— А если нет?
Она вновь вскинула взгляд. Но теперь там не было гонора. Теперь ее манера напоминала больше побитую собаку, которая разочаровалась в своем господине.
— Прошу. — Почти простонала она.
— Меня? — Я рассмеялся. — Не держи меня за дурака. Хотя выход есть.
— Какой. Ты же сам про исповедь… Сам!
— Тихо. — Остановил я ее. — Тихо. Ты сейчас берешь бумагу и перо с чернилами. Тебе принесут. Человек мой проследит. А ты подробно пишешь полный список всего, что ты сварила за свою жизнь и кому передала.
Она смотрела на меня, вздохнула.
— Не надо чернил. Все уже написано. В моей клетушке, за сундуком. Там в полу тайное место есть. — Она отвела глаза. — Там исповедь моя. Там все.
— Вот и хорошо.
— Прошу. — Это уже было сказано совсем уже сломленной женщиной. — Батюшку ко мне пусти.
— Хорошо, утром. Только… Мало этого, мало записей.
Я продолжал давить.
— Чего ты еще хочешь?
— Прилюдно повиниться. Этого достаточно будет.
Повисла тишина. Только пламя свечей слегка подрагивало, разгоняя темноту.
— Разорвут меня. — Наконец-то тихо произнесла она. — Разорвут.
— Как Бог даст.
Я повернулся, двинулся к двери. Услышал за спиной совсем тихое:
— Кто ты?
— Игорь Васильевич Данилов. — Ответил, не поворачиваясь. — Тот, кто Смуте конец положит.
Вышел и тут же уперся в поджидающих меня бойцов. Двое переминались с ноги на ногу, явно ждали, когда я освобожусь.
— Готово все, господарь! — Отчеканил один.
— Да погоди. — Перебил его второй. — Там гонец от Чершенского, от реки, от переправ. Внизу ожидает.
* * *
НОВИНКА от Рафаэля Дамирова!
Искусственный Интеллект поселился в мозгу оперативника МВД. Цифровая девушка язвительна, умна и слишком болтлива.
Но вместе они идеальная пара для борьбы с преступностью.
ЧИТАТЬ https://author.today/reader/537116
Глава 18
В полумраке второго этажа терема я слушал бойцов.
От переправ человек прибыл, от Чершенского, отлично.
Быстро распорядился отравительницу эту караулить. Людей послал ее комнату найти и охрану туда поставить. Осмотреть все, найти ее записи. Если какие-то еще книги будут, все изъять и мне в приемный покой принести. На дело это Абдуллу отрядил. Мои бойцы, молодцы, но когда дело идет о ведовстве, могут что-то не так сделать, растеряться. А здесь все четко нужно, с толком, с расстановкой. Ни в коем случае ничего не потерять и не уничтожить случайно.
Это же улики, проливающие свет на все. На самые важные дела. Может быть, там написано и о том, как Федора Ивановича чем-то опаивали или жену его. Мало ли сколько Мстиславские ведьму эту у себя держат и сколько она зелий варила и кому. Да, времена-то довольно давние. Самого Ивана Великого вряд ли она могла травить. Все же больше двадцати пяти лет прошло. А она, как я понял, не дряхлая старуха. Но, кто знает, может уже по молодости варила свои корешки.
Скрипнул зубами. Злость от понимания того, что все заговоры эти пошатнули устои и силу Родины моей накатилась.
Но, с иной стороны — хорошо. Клубок распутывается, улики и доказательства присутствуют.
После выдачи распоряжений быстро спустился. Здесь уже стояли мои посты. Людей Мстиславского в массе своей вытащили во двор, и там уже шла с ними работа. Оставили в приемном покое нескольких. Слышно было, что охрана там и схваченные. К ним в самое ближайшее время идти, а пока вестовой.
Он ждал меня в коридоре у самой лестницы.
— Господарь! — Отчеканил и вытянулся по струнке бравый казак. Средних лет, усы длинные, борода и шапка набекрень. — Переправа наша. Взяли тихо и меня сразу послали. Чершенский, атаман значится наш, к Москве отряд послал. И как ты приказал к монастырям двум. Скоро вестовые должны явиться.
— Что там, казак? Как переправа?
— Слободка там. Дозор был, но… — Он подкрутил ус. — Мы его бескровно раз и взяли. Они-то приснули все. Их там с дюжину было. Привыкли, что ночью тихо, не лезет никто. — Улыбка на его лице ширилась. — А мы тут как тут. Ну, тот мальчишка, что в дозоре стоял, даже пикнуть не успел.
— Слободка большая? Жителей много? Мост?
— Да, господарь, да. Мост. Мы — то как раз по нему-то и прошли. Вначале тихо, значит, малым отрядом. Поглядеть, проверить. А как скрутили этих, что в дозоре дрыхли, так всей силой. Местные-то испужались. Думали бежать. — Он опять усмехнулся. — Да только куда, когда вокруг все служилые. Чершенский им сам так и сказал. Идите по домам, спите, никто вас не тронет. А еще это… — Казак сбился, глаза опустил.
— Чего?
Уж больно пространно говорил этот человек, радостно, но тут как-то смешался.
— Да, атаман наш это… Ты же, господарь, не любишь такое?
— Вы чего там устроили? — Я приподнял бровь и в полумраке понял, что казак еще сильнее нервничать начал. — Грабеж? Насилье, что ли?
Не ждал я такого от своих людей. Сколько вместе прошли, не было такого, чтобы мирному населению от нас доставалось. Настрого запретил. Пояснил еще на первом совете, что мы не воры, не тати, не разбойники. Мы те, кто Земский Собор идет собирать. Мы сила Земли Русской.
— Да не… — Казак опешил, перекрестился. — Помилуй господарь, какое насилье. Чершенский это… про Царя сказал, что мол… Что это… Царские мы люди и что милостию Царя Игоря никто не тронет их… Этих, стало быть, жителей.
Ох… Я сморщился, потер пальцами лоб.
Ладно, черт с ним. Все лучше, чем разбой. Но с чего бы это вдруг Иван, полковник мой, решил такое ночью людям говорить. Увижу, спрошу, пока некогда.
— Понял я. — Хлопнул казака по плечу. — Не люблю такого, это верно. Мост крепкий? Пушки пройдут?
— Да так… — Вестовой задумался. — Пушки-то… Так нет у нас их.
Пока нет, а в обозе есть.
Смотрел на него пристально, ждал.
— Пройдут, господарь, думаю пройдут. Мост крепкий. Новый. Крепили его всей слободой. Это я там у местных порасспросить успел. Денег им заплатили недавно даже за это. А людей, ну… Домов двадцать где-то. Мельницы две на воде стоят. Хозяйство богатое. Сразу видно Москва.
Человек сто, значит, мост укрепляли. Недавно. Скорее всего, Мстиславский и его люди подсуетились. По этой же дороге ляхи к Москве пойдут. Вряд ли так быстро, что за неделю доберутся. Все же от Смоленска-то путь неблизкий. И события в известной мне истории развивались иначе. Вначале поход московских войск Шуйского, их разгром под Клушино, свержение царя и только потом уже приход поляков. Но сейчас, как видится мне, переигралось все. Уже идет к