— Делай сердечники из Небесной стали, раздался голос Шалидора. Маг спустился с возвышения, опираясь на посох, чтобы выпить воды.
— Я подготовлю для валов особые заготовки. Скрутить их будет невозможно.
— А режущие кромки? Спросил Хельгар, рунный мастер, стоявший рядом с гравировальным резцом. — Трение расплавит любой металл.
— Не расплавит, если мы изменим принцип, сказал Шалидор. Хельгар, ты сможешь наложить на кромки руну Разрушения, но инвертированную, направленную на породу?
— Инвертированную? Брови гнома поползли вверх. — Ты хочешь, чтобы она не взрывала?
— А распыляла, закончил мысль маг. — Микровибрации на частоте разрушения камня. Бур не будет резать. Он будет превращать камень в пыль перед собой.
Хельгар задумался, почесывая опаленную бороду. В его глазах загорелся огонек профессионального вызова.
— Руна Пыли на вращающемся элементе. Это опасно. Если стабилизатор откажет, бур разнесет руки голема в щепки.
— Мы вставим предохранитель, отрезал Грумнир. — Делай, рунный мастер. У нас нет времени на безопасно. Нам нужно быстро.
К утру четвертого дня «Кроты» так гномы окрестили модифицированных големов были готовы. Это были монстры инженерной мысли. Вместо рук у этих машин были установлены массивные, конические шнековые буры, каждый длиной в рост гнома и толщиной с бочку. Режущие кромки зловеще сияли серебром Небесной стали и пульсировали красноватым светом рун.
— Запускай! Скомандовал Тордин. Оператор за защитным стеклом потянул рычаг. Рубиновое сердце голема вспыхнуло ярче. Пар с шипением ударил в поршни. Буры дрогнули и начали вращаться.
Сначала медленно, с тяжелым, утробным скрежетом, потом всё быстрее и быстрее, пока не превратились в размытые серебристые конусы. Вой стоял такой, что даже привычные к шуму кузнецы закрыли уши руками.
— Работает! Заорал Грумнир, глядя на манометры. — Вибрация в норме! Руна держит!
Процессия двинулась в самые глубокие, тупиковые штольни Краг-Бара. Туда, где заканчивались обжитые уровни и начинался тот самый «монолит» — коренная порода горы, плотная, как алмаз, и древняя, как мир. Здесь нужно было создать новый дом для гарнизона и стратегический резерв. Драгомир развернул на ящике план работ. Его беженцы уже обустроились, но теперь задача была масштабнее.
— Нам нужно разместить сотню бойцов Карак-Азула, говорил старый вождь, водя пальцем по чертежу.
— Им нужны казармы. Не просто норы, а полноценные залы: спальни, оружейная, тренировочная зона. Воин должен отдыхать в комфорте, иначе он плохо рубит врага. Он посмотрел на Шалидора.
— Кроме того, Тан приказал убрать всё ценное вниз. Склады провизии, арсенал с порохом и, главное, лазарет. Всё это должно быть на глубине, где их не достанет никакая тряска от бомбежки.
— И мы будем рыть с запасом, добавил Брокс, проверяя заточку топора. — Вдвое больше, чем нужно сейчас. Если нас зажмут, нам может понадобиться место для мастерских, для грибных ферм, да хоть для кладбища, тьфу-тьфу.
Три голема встали перед глухой гранитной стеной. Шалидор встал между ними. Он поднял обе руки, чувствуя, как магия течет по его венам, смешиваясь с усталостью.
— Школа Изменения. Великое Размягчение. Стена перед ними поплыла. Гранит потерял свой серый, безжизненный цвет, став похожим на мокрую, податливую глину.
— Вперед! Махнул рукой Тан.
Големы шагнули синхронно. Вращающиеся буры коснулись стены. Раздался звук ХРРРУМММ, многократно усиленный эхом каменного мешка. Это был не скрежет металла о камень. Это был звук уничтожения материи. Камень, лишенный твердости магией и перемолотый рунными бурами, брызнул в стороны мелкой пылью и крошкой. Големы не сверлили они шли сквозь гору. За машинами оставались идеально круглые тоннели диаметром в три метра с гладкими, словно оплавленными стенами.
Следом за «Кротами» бежали бригады Драгомира. Теперь это была не каторга, а слаженная работа. Гномы отгребали горы песка и щебня, грузили их в вагонетки. Другая бригада с новыми лопатами из Небесной стали тут же расширяла проходы, выравнивала пол, формировала ниши. Скорость была невероятной. То, на что уходили годы каторжного труда, происходило за часы.
— Левый сектор казармы для подкрепления! Командовал Драгомир, его голос гремел в тоннеле.
— Делайте широкие проходы! Если тревога, сотня гномов в полной броне должна выбежать отсюда, не создав давки!
— Правый сектор, склады! Орал Олин. — Высоту потолков три метра! Будем ставить стеллажи до верха! Каждый сантиметр на счету!
Они углублялись в гору, выгрызая в ней целый подземный город. Особое внимание уделили лазарету. Его решили разместить в самом дальнем и защищенном тупике, рядом с подземным источником воды, который обнаружил Шалидор.
Когда проход был готов, маг подошел к стенам будущей лечебницы.
— Здесь нужно что бы было чисто, сказал он. — Никакой пыли. Шалидор приложил руки к стенам и использовал Сплавление. Шершавый камень потек и застыл, превратившись в единый, гладкий, почти зеркальный монолит, похожий на стекловидный обсидиан, только светлый. Такие стены можно было мыть, смывая кровь и грязь, и никакая зараза не могла в них укрыться.
Но самая тонкая и сложная работа шла еще ниже, на уровне грунтовых вод, в сырых пещерах, отведенных под фермы. Здесь пахло прелостью, землей и стоячей водой. Единственным источником света были тусклые фосфоресцирующие лишайники на потолке.
Олин, главный интендант, с опаской смотрел на грядки с «Каменными шляпками».
— Они растут полгода, напомнил он. — Чтобы эта мелочь набрала силу и сок, нужно ждать до весны.
— У нас нет времени ждать весны, ответил Шалидор. — Нам нужно ускорить время здесь, в этой комнате. Но я не могу стоять над каждой грядкой и питать её своей силой. Меня надолго не хватит.
Маг повернулся к Грумниру и Хельгару, которых позвал с собой.
— Мне нужен механизм. Артефакт, который будет создавать постоянное фоновое поле Школы Восстановления. Он будет насыщать воздух энергией роста.
— Фоновое поле? Хельгар почесал бороду. — Для этого нужен мощный накопитель. Чистый кристалл, способный преломлять магию, не разрушаясь.
Олин тяжело вздохнул. Он полез в поясной кошель и, помедлив секунду с видом человека, отрывающего от сердца кусок, достал небольшой, завернутый в бархат предмет. Развернув ткань, он показал крупный, идеально ограненный алмаз размером с глаз циклопа.
— Это «Слеза Валайи», проскрипел интендант. — Один из последних камней из старой сокровищницы. Мы берегли его на черный день.
— Черный день настал, Олин, мягко сказал Шалидор, принимая камень. — Теперь он станет Солнцем Подземелья.
Работа закипела прямо там, среди грядок. Инженеры смонтировали сложную латунную установку с системой линз и зеркал. В её центре закрепили алмаз, который Шалидор предварительно зачаровал сложнейшим плетением Восстановления.
— Это Регулятор Роста, пояснил маг, указывая на рычаг с делениями. — В нижнем положении камень просто поддерживает жизнь. В верхнем он излучает такую мощь, что споры делятся каждую секунду. Вы сможете управлять урожаем: нужно много