Заметно, он очень старается быть ласковым, но нетерпеливость то и дело проскакивает. Его страсть рвется наружу.
Моя тоже… Но есть пока страх и скованность.
Борис целует сначала нежно, потом все глубже и сильнее. Я начинаю забываться. Во рту копится слюна, внизу живота горячая влага. Но все-таки я не понимаю, что дальше…
Мужчина отрывается от моих губ и шепчет на ухо.
— У тебя сердце колотится, не бойся меня.
Глубоко вдыхаю. Смущает… Хотя и доля правды есть.
— Я не только боюсь, — смотрю на него.
— Знаю.
Я приоткрываю губы. Но мужчина их не трогает и отодвигается. Сердце снова подпрыгивает.
Таханов не уходит. Он склоняется и касается губами моего живота. Сначала легонько. Потом все горячее. Прижимается к впадинке под ребрами, глубоко вдыхает запах кожи.
Меня накрывает волна возбуждения. Вжимаюсь спиной в кровать, прикрываю веки. Пальчиками тянусь к его волосам и ныряю в них. Их приятная жесткость отдается сладким спазмом в животе. Дергаюсь от него и от того, что горячий язык мужчины очертил мой пупок.
"Я поцелую…" Слова получают новый смысл, когда Таханов спускается губами ниже. Проходится по гладкому холмику, не забывая втянуть ноздрями аромат. Ныряет кончиком языка в самом верху губок. Над наэлектризованным клитором. Я еще сильнее ерзаю на постели, хочу свести ноги. Но в следующий миг Борис закидывает их на свои мощные плечи.
Я улетала с ним в тот вечер на кухне. Но это… Так хорошо я себя никогда не чувствовала. Хоть и смущена до невозможности.
— Ты очень красивая… — хрипит Таханов. — Вкусная моя прелесть.
Эти его слова просто взрываются внутри. Он как будто чувствует, как мне важны сейчас комплименты. Или просто говорит искренне, и мы с ним настолько совпали.
— М-м-м! — не сдерживаю стон, когда он касается чувствительного бугорочка.
Лижет, немного надавливая. Меня же просто выгибает дугой. Не кончаю, но по животу пробегается дрожь.
Борис оставляет самую обостренную точку. Как будто хочет продлить мне и себе удовольствие. Ныряет языком под складку одной губки. Щекочет, вбирает в рот целиком. Прикусывает зубами…
— А-а-а-а! — это уже не стон, а крик.
Такое острое удовольствие. М-да, хорошо, что моей подружки нет за стеной.
Мысль об этом прилетает и тут же уносится. Сейчас Борис не отец подруги. Он мой мужчина.
Таханов обласкивает другую губку. Еще немного играется с клитором, заставляя меня быть громкой. Забывать, кто я и где. Как же с ним чудесно…
— А-а… М-м-м… — из меня то и дело вылетают звуки наслаждения.
— Сладость… М…
Мужчина тоже тихонько постанывает от удовольствия. А я замираю, потому что к языку он подключает палец и проникает им в меня. Тогда на кухне он выругался…
Сейчас Таханов нежен и уверен. Осторожно растягивает меня внутри. Я настолько сочусь, что почти нет дискомфорта.
— У-и!
А от второго пальца уже не слишком комфортно.
— Ш-ш, — успокаивает мужчина.
Но не выходит из меня пальцами. Наоборот поступательно двигается туда-сюда.
Его губы на клиторе, всасывают нежную вершинку. Хватаю воздух ртом. Даже стонать больше не могу. Таханов скользит пальцами глубже… И я с силой охватываю их мышцами. Непривычные ощущения тонут в сильном оргазме. Вот теперь я стону, почти хнычу. Крупно вздрагиваю несколько раз — Борис еще массирует меня внутри. Приподнимается, ловит мои губы, все еще находясь пальцами во мне. Мы влажно целуемся.
— Не больно? — шепчет он, выйдя из меня.
— Почти нет, — мотаю головой.
Мужчина вдруг усмехается.
— Но он больше… — смотрит мне в глаза. — Хочу, чтобы ты стала моей.
Прикусываю губу. Рвано вдыхаю. Хочется многое спросить, и в то же время молчу.
Нет, мои голосовые связки в норме. Просто… Хочу довериться ему без всяких объяснений. Глупо? Не знаю. На каком-то подсознательном уровне я уже безоговорочно верю ему.
А еще я догадалась — он все понял про мой опыт. Вернее, про его отсутствие. Потому и проникал внутрь так осторожно.
Таханов слезает с меня и с кровати. Расстегивает ширинку брюк, снимает их и остается в светлых боксерах. Мой взгляд так и прилипает к этому зрелищу.
Широкие плечи трапецией сужаются к тазу. Мощные ноги и ягодицы. Руки, рельеф которых я, кажется, уже знаю наизусть. Каждый бугор и впадинку, каждую выпуклую вену. Длинные сильные пальцы берутся за резинку трусов… Я задерживаю дыхание.
Член Таханова я "имела счастье" чувствовать своей попкой в день нашего знакомства. Точные размеры оценить не могла! Но предполагала, что они внушительные.
И вот теперь я увижу его воочию.
Без спешки и кокетства Борис снимает белье. Стягивает вниз по бедрам, вытаскивает каждую ногу. Уверенные, спокойные движения. А вот мое сердечко трепыхается еще как!
Не могу оторвать взгляд от его паха. Большой ровный мужской орган стоит практически вертикально. Крупная головка поблескивает влагой в свете бра.
Таханов шикарен везде, теперь я это точно знаю. И никогда не забуду… Как он там сказал, больше ни на кого не посмотрю? Вот у меня тот же случай.
Мужчина отбрасывает боксеры к ремню и штанам на кресло. Так же без суеты идет ко мне.
— Презервативов нет… — сообщает низко. — Как-то я не рассчитывал.
Хмыкает.
— Я тоже, — почти шепчу.
— Не знал, что ты приедешь, — он продолжает, — а на других баб у меня теперь не стоит.
Распахиваю глаза. Щеки вспыхивают. Вот как…
Не уточняю, меня он тоже причисляет к "бабам"? Просто не другим? Уже привыкла к его грубоватой манере выражаться. И она мне даже нравится… Уф! Совсем крыша поехала.
— Я здоров и сделаю все аккуратно, — заканчивает мысль Таханов.
— Я тоже здорова, — морщусь.
— Не сомневаюсь, моя девочка.
Не дает ответить, увлекает в поцелуй.
Про здоровье я сказала не только потому, что девственница. Как раз недавно из-за стресса перед экзаменами у меня сбился цикл, и я сдала все анализы.
Но мне все равно приятно его доверие. Или дело в этом его "моя"?..
Борис по-хозяйски глубоко меня целует. В нем уже больше напора, чем нежности. Но сейчас это и нужно. Мне необходима его сила, чтобы и мой собственный страх отступил.
Мужчина подминает меня под себя. Тяжесть его тела так приятна. Соски утыкаются в твердую грудь, а руки сами собой тянутся прогуляться по накачанной спине. Ощупываю пальцами мышцы, пока его язык ласкает мой.
А его рука снова у меня между ног. Таханов пробегается пальцами, словно проверяя. Еле слышно всхлипывает смазка — я мокрая, как же иначе…
— Готова? — шепчет на