В конце концов, что мешает мне немного улучшить жизнь и другим несчастным жертвам теневых магов?
– Я… – Дана замялась, – даже не знаю, как…
– Молча, – торопливо дожевывая бутерброд с сыром, предложила я, – просто молча. И быстро.
И когда за Даной закрылась дверь, я помчалась в гардеробную.
– Леди Вэлари! – голос магистра раздался в момент, когда я расчесывала волосы.
– Одну минуту, я переодеваюсь, – крикнула из гардеробной, с улыбкой глядя на свое изображение и уже предвкушая встречу с лордом Штормхейдом.
В смысле – предвкушая его реакцию на меня.
– И во что вы там переодеваетесь? – с насмешкой поинтересовался он. – В одно из ваших пугающих обилием кружев платье?
Очень смешно. Мне сейчас будет смешно, вот кому!
– А вы копались в моем белье? – присобирая волосы от висков и вверх, язвительно поинтересовалась я.
Однако в вопросах иронии мы были на равных.
– А разве я упоминал белье?
Я тихо рассмеялась.
– Сейди, – судя по голосу, он тоже улыбался, – я искренне рад, что вы не возненавидели меня после всего сказанного.
– А разве вы сказали что-либо неуместное? Всего лишь правду.
Но улыбаться я перестала.
Не надолго.
Вновь оглядев себя, я пришла к выводу, что я великолепна. Взяв сурьму, еще раз слегка подвела ресницы, после добавила розового масла на губы, и обольстительно улыбнулась собственному отражению. Я не была красавицей, но юность, умение одеваться, вкус, переданный от матушки, которая считалась самой красивой девушкой столицы в свое время и бытовая магия, которую я теперь не стеснялась использовать.
Это определенно будет весело.
И развернувшись на каблуках, я прошла к выходу и распахнула двери.
Штормхейд стоял спиной к гардеробной, глядя в окно, но при моем появлении он медленно обернулся. Его губы еще хранили тень той самой полуулыбки, с которой он шутил про белье, но по мере того, как его взгляд поднимался от моих туфель к лицу, эта улыбка гасла, сменяясь чем-то гораздо более интригующим.
И магистр молчал. Он смотрел на меня так, словно видел впервые – или наконец-то разглядел за безмозглым маскарадом ту, что способна перекроить не только шелк, но и саму реальность под свои нужды.
– Что ж, теперь вижу, что ошибся… с размером, – после долгого молчания, произнес он.
Я почувствовала, как внутри разливается приятное тепло. Не то, обжигающее и пугающее, что я испытывала вблизи Ивора, а другое – азартное, светлое, исполненное предвкушения.
Магистр сделал шаг назад, словно пытаясь охватить взглядом всю картину целиком. Ткань моего собственного платья, избавленная от лишнего и перешитая с безупречной точностью, подчеркивала каждый изгиб, не оставляя и следа от прежней нелепости. Бытовая магия, которую я мягко вплела в образ, заставляла шелк едва заметно сиять, а аромат розового масла тонким шлейфом заполнял пространство между нами.
– С размером? – я чуть склонила голову набок, забавляясь его растерянностью. – И какой же «размер» вы прочили мне, лорд Штормхейд?
– Тот, что позволит вам затеряться в толпе адептов и не привлекать лишнего внимания, – отозвался он, и в его глазах, обычно холодных, на мгновение вспыхнул опасный, почти исследовательский азарт. – Но, кажется, я недооценил масштаб личности. Вы не из тех, кто прячется в тени, Сейди. Вы используете тень, чтобы подчеркнуть свет.
– Как тонко, и как точно, – похвалила я.
Он снова замолчал, определенно анализируя мой наряд. Штормхейд, будучи магом высокого уровня, наверняка видел не только фасон, но и тонкие плетения бытовой магии, которыми я укрепила швы и заставила ткань ложиться именно так – дерзко и безупречно.
– Вы сами это сделали? – он кивнул на лиф платья, где линии силы сходились в идеальных швах. – За одну ночь?
– У меня были хорошие учителя, магистр, – я улыбнулась. – И очень сильная мотивация.
– Единственное что я могу сказать – вы очень сильно рискуете, Сейди.
Я сделала шаг вперед, сокращая расстояние. Сейчас, когда на мне не было розово-кремового ужаса, я чувствовала себя настоящей. Той собой, которая заставила этого покровителя своего «лучшего ученика» подбирать слова.
– Риск – это часть моей природы, лорд Штормхейд.
Магистр хмыкнул и, наконец, отвел взгляд, словно заставляя себя вернуться к официальному тону. Но атмосфера в комнате уже безвозвратно изменилась в мою пользу.
– Я искренне надеюсь, – произнес он, – что Ивор Рагнаэр обладает достаточным самообладанием, чтобы не разрушить половину Академии, когда увидит вас в этом… образе.
– Вы так беспокоитесь за сохранность стен? – язвительно уточнила я, поправляя прическу. – Или все-таки за своего «лучшего ученика»?
Штормхейд посмотрел на меня очень серьезно, и на миг за его красивой внешностью проглянул тот самый одаренный маг Тени, способный наводить ужас.
– В данный момент, Сейди, я беспокоюсь о том, чтобы мой первый урок не превратился в дуэль на выживание. Потому что через час я жду вас в малом лекционном зале. И, судя по вашему виду, вы не собираетесь сидеть на задней парте.
– На задних партах обычно скапливается слишком много пыли, магистр, – я окинула его безмятежным взглядом, – а это вредно для моего здоровья.
Штормхейд ничего не ответил. Лишь коротко кивнул, и это было кивком игрока, который принял ставку.
– Через час в западном крыле, аудитория номер четыре. Постарайтесь не опоздать… леди Вэлари. Будет досадно, если ваше эффектное появление испортит прозаичное замечание за опоздание.
Он развернулся и вышел, оставив после себя едва уловимый запах озона, хвои и морозной зимы.
Я еще пару секунд смотрела на закрытую дверь, а потом громко, с облегчением выдохнула. Азарт все еще бурлил в крови, смешиваясь с торжеством от полученных новостей. Исключительное право на изготовление бездымного пороха, полное признание моей состоятельности от Штормхейда – утро определенно задалось.
– Дана! – позвала я, и когда девушка появилась на пороге, я уже подхватила свой плащ. – Идем в столовую.
– Госпожа, вы… вы действительно пойдете в этом? – Дана с опаской рассматривала меня.
– Конечно.
– Там ведь сейчас время завтрака. И лорд Ивор… он был на полигоне всю ночь, он сейчас будет там.
– Великолепно, – я позволила Дане накинуть