Игра перспектив/ы - Лоран Бине. Страница 58

Но обстановка мешала исполнить мой приказ. Законопаченные двери было не открыть, иначе воды Арно хлынули бы в собор. Поэтому остававшимся в нефе гвардейцам пришлось разбить витражное окно, расположенное достаточно высоко и не затронутое наводнением. Спускаясь из-под купола, я внезапно услышал их возбужденные крики: «Вон он! Вижу его! Хватайте!» Они в самом деле заметили Строцци, тот проплыл между собором и баптистерием, ненадолго зацепился за двери работы Гиберти, как будто это врата рая, а затем продолжил двигаться к югу.

Солдаты застыли в изумлении, глядя на человека, бросившего вызов стихии и словно оберегаемого богами, но, спустившись к ним, я уже знал, как действовать дальше. Для начала я спросил, кто из гвардейцев умеет плавать. Им я велел снять шлемы и металлические нагрудники, замотать шпаги в плащи, прыгнуть в воду и догонять беглеца. Когда десяток из них справился с задачей, я спрыгнул следом, и мы поплыли в сторону Синьории, куда он подался ранее. По пути я реквизировал лодку, в которую кто-то из флорентийцев погрузил свои пожитки, мебель и тюки с бельем: все это пришлось скинуть в воду, чтобы разместить моих людей. На судно со мной поднялись пять гвардейцев. Из-за этого мы поначалу несколько задержались, но затем, взявшись за весла, оставленные злосчастными хозяевами, сумели наверстать часть упущенного времени.

Строцци греб так мощно, что уже находился у Понте Веккьо. У меня почти не было сомнений в том, что он хочет добраться до холмов Ольтрарно, подальше как от наводнения, так и от дворца Барджелло. Не представляю, где он взял силы взобраться на крышу, соединявшую строения на мосту. Нагнав его, мы увидели, что он явно устал и запыхался. Он тоже нас заметил и собрался снова бежать, что для него не составляло труда, поскольку из воды он уже выбрался и ему предстояло не плыть, а бежать над домами, выросшими вдоль Понте Веккьо, по крайней мере до противоположного берега (правда, в одном месте череда лавок на мосту прерывается: пришлось бы снова лезть в воду), а там, возможно, продолжив путь по крышам, он думал скрыться от нас (хотя для этого нужен был бы коридор над домами), как вдруг со стороны Ольтрарно появился патруль, подоспевший на лодке, так что Строцци оказался зажат в тиски. Жаль, мы были вынуждены оставить арбалеты и мушкеты в соборе Санта-Мария, чтобы гнаться за ним вплавь, и на расстоянии никак не могли влиять на его перемещения. Гвардейцам необходимо было схватить его, а для этого найти способ до него добраться, что было нелегко, поскольку лодки в этом месте раскачивало течением реки и было очень сложно их зафиксировать, не говоря о запахе, исходившем от кожевенных мастерских и от лавок, где обычно торговали требухой, вызывавшем дурноту и отнимавшем последние силы, и без того существенно подорванные холодом, пробиравшим нас до костей. Пока гвардейцы неумело пытались закрепить лодку и выбраться на крышу (поднимавшуюся при этом всего на три-четыре локтя над водой), Строцци ждал их, стоя со шпагой в руке. Едва кому-то удавалось взобраться наверх, он наносил удар, после чего бежал на другую сторону и точно так же встречал второй патруль. Вряд ли он рассчитывал долго продержаться и не мог не понимать, что ловушка скоро захлопнется. Поэтому он решил выждать на равном расстоянии от двух патрулей, твердо стоя на ногах, опустив голову, но приготовившись драться. Было ясно, что он предпочтет пасть в бою, нежели сдаться. Но пока гвардейцы осторожно приближались к нему, а буря разбушевалась пуще прежнего и набросилась на город с яростью, которую вы могли наблюдать, в русле Арно вдруг поднялась волна невиданной высоты. Гвардейцы, продвигавшиеся вперед на четвереньках, чтобы не потерять равновесие, цеплялись за черепицу, а он стоял, отчего его сбило с ног и понесло течением. На этот раз мы не видели, чтобы он вынырнул. Таким образом, все говорит в пользу того, что выжить ему не удалось и он утонул. Быть может, Арно выбросит его тело по весне или раньше, когда река вернется в свои берега.

Баккьякка умер, не приходя в сознание. Выходит, свою тайну он унес в могилу, мы вряд ли когда-нибудь узнаем, какова была его роль в этом темном деле и как он сумел вынести картину из палаццо Веккьо. Насколько мне известно, накануне смерти его навестил Челлини. Герцог знает, что я думаю об этом субъекте. Доверия к нему мало.

Мое послание принесет вам печальную весть, пишу его с тяжелым сердцем. Бедняжка Мария скончалась в родах. Убитая горем герцогиня удалилась в Пизу вместе с сыновьями. Герцог безутешен, но не настолько, чтобы пренебрегать государственными делами. За Альфонсо д’Эсте в итоге выйдет младшая дочь, Лукреция, скрепив тем самым узы Флоренции и Феррары, как и планировалось. Не спешите покидать свой дом в Ареццо. Фрески в палаццо Веккьо никуда не денутся. Кто знает, какой ждать погоды?

День славы настал для Французского королевства, и я ничуть не удивлена, что мой не знающий поражений кузен в который раз к этому причастен. Еще бы! Двести лет Кале принадлежал англичанам, а вы отбили его всего-то после недельной осады! Де Гиз определенно искусен на поле битвы, но я-то знаю, какова при нем ваша роль. Франция может гордиться тем, что у нее на службе такой генерал, как вы, мессер и мой кузен. А теперь покажем Испании! С Божьей и вашей помощью де Гиз вернет свою родную Лотарингию, выдворит испанцев из Люксембурга и разделит наконец бургундское наследство Габсбургов.

Ну а пока вот новости из Франции, которые, быть может, вас позабавят. Помните шевалье ди Малатести, которого приняли при дворе после того, как он обрюхатил старшую дочь Козимо? Он мертв, заколот прямо посреди Парижа, где вел распутную жизнь в обществе наших соотечественников. Его труп выловили из Сены, куда он был сброшен убийцами. Говорят, случилась драка в таверне, но я чую, откуда ветер дует: Козимо злопамятен. Должно быть, он подослал к пажу убийц, как сделал это десять лет назад, чтобы убить Лоренцино в Венеции, и кто знает, возможно, это были те же люди. Его дочь