая пауза.
– Ого! Неожиданно… Я могу чем-то помочь?.. – Даже через трубку было слышно, как он ухмыляется. Врун! Он знал, что я объявлюсь.
– Нужно встретиться, – отрезала я.
– Как недружелюбно! Где же твоя вежливость, птенчик? «Джим, я хотела бы с тобой встретиться, пожалуйста!» Ну или хотя бы что-то в этом роде.
Меня бесили его игры, но мне ничего не оставалось, кроме как поддаться. Он был сейчас кукловодом.
– Джим, я хотела бы с тобой встретиться, пожалуйста, – повторила я за ним, стараясь скрыть своё отвращение к этому человеку.
– Так-то лучше, но всё равно не то. При том, что я ведь тебе симпатизирую, а ты вечно такая колючка! Нехорошо!
– Слушай, заканчивай театр! Так мы встретимся или нет? – не выдержала я, переходя на резкий тон.
– Хорошо. Я заберу тебя после обеда из университета.
– Нет! – выкрикнула я поспешно, но потом опомнилась и добавила спокойнее: – Давай лучше в другом месте.
– А-а-а, понимаю! – протянул он. Очередная насмешка в его голосе заставила меня скривиться от неприязни. – Лоури не даёт тебе и шагу в сторону ступить, но тебя это мало спасает от мерзких людишек, правда? Не сердись на него сильно, он не знает, как устроен внешний мир, и не умеет решать такие проблемы. Вроде бы и взрослый, и весь занят в шоу-бизнесе, но такой простачок наивный, что за живот хватаешься!
– Много болтаешь не по делу. Меня не волнует твоё мнение и что ты там думаешь о своём брате. Так что там с местом встречи? Давай определимся уже!
– Не переживай. Я всё устрою как надо. До свидания, язва моего желудка, – без дальнейших церемоний он просто отключился.
Это я-то язва?! А он тогда кто?! Химическое оружие массового поражения?!
У меня всё тело дрожало от негодования, и стрелка моего «спидометра неприятностей» резко рванула вверх. Эта встреча не сулила ничего хорошего. Всё было хуже некуда. Я понимала, что добровольно ставлю ногу в капкан, и всё равно убеждала себя, что поступаю правильно. Мне просто ничего не оставалось, как верить в это.
Больше не теряя ни минуты, я начала собираться на занятия. Теперь назад дороги не было. Моим друзьям я твёрдо решила не сообщать о том, что связалась с Джимом. Хватит с них интриг! Раз я обладаю гордым статусом девушки Лоурена, зная изначально, что он за человек, я должна быть в состоянии самостоятельно нести всю ответственность, вытекающую из наших отношений.
На лекциях, как и всегда в последнее время, мне было очень сложно сосредоточиться. Я себя за это ненавидела! С невероятной скоростью мы проходили вещи, которые нужно было знать назубок, а я всё никак не могла собраться и посвятить себя учёбе. До сессии оставался месяц. Я безнадёжно отстала от остальных и была уверена, что в этот раз провалю большую часть экзаменов.
Как я могла довести себя до такого позора?! Я столько сил вложила, чтобы сдать абитур на отлично и поступить на медицинский факультет – и вот результат. Столько усилий, пота и слёз пошли прахом по вине Лоурена!
Я еле досидела до конца учебного дня. Во всём теле была жуткая усталость. Хотелось упасть в кровать и спать много лет подряд, не просыпаясь. Занятия у меня закончились раньше, чем у Аннеты и Натана, и я топала к пожарному выходу из университетского городка, где меня должен был ждать водитель. Но его там не оказалось. Удивлённо я оглядела шоссе. Но и там чёрного комфортабельного «Мерседеса» не было и в помине.
Вот же незадача! Я забыла взять с собой маскировку. Разгуливание без неё могло обернуться очередной катастрофой.
Пока я обдумывала, как поступить дальше, возле меня послышался оглушительный свист тормозов. Щелчок. Задняя дверь жёлтого спортивного «Феррари» отворилась прямо передо мной.
– Запрыгивай, птенчик! Подвезу!
Я разинула рот. За рулём сидел Джим, как всегда вылизанный и вычищенный до перфекционизма, в дорогом тёмно-синем костюме, кипенно-белой рубашке и, судя по всему, в блестящем настроении. Брендовые солнечные очки упали ему на переносицу, и он сверкал на меня зелёными кошачьими глазами. Всё, чем он был похож на Лоурена, – это голосом и глазами. В остальном они разнились, как два полюса. Рассуждая так, я могла немного унять боль в груди. Видеть черты любимого человека в своём враге было всё равно что сыпать соль на открытые раны.
Я не раздумывая села в машину, захлопнув дверцу и пристегнувшись. Прежде чем нажать на педаль газа, Джим подметил:
– А ты смелая!
Я откашлялась, не ожидая таких слов.
– Ты ошибаешься – это не смелость, это трусость. Я сейчас сижу тут не потому, что уверена в своих силах, а потому, что ищу ответы на вопросы, которые сама не в состоянии найти.
Он растянул губы в кривой улыбке и пристально посмотрел на меня. Я упорно таращилась в лобовое стекло, но боковым зрением прекрасно улавливала его пронизывающий до костного мозга взгляд. Он изучал меня, словно какое-то редкое насекомое.
– Ты по-прежнему весьма занимательная особа, Лина Краус! Я дам тебе ответы на все твои вопросы, только за просто так ничего не бывает! Надеюсь, ты это понимаешь!
– Понимаю. Не гони лошадей, тише едешь – дальше будешь.
– Ух, какая