Тем временем тишина в зале стала осязаемой.
— ТРУС! — вдруг выкрикнул звонкий девичий голос.
Принцесса Инна, старшая дочь, шагнула вперёд от трона.
— «Симпатичная, — пронеслась у меня мысль. — Особенно когда злится».
— Ты трус, и жалок, если страх перед каким-то зовом заставляет тебя забывать о долге перед короной!
Валадимир даже не думал её останавливать. Наоборот, он смотрел с интересом.
Я перевёл взгляд на принцессу. И мне стало смешно.
— Не тебе меня упрекать в трусости, принцесса, — произнёс я с усмешкой превосходства. — Твой отец, чтобы защитить вас, всех Ирвентов, всех твоих братьев и сестёр, отправил меня на гибель. Меня! Наследника Великого и древнейшего рода Греи. Он нарушил неписаный закон ради вашего комфорта.
Я сделал паузу, позволяя словам повиснуть в воздухе.
— И пока вы жили здесь, в золотой клетке, ели с серебра и не знали ни в чём нужды, я проливал пот и кровь в грязи, ради своего выживания. И если раньше я был вынужден делать вид, что я простил вас… то теперь мне этого делать не надо.
Я посмотрел на короля.
— Мне неприятно находиться в Вашем обществе. Меня тошнит от этого лицемерия. И я не знаю, что должно произойти, чтобы это изменилось. Скорее небо рухнет на землю, чем я забуду то, что Вы сделали.
В толпе придворных началось какое-то движение. Кто-то пытался спрятаться за спины соседей. Мой взгляд выхватил знакомое лицо.
— О-о-о, граф… — протянул я, и моя улыбка стала хищной, обещающей много боли. — Вас я тоже не забыл.
Граф Факкалистер побледнел так, что краше в гроб кладут.
— И обязательно вскоре навещу Вас, — почти ласково добавил я. — Нам есть, о чём поговорить по душам. Не так ли?
Кажется, граф был готов потерять сознание прямо там.
Я отвернулся от него и снова посмотрел на короля. Ему нечего было сказать.
— Пойдём? — подставляя локоть я повернулся к Милене.
Наставница смотрела на меня с нескрываемым интересом. Она не осуждала, не пыталась одёрнуть. Она наслаждалась шоу. Склонив голову набок, она окинула меня взглядом с головы до ног, и в её глазах плясали бесята.
— Эх, Андер… — вздохнула она с наигранной грустью, беря меня под руку. — Если бы я не была замужем, то прямо здесь и сейчас сделала бы тебя своим. Такой напор… такая страсть…
Я усмехнулся, чувствуя, как напряжение отпускает.
— Почту за комплимент.
Мы развернулись спиной к трону. Спиной к королю. Спиной ко всей этой разряженной толпе. И в полном молчании, под стук наших сапог по мрамору, вышли из зала.
Никто не посмел нас остановить.
Как только двери за нами закрылись, мы направились к портальной площадке.
— Ну что, — спросила Милена, когда мы вышли на свежий воздух. — Душу отвёл?
— Вполне, — кивнул я. — Теперь можно и домой.
Баронесса положила руку мне на плечо, мир моргнул, и мы растворились в воздухе, оставив позади разъярённого короля и дворец, полный испуганных интриганов.
Глава 18
В Виндаре багряный диск Саи уже коснулся верхушек сторожевых башен, тогда как в столице она находилась в самом зените.
Мы неспешно шли по мощеной дорожке от портальной площадки к главному входу.
Пользуясь моментом, я повернулся к Милене.
— А когда ты научишь меня чарам телепортации? — спросил я. Мой медальон-дракончик был хорош, но он имел ограничения по количеству перемещений.
— Могла бы сегодня, — с усмешкой отозвалась баронесса, — но ты такой занятой… Столько дел, столько громких заявлений королям, — сказав это она резко остановилась. — Скажи, Андер, — произнесла она, — мне ожидать от тебя проблем?
Я тоже остановился, разворачиваясь к ней всем корпусом.
— Что ты имеешь в виду? — спросил я.
— Ирвент, — коротко ответила Милена. — Ты вообще отдаешь себе отчет в том, что сегодня сделал? Ты публично унизил монарха. Ты бросил вызов короне в ее же собственном доме.
Я хмыкнул, скрестив руки на груди.
— Если тебе что-то не понравилось, почему не остановила меня? — парировал я. — Напротив… мне показалось, что ты наслаждалась происходящим. И твоя улыбка тогда говорила красноречивее любых слов.
— Это было забавно, не спорю, — слегка наклонив голову набок, согласилась она. — Видеть, как Валадимир глотает воздух от возмущения, довольно редкое зрелище. Однако я, как твоя наставница и как Столп, обязана тебе напомнить правила игры. Мятеж против короля возможен только с одобрения Совета Драконов. И только за деяния, которые могут повлечь серьезные жертвы среди людей или угрожают существованию государства.
— Даже интересно узнать, — протянул я с нарочитой задумчивостью, — под «серьезными» сколько подразумевается? Тысяча? Десять? Сто тысяч? Есть точная цифра в справочнике драконов?
Милена нахмурилась.
— Я теряю нить разговора, Андер, — отстраняясь произнесла она. — Я тебе пытаюсь сказать совсем другое. Ирвенты неприкосновенны. И все Столпы королевства, включая меня, встанут на их защиту в случае прямой угрозы. Это наш долг. Не заставляй меня выбирать между ролью наставницы и долгом перед короной.
Я поднял руки в примирительном жесте, видя, что разговор заходит на опасную территорию.
— Оу, полегче, — сказал я, став абсолютно серьёзным. — Милена, ты за кого меня принимаешь? Я точно не мятежник и не убийца. У меня нет планов свергать династию или устраивать кровавую бойню в столице. — Я сделал шаг к ней, понизив голос до доверительного шепота. — То, что у меня возникли недопонимания с Валадимиром, это мои с ним личные дела. Он хотел моей смерти, он отправил меня на убой. Я сказал, что не забыл и не простил. Теперь за ним ход.
— И ты думаешь он оставит это