— Северянин, да плевать на вкус! Главное, чтобы это было питательно и нам было что жрать!
— И последнее, Шалидор перевел взгляд на Драгомира. — Жилье. Крепость переполнена. Беженцы, уже не спят в коридорах как раньше, но сотне гномов что нам была дана сейчас, им нет, где расположиться. Если Дави-Жарр подкатят свои мортиры и начнут обстрел, верхние ярусы станут смертельной ловушкой. Потолки рухнут. Нам нужно уходить вглубь.
— Глубже только сплошной гранитный монолит, рассширение в нем будет очень тяжелым, а площадей для сотни гномов нам нужно достаточно много, покачал головой старый вождь беженцев. — Этот монолит твердый, как голова тролля. Мы пробовали долбить новые ниши, но работа идет медленно. Искры летят, а толку чуть.
— У нас есть паровые машины можно на них нацепить буры, сказал маг. — А также в перерывах между моим пребыванием в шахте, я могу использовать размягчение и на этом монолите, и наши машины выбьют достаточно быстро нужное количество территории, можно будет даже делать запас для складов или расширения.
Драгомир поднял взгляд на Шалидора. В глазах старого гнома не было удивления, только удовлетворение.
— Как тогда? Уточнил он. — Когда ты помог сделать комнаты для моих людей, пока мы жили в коридорах?
— Именно, кивнул Шалидор.
— Это сработает, уверенно сказал Драгомир, поворачиваясь к Тану. — Я видел, как под его рукой гранит становился мягче глины. Мы тогда вырезали целый этаж за полдня. Если он пойдет туда с машинами не знающих усталости, Тан, они выроют целый подземный город за неделю. Туда не достанет ни одна бомба.
Тордин обвел взглядом своих соратников. В его глазах больше не было озадаченности. Появилась цель. Жесткая, конкретная задача. Работа, которую гномы любили и умели делать лучше всех в мире.
— План есть. Дерзкий, опасный, но единственно возможный. Либо мы сделаем это, либо история Клана Железного Шлема закончится здесь. Он выпрямился во весь рост.
— Брокс, поднимай гарнизон. Готовь телеги и мулов. Через час выступаем к «Железному Клыку». Забираем всё до последней угольной крошки и самого последнего куска железа. Драгомир, собирай своих лучших рудокопов. Точите кирки. Сегодня вы будете вгрызаться в недра так, как никогда раньше.
Спустя час из боковых ворот Краг-Бара выползла странная процессия. Это не было похоже на военный марш, скорее на миграцию огромных трудолюбивых муравьев. Вереница низких, широких телег, запряженных выносливыми горными мулами, скрипела осями на морозе. По бокам, сжимая арбалеты и щиты, шли воины Брокса, их глаза непрерывно сканировали серые скалы и нависающие карнизы.
В центре колонны шагал Драгомир со своими рудокопами. Гномы Клана Черной Горы, истосковавшиеся по настоящей работе, несли кирки как боевые секиры. Их лица были суровы: они шли не просто копать уголь, они шли отвоевывать свое право на тепло и жизнь.
Шахта «Железный Клык» встретила их запахом сырости и застарелым, едва уловимым душком крысиного помета, который не выветрился даже за год. Вход в штольню напоминал рваную рану в боку горы. Следы прошлой битвы были повсюду: оплавленные магией стены, застывшие в неестественных позах каменные наросты — могильники скавенов, созданные Шалидором.
— Разворачивай цепь! Рявкнул Брокс, занимая позицию на возвышенности у входа. — Егеря на гребень! Арбалетчик секторный обзор! Если увижу, что кто-то зевает, лично сброшу в пропасть!
Пока охрана занимала периметр, Драгомир и Шалидор вошли под своды пещеры.
— Темно, как в желудке у тролля, проворчал старый вождь, зажигая масляный фонарь. — И воздух спертый.
— Это ненадолго, ответил Шалидор.
Маг ударил посохом о каменный пол. Навершие кристалла вспыхнуло мягким, белым светом, разгоняя тени лучше десятка факелов. Этот свет был холодным, он не коптил и не сжигал кислород. — Собери бригадиров, Драгомир, скомандовал Шалидор. — Нам не нужно ковырять пустую породу. Я покажу, где лежит руда.
Когда гномы собрались вокруг, Шалидор закрыл глаза и прошептал формулу Обнаружения. Мир для него потерял цвета, превратившись в серую дымку, сквозь которую проступили яркие, пульсирующие вены. Золотистое свечение, жилы пирита. Тускло-красное бедная железная руда. А вот там, в глубине бокового штрека, сияла насыщенная, густая синева богатый гематит, и рядом с ним черные, как сама бездна, пласты антрацита.
— Туда, Шалидор открыл глаза и указал посохом на, казалось бы, глухую стену. — В десяти метрах за этим завалом начинается основная жила. Железо высокой пробы. А чуть ниже угольный пласт толщиной в два роста гнома.
Рудокопы переглянулись.
— Там же монолит, с сомнением буркнул один из них, пробуя стену острием кирки. — Звенит, как наковальня. Мы будем долбить это неделю.
— Вы будете долбить это час, возразил Шалидор.
Он подошел к стене вплотную. Воздух вокруг него наэлектризовался. Школа Изменения. Размягчение. Маг положил обе ладони на шершавый камень. Гномы увидели, как по граниту прошла рябь, словно это была поверхность пруда, потревоженная ветром. Серый цвет камня стал чуть темнее, «маслянистее».
— Вперед! Крикнул Шалидор, отступая на шаг и чувствуя, как уходит мана. — У вас полчаса, пока структура не восстановится!
Драгомир первым взмахнул тяжелой двуручной киркой. Удар, который должен был высечь сноп искр и лишь отколоть крошку, вошел в породу с глухим, чавкающим звуком «тхумп». Инструмент погрузился в гранит по самую рукоять, вырывая огромный кусок породы.
— Клянусь бородой предков! Выдохнул вождь, выдергивая кирку. — Идет как в подтаявший лед! Навались, парни!
Работа закипела. Это был не обычный стук шахты, это был ритм неистовой гонки. Гномы, поняв, что камень поддается, работали с удвоенной энергией. Кирки взлетали и падали, отгрызая от горы кубометр за кубометром. Грузчики едва успевали подтаскивать пустые вагонетки и оттаскивать полные. Шалидор двигался вдоль забоя, обновляя заклинание то тут, то там. Он не просто размягчал породу для добычи. Там, где свод казался ненадежным, где виднелись трещины, он использовал Уплотнение, сплавляя камень в единый монолит, крепче любого бетона. Деревянные подпорки, которые обычно ставили часами, здесь были не нужны.
— Уголь! Раздался радостный крик из бокового ответвления. — Чистый антрацит! Блестит, как глаз дракона!
— Железо! Вторили ему с другой стороны. — Жирное, тяжелое! Олин будет счастлив!
Пыль стояла столбом, но благодаря магическому свету и сквозняку, который Шалидор организовал простейшим заклинанием ветра, дышать было можно. За первый час они добыли столько, сколько обычная бригада добывает за две смены. Повозки снаружи наполнялись с пугающей быстротой. Мулы, переступая с ноги на ногу, фыркали на морозе, ожидая команды везти драгоценный груз в крепость.
Снаружи, на морозном ветру, Брокс Камнелоб наблюдал за погрузкой. Он грыз травинку. Его взгляд скользил по далеким хребтам.
— Тихо, командир, подошел к нему один из егерей. — Никого. Только ветер