Выходим на нужном этаже и издалека уже я вижу приёмную. Стеклянные двери в конце коридора отличаются от остальных витиеватым вензелем компании. По коридору с важным видом снуют сотрудники, не обращая на нас никакого внимания. Оно и понятно, конец рабочего дня.
В приёмную мы проходим беспрепятственно, Лены по-прежнему нет на месте. На двери под табличкой с фамилией генерального директора висит ещё одна табличка с надписью: «Без вызова не входить». Из-за неё доносится какая-то возня. Вопросительно смотрю на Дашу. Она пожимает плечами.
— Похоже, он там до сих пор с Леной. А такая девушка вроде на вид приличная.
Решаюсь доверить царевича Даше.
— Посидишь с ним? Никуда не сбежишь?
— Не сбегу. Мы же договорились, — Даша плюхается в одно из двух кожаных кресел. — И ты очень заблуждаешься, если считаешь, что я мечтаю снова слушать его ор.
Ставлю автокресло рядом с ней, и рывком открываю дверь в кабинет директора.
Глава 52
Богдан
За столом никого нет, зато на диване картина маслом. Голая задница Эдика мерно врезается промеж бёдер растрёпанной рыжей девушки и выгнувшись со стоном замирает. Увидев меня, она упирается руками Эдику в грудь и поворачивает ко мне раскрасневшееся лицо. Крик срывается с её губ со смазанной помадой.
Расценив его как призыв о помощи, в два прыжка оказываюсь возле распоясавшегося кобелька и одним движением сдёргиваю его на пол. Прижимаю Эдика между лопаток кроссовком.
— Лежать бояться!
Лена, красная как рак, одёргивает подол и, садится, запахивая рубашку на груди.
— Ну ты и урод! — пыхтит она и пинает Эдика ногой.
— Ленка, ты же сама далась, — брыкается он под моей ногой. — Рыжик мой ненаглядный, я тебе шубу куплю, бриллиантами осыплю… Да пусти ты, придурок! — это уже прилетает мне.
— Лена, оставьте нас, пожалуйста. Если вам нужны услуги адвоката, я к вашим услугам.
— Как с тобой Люба столько лет жила? Ты же чокнутый! — выдыхает она, сверкая горящими глазами в сторону Эдика, и пытается застегнуть рубашку. Не справившись, завязывает её узлом под грудью с сикось-накось натянутым на неё бюстгалтером, срывается с дивана и несётся к двери. — Я… Я всё ей расскажу… Пусть знает!
— Не надо! — кричу ей вслед, но дверь захлопывается. Бросаю взгляд на белёсую лужицу на диване. Кончил так нехило Эдик.
— Вставай давай! Говорить будем, — убираю ногу с него и, метнувшись к двери, выглядываю в приёмную.
Даша сидит, вжавшись в кресло, а Лена уже прижимает трубку к уху.
— Люба, здравствуйте! Даже не знаю, как правильнее назвать вашего бывшего мужа… — Лена тяжело дышит и, видимо, отвечает на лаконичный Любин ответ. — В точку.
Забираю у неё телефон и сбрасываю звонок.
— Что вы делаете?
Лена плюхается на стул и переводит дыхание.
— Он всегда ей изменял. Всегда! Сейчас разведётся со своей молодухой и снова к Любе полезет! Я слышала, как он разговаривал с кем-то и говорил, что вернёт жену в момент, если захочет.
— Не вернёт. Люба выходит замуж. За меня. Пожалуйста, не беспокойте её. Она лежит сейчас на сохранении, — шаги за спиной заставляют меня обернуться.
Эдик успел привести себя в порядок и с пачкой денег в руках тормозит в дверном проёме на безопасном от меня расстоянии.
— Дай пройти! Что ты вечно путаешься у меня под ногами?
— Я у тебя? — подобной наглости я не ожидал.
— Леночка…
— Не подходи ко мне даже! Я увольняюсь.
— Ну что ты, рыжик, — Эдик кладёт на стол секретарши деньги. — Тут премия тебе. Погаси свой кредит на машину. И забудем всё что было.
— Козёл! — Лена утыкается лицом в ладони и ревёт.
— Я всегда знал, что для тебя я настоящий мачо 5 — Эдик поворачивается к Даше. — Ты ещё тут? Зайди потом ко мне.
Схватив за плечо, втаскиваю Эдика в кабинет, ногой захлопнув за нами дверь.
— Ты вообще страх потерял?
Эдик сбрасывает мою руку и одёргивает пиджак.
— Полегче, парень. Я сейчас охрану свистну, тебя отсюда вперёд ногами вынесут.
Терпение моё лопается, и я заряжаю ему под дых. Эдик со стоном сгибается пополам. Я бы и по морде ему врезал, но следов оставлять не стоит.
— Дашин паспорт вернул живо.
Эдик пятится к столу.
— Она мне денег должна! А ты сядешь у меня за самоуправство, — он хватает трубку стационарного телефона, но я обрываю провод.
— Сядешь ты. За изнасилование. Поверь, я тебе это устрою.
Эдик обегает стол и показывает мне кукиш.
— На-ка, выкуси! Ленка не пойдёт в суд. Она по мне не первый год сохнет. Так, повыкобенивалась немного при тебе. Типа, девушка приличная.
— Дашин паспорт гони и расписку давай! — я не спросил про неё у Даши, но уже достаточно узнав что Эдик за человек, предполагаю, что какой-нибудь документ имеется.
Эдик исподлобья смотрит на меня. У нас слишком разные весовые категории, чтобы он смог дать мне сдачи. Да и рыльце у него в пушку.
— Я, вообще-то, вытащил мать твоего ребёнка из борделя, — Эдик усаживается в кресло.
— И тут же натянул её на кукан, — парирую я, опираясь ладонями на край стола. — Так что не надо тут играть в благородство.
— Слушай, ты откуда такой правильный выискался? Все бабы трахаются за деньги. Вопрос в цене. Даша сама вписалась за двадцать тысяч работать на меня год. Теперь вдруг заднюю включила.
— Слышь ты! Не беси меня. За что тебя упрятать за решётку я найду, будь уверен. Я ещё сейчас Лену научу, как правильно заявление о домогательстве на рабочем месте писать и свидетелем попытки изнасилования пойду. Прямо сейчас отвезу на освидетельствование. Мальвине твоей помогу оспорить брачный договор. Да тебе и не понадобятся твои богатства в ближайшее время. В тюрьме тебе точно включат заднюю. На зоне не любят взломщиков лохматых сейфов, а такие сладкие как ты вообще на зоне пользуются успехом. Никакие деньги тебя не спасут. Отдаёшь расписку, и тогда, всё что здесь произошло, забудется для тебя как очень неприятный сон.
— Как ты меня задолбал! — Эдик лезет рукой под стол, хлопает ящиком и швыряет паспорт на стол. — Расписки никакой не было. Всё! Пошёл вон!
— Пиши сам бумагу, что никаких претензий к Дарье не имеешь.
Эдик хватает листок бумаги и ручку. Я терпеливо жду, пока он