Внутри разгорается нетерпение, хочется мчаться в заброшенную аудиторию по противопожарной безопасности прямо сейчас. Но после отбоя, который уже прозвучал, это неразумно – запросто можно наткнуться на ночной караул.
Однако, лучше бы мне поторопиться – штамп нужно как можно скорее вернуть обратно в стол Уинфорда.
В мыслях о папке и о штампе не сразу замечаю, что с моими руками что-то не так.
И все-таки я это чувствую. Ощущение похоже на то, как когда у меня отросли те самые золотые когти…
На моем правом запястье медленно проявляется золотистый узор, замысловатый и тонкий.
Золото течет по моей коже замысловатой струйкой, подсвечивая ее и завиваясь в браслет.
Это напоминает рисунки хной на коже, как у героини индийского кино.
Вот только ни черта это не хна – узор не стирается, даже когда я изо всех сил тру его пальцем.
Хорошо, что лестница Офицерской башни, по которой я в данный момент спускаюсь, пуста.
Спускаю манжету платья как можно ниже, чтобы прикрыть золотой узор, но он светится даже через плотную черную ткань.
Если завтра утром этот браслет не исчезнет так же, как золотые когти, то скрыть его от других вряд ли удастся.
Что мне это сулит, пока я еще ни в чем не разобралась – неясно. Я не хочу, чтобы о моих странностях узнали другие – вот это знаю точно.
Но он исчезает – на следующее утро запястье правой руки выглядит совершенно невинно. Безо всяких золотистых узоров.
Сначала – когти, а теперь вот это.
Со мной что-то происходит, и я это понимаю. Похоже, невзирая на уверения преподов, золотая кровь все-таки существует, и она пробуждается – я чувствую ее токи.
Дракон во мне медленно поднимает голову.
Понять бы, что нужно сделать, чтобы он расправил крылья?
Возможно, нужно совершить еще одну вылазку в комнату Кристы, чтобы прикоснуться к ее ожерелью из антизолота.
Только про это даже думать не хочется, это и тогда опасно было, а теперь…
Хотя…
Зимнее солнцестояние всего-то через несколько дней.
Сапфировая занята приготовлениями – магазины, бутики, салоны красоты. Уж в вечер-то ее помолвки в ее комнате точно не окажется ни ее, ни Лейтона.
Об этом стоило подумать.
Пока самая красивая пара Драковии готовилась к знаковому торжеству, все остальные кадеты готовились к последним зачетам.
В том числе по генеалогии, которую я боялась больше всего. Доступа к библиотеке у меня больше не было, поэтому в некоторых темах я плавала. Надеялась только на учебник, который купила на деньги с выигрыша, лекции и то, что я хорошо ориентировалась в генеалогических задачках, которые входили в практическую часть.
Учитывая мерзкий характер Кана, этого было маловато.
Зимний каникулярный отпуск, который начинался сразу же после сдачи всех зачетов, я рассчитывала провести в АВД.
Остальные кадеты на эти четыре недели разъезжались по домам, кто-то на зимние курорты, а кто – на теплое море, которое омывало Железный континент с востока. Офицеры-преподаватели, в том числе руководство, включая ректора, отправлялись в отпуска. Распускали даже слуг, оставляя минимальный штат.
Мне ехать, собственно, было некуда – единственная родственница, мать Марзи, тетка Элира, как-то не горела желанием видеть меня у себя. Я все планировала пообщаться с ней по поводу матери Тесс и ее возможного отца, но не могла пересилить гордость и подойти к сестричке, чтоб напроситься в гости.
Не в приют же на Обочине возвращаться!
Однако, старая Янсон, которая частенько подкидывала мне полезную информацию по АВД, сказала, что порой учащимся разрешали остаться в Кадетской башне на каникулы. Нужно было написать заявление и подать его на рассмотрение майору Уинфорду.
И я очень сильно надеялась, что Лейтон мне его согласует.
Я была его служанкой в стенах АВД, но не за ее пределами. Уверена, в свое имение он меня не потащит.
Оказаться в опустевшей Академии, без насмехающихся и взирающих свысока кадетов, без преподавателей, назойливого Толя, но, главное, без Лейтона…
Это была прекрасная возможность попытаться пробудить свою внутреннюю дракайну. Да и просто перевести на некоторое время дыхание.
Мечта!
Маленькая, но вполне реальная.
Однако, для ее исполнения нужно сдать зачеты. Даже единичный незачет грозит отчислением.
Из двойного договора, который Тесс заключила одновременно с Драковией и с АВД следует, что если она по причине неуспеваемости вылетит из академии, то расплачиваться с империей ей все-таки придется.
И девушка старалась – она была хорошисткой по всем предметам, которые не требовали магии и обращения в дракона. По остальным отделывалась кучей докладов и дополнительных работ, чтобы получить свое удовлетворительно. Даже сам Лейтон ставил ей по боевой магии трояки, ведь она заваливала его целой горой рефератов.
Насчет остальных предметов я была более-менее спокойна – хронография, военная стратегия, тактика, стародраконий… Я усердно готовилась в течение полугодия, во многом благодаря тому, что, будем откровенны, особо Лейтон меня работой не загружал. В отличие от той же Жупело, когда она имела надо мной власть.
Но вот генеалогия и Кан…
Что-то подсказывало, хвостатый запросто мог меня срезать
Зачет стоял по расписанию сразу после завтрака и построения.
ГЛАВА 78
Поэтому на сам завтрак я явилась без особого аппетита, что вообще было нонсенсом для вечно полуголодной меня.
В животе тугим узлом скручивалось волнение.
Вроде бы, казалось, какой-то зачет, тем более по одному не из не самых важных в военной академии предметов. К тому же, я более-менее готова.
Уж на местное «удовлетворительно» наскребу как-нибудь.
Но волновалась все равно – и не только из-за зачета.
Завтрак был в самом разгаре, и в кухмистерской было людно. Смекнув, что, чем больше народа, тем меньше будут обращать внимание на какую-то там низкокровную, в последнее время примерно я так и приходила сюда на завтраки, обеды и иногда ужины, когда их не пропускала.
Хотя именно сегодня мне показалось, что в столовой оживленней, чем обычно.
В пристальном взгляде Лики Гроув на мгновение вспыхнуло удивление, когда она увидела меня.
Но она быстро его погасила и, склонившись к уху Кристы, что-то ей прошептала. Наверное, ожидали, что я явлюсь с раскрашенным лицом – ведь Гроув вчера раскрасила его мне самолично. Отсутствие ссадин явно стало для «сапфировой» и ее компании неожиданностью.
Если бы не Лейтон, так оно и было.
Лейтон, Лейтон…
Лейтон Уинфорд, что это такое было?
Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь…
И этим все сказано.
Хорошо хоть, его сегодня не было на завтраке – уехал в Министерство