Бесшумно ступая по полу саламандровскими полуботинками, Мохов подошел к столу.
— Я вот насчет чего. Опять что-то дурят умники из двадцать восьмого. Я им помидоры направил, так ведь вот чего выкинули…
Начальник хранилища № 3 обладал своеобразной манерой излагать свои жалобы. Ни к кому из работников базы он никогда претензий не имел. Его речи касались кого-нибудь извне, как сейчас, например, товароведа малюсенького магазина «Овощи — фрукты» № 28. Все претензии носили характер информации о настроениях партнеров, так сказать, к сведению руководства. Никаких советов Казарян не давал и мер к устранению неурядиц не предпринимал. Но Мохов приходил с новыми рассказами про продавцов и шоферов. В конце концов, директор привык к необычному подчиненному — снял опалу.
Вначале он слушал Мохова с вниманием, но потом мысли спутались, унеслись в Узбекистан. Как все надоело. Пора бы оберегать себя от нервных перегрузок. А лучше всего вообще уйти на пенсию.
Неприятно и не вовремя закололо сердце. Казарян вынул из кармана коробочку с лекарством.
— Хорошо, Юра, иди.
Мохов осекся на полуслове. С удивлением посмотрел на всегда внимательного шефа и удалился.
Положив под язык таблетку валидола, Аршак Акопович откинулся в кресле. Закрыл глаза.
В памяти пробежал разговор с Каипбергеновым. Султанмурат звонил из своего кабинета, и, если телефон действительно «стоит на кнопке», то он, можно сказать, выдал своего сообщника. А, черт с ним! Все равно рано или поздно докопаются.
Боль отступила.
Директор придвинул к себе телефон.
«Только бы поймать ее дома», — подумал он, накручивая диск аппарата.
Роза стояла возле окна, нервно покусывая отворот халата. Звонок Казаряна разрушал все планы. Недельный отдых в Крыму подменялся обществом нахального старика. Главное, возмущал тон: «Сиди дома. Через час я приеду». Нашел тоже девочку. Она со злостью задернула штору.
История их знакомства началась в конце мая. По какому-то случаю Казарян попал в ресторан гостиницы «Украина» в составе группы работников НИИ атомной энергии. Сияние «фруктового короля» заметно померкло в ученой среде. Он без интереса слушал рассуждения о роли атома в современной науке, с неудовольствием чувствуя, как растворяется его значимость. Он уже собирался покинуть мудрое общество, когда в поле зрения оказалась некая особа.
В противоположном углу зала за отдельным столиком сидела восточная красавица в роскошном платье. Аршаку Акоповичу показалась удивительно знакомой холодная красота ее лица — вишневые губы, греческий нос, огромные черные глаза. Он стал перебирать в памяти лица своих подружек. Женщина поднесла к губам сигарету, затянулась, втягивая щеки, и вдруг резко вскинула ресницы — через весь зал без промаха нашла взглядом Казаряна. Вспыхнули, засверкали два огонька. Красавица лишь на миг задержала на нем свое внимание, но проницательный Казарян успел определить профессию женщины.
Ресторанный певец затянул очередную песню. Аршак Акопович направился в противоположный угол зала.
— Добрый вечер. Вы не откажетесь потанцевать со мной?
Оценивающий взгляд ощупал его костюм, скользнул по лицу. Женщина, выпустив через уголок рта облачко дыма, затушила сигарету в пепельнице.
Ту ночь они провели вместе. Она оказалась мастером своего дела, хотя Казарян помнил дам и получше. Однако заинтересовала его не техника постельного общения. Он вспомнил, где видел эту женщину. И даже не ее, а американскую актрису Элен Роуз, чье поразительное сходство с ресторанной красавицей вначале так запутало Аршака Акоповича, а затем зародило оригинальную идею в его беспокойном мозгу. Казарян решил, что Роза ему нужна.
План срывался в самом начале. Роза отказалась от постоянного контакта. Не оставив ни адреса, ни номера телефона, она с двумя «катями» растворилась в гигантском городе. Пришлось воспользоваться телефонной книжечкой.
Через три дня, утром, при выходе из гостиницы «Украина» Роза была задержана. Во время обыска в отделении милиции у нее обнаружили девяносто английских фунтов. Выяснилось также, что задержанная нигде не работает и определенных занятий не имеет. Следователь прямо заговорил о тунеядстве и валютных махинациях. Последствия могли оказаться самыми неприятными.
Казарян появился в отделении во второй половине дня. Роза сидела на стуле посередине комнаты. Растрепанная, взъерошенная, в надорванном платье. В эту минуту ее сходство с американской кинозвездой было очень спорным. Разыгрывать случайную встречу в таком странном месте выглядело бы глупо. Да и ни к чему. Пусть-ка высокомерная девица убедится, какими возможностями обладает ее недавний кавалер, так настойчиво набивающийся к ней в друзья. Вместе со следователем они отправились на квартиру Розы, предварительно по всем правилам оформив изъятие валюты, а вечером все трое прибыли на плодоовощную базу.
Здесь девушка написала заявление о приеме на работу в качестве экономиста, тут же одобренное администрацией.
Лучшего выхода из сложившейся ситуации для Розы быть не могло. Она не только избежала ареста, но и получила очень удобное место работы. Новый начальник не требовал ежедневного присутствия в конторе, а наличие трудовой книжки избавляло от возможных конфликтов с милицией. Кроме того, вопреки всякой логике, директор не домогался ее любви, что одновременно и удивляло, и радовало Розу.
Черная «Волга», проскользнув между створками ворот, прошуршала шинами по гаревой дорожке и остановилась возле двухэтажной дачи. Через заднюю дверцу выбрался седовласый мужчина в серой спортивной рубашке и мягких вельветовых брюках. Выкатив вперед живот, он огляделся по сторонам и крикнул в пространство:
— Хозяин, выходи!
Из глубины дома вынырнул улыбающийся Казарян.
— Что ж ты спрятался? — обратился к нему гость зычным голосом. — Не встречаешь.
— Прошу прощения. Я вас чуть-чуть позже ждал, — стал оправдываться хозяин. — Вы проходите. Я сейчас, только ворота закрою.
— Не утруждайся. Женя все сделает, — остановил его гость, вальяжно поднимаясь на крыльцо.
Минуя маленькую прихожую, они вошли в роскошно обставленную гостиную. Деревянная лестница с резными перилами вела из нее на второй этаж. Гость окинул взглядом обстановку.
— Вроде у тебя в прошлый раз как-то по-другому было.
Казарян ничего не ответил. Гость подошел к стеллажам с книгами, провел рукой по разноцветным корешкам.
— Как ты думаешь, Аршак? Почему я каждый раз начинаю завидовать тебе, когда попадаю на твою дачу? Нет, в самом деле. Живешь в свое удовольствие. Ответственности ни за что не несешь — твоя картошка не в счет. Да что там. Я на твоем месте вообще ушел