Я села за парту с зубовным скрежетом, от несправедливости у меня ломило челюсти, а Скел рухнул на скамью рядом, с громогласным зевком. Ему все было нипочем.
Лекция началась.
К ее середине у меня от усердия заломило запястье, так сильно я старалась не пропустить ни одной формулы и все записать.
Информации давалась тонна — вагон и две тележки в довесок. Вся стена напротив нас представляла собой доску и была исчерчена схемами и параметрами, даже вполне реалистично нарисованными изображениями нечисти, водившейся в сказочном мире, а также длинными столбцами с советами и приемами, как этой жути противостоять.
К концу лекции я, недолго думая, отобрала чистые пергаментные листы у храпящего богатыря и попыталась снова ничего не пропустить. В борьбе за сказочную грамотность я изломала три пера, исписала две угольные палочки и к прогремевшим на всю аудиторию провалам тишины окончательно выбилась из сил.
— Все сели… звонок для… препо…
Это надрывалась наша преподша, преподававшая нам сегодня безбожно сложный предмет — «сказочный бестиарий». Разозленную тучную даму, визжащую на адептов, как порося, с лихвой делал одержимый нечистью безъязыкий колокол, что в академии ведовства заменял нормальный звонок. Он молчаливо звонил, погружая мир в рваные отрывки тишины.
Я трясла затекшей правой рукой, пока левой записывала дортуарное задание для самостоятельной работы. Домашка перевалила за половину пергаментного листа, а преподша все не унималась. Я грешным делом решила, что она задумала заставить нас выучить дома весь бестиарий, пока не осознала, что в «сказочном бестиарии» далеко не один том, а штук десять. И весь первый нам придется перелопатить самостоятельно, найдя там ответы на заданные во время лекции вопросы. Вот такая гнилая система обучения. На лекции дается только часть информации, а ответы на самые главные вопросы найди сам. Я шокированно перечитала часть своего конспекта.
Все правильно. Очень подробные описания жити и нежити, способы противодействия и защиты, но ни одного рецепта изгнания или полного избавления от нечисти! Только способы временного усмирения и удержания! То есть ты ничего не знаешь, а впереди еще практика по уничтожению! ЖУТЬ!
Я прикинула, сколько придется учить, и осознала: все зря!
Самое важное надо было искать самостоятельно! Неудивительно, что часть адептов конспектировало только название и виды нечисти, а некоторые и вовсе не притрагивались к перьям и угольным полочкам!
Мне захотелось вышвырнуть стопки исписанных пергаментов в окно. Они были бесполезны.
А между тем адепты вставали со своих мест. Сидели они, между прочим, парочками. Богатырь-защитник рядом со своей ежкой. И теперь так же парочками утекали из аудитории.
Я повернулась к своему спутнику. Все это время зверотырь сопел рядом, надувая и сдувая пузырем соплю. Проснулся, только когда я от злости, что он ничего не делает, дала ему локтем в бок. Как так можно? Проспал и лекцию, и перерыв!
Мое возмущенное шипение потонуло в рваных интервалах тишины.
Богатырь только почесался, ленивым взглядом проследил за следующим преподом вошедшим в круглую аудиторию, послушал начало объяснений и захрапел на другой ноте.
Вторая лекция была кошмарнее первой.
Пока препод зло стучал по доске огрызком мела, больше похожим на обломок кирпича, я обернулась и окинула ряды учащихся взглядом.
На самом верху атриума, словно в гнезде, в окружении девиц, развалившись на отполированной скамье, сидели два гульфиконосца в золоченых кафтанах, панталонах и с золотыми кудрями. Эти элитные мальчики, правая и левая руки веректриссы, явно находились на особом положении даже у злобных преподов, не то что у владелицы этого заведения. Потому как Чучело, так я окрестила худого и высокого препода, не посмел сделать им ни одного замечания или давно махнул на все рукой.
А такой наглости не могла выдержать даже я, то и дело оборачиваясь на гульфиконосцев.
Парни сидели, закинув руки на спинки резных сидений, под «крылышком» у каждого сидело по девице, им замечаний тоже не делали, в отличие от меня.
— Эй, первая парта! Все внимание на доску! — Кусок мела со свистом ударился в столешницу и, отрикошетив, стукнул спящего богатыря по лбу. Я мысленно поаплодировала такой точности и тактичности, не хотела бы я получить кирпичом по лбу. А вот разбуженный зверотырь только с ворчанием сощурил глаза, запоминая обидчика.
Не сразу я решилась обернуться еще раз на ясно-соколов, а когда осмелилась повернуть голову, прям-таки остолбенела. Все это время соколы прожигали мой затылок взглядом. Теперь понятно, почему у меня по спине бежали мурашки. Стоило Финистам встретиться со мной глазами, как оба и думать забыли о своих подружках. Встрепенулись, расправили крылышки, дружно согнули локти в калачи и засигналили мне.
Здесь были все виды судорог лицевых мышц, казалось, эту неугомонную парочку подключили к розетке на триста вольт и попеременно бьют током то одного, то другого. Соколы вразнобой подмигивали глазиками, двигали бровями, топорщили губы бантиками, хлопали ушами (не знала, что золотые мальчики на подобное способны) и крутили торсом. Понять такой душераздирающий намек было не так уж и сложно.
Наступила пора отдавать должок за соль и сахар. Меня всеми возможными способами приглашали на обещанное свидание. Два кило, а проблем на тонну!
Но я была бы не я, если бы не успела среагировать быстро. После многочисленных радостных встреч со сказочной нечистью у тебя прорезается острое чувство ежа, и ты начинаешь очень быстро соображать.
Кстати, о ежах.
Я полезла в суму и, как только препод отвернулся к доске, достала и посадила к себе на колени кучерявого ежика. Тот по-прежнему прятал закрученые в колечки иголки, предпочитая быть лысым, нежели курчавым. Наскоро написав записку, я наколола ее на единственную ежиную иголку, которая по совместительству служила моему защитнику еще и шпагой.
Лысый рыцарь, по-видимому, изгнанный чистью из бабаягского домика, долго отказывался нести послание, пока я не заверила его, что у меня есть ПЛАН! И только после этого «лыцарь» согласился услужить своей даме.
План существовал на самом деле и звучал так: пригласить настырных женишков прогуляться по пустынным коридорам в сторону кухни и пополнить