Зачем я во всё это полез? На хрена я воскресил этого сраного хомяка? А главное — на хрена я нужен этому долбаному богу⁈
Какой вывод? Не делай людям добра! Хотя кому я тут добро делал?
— Жалкая потуга, человек, — раздался утробный низкий голос рядом со мной.
Я поднял голову и тут же её опустил. В паре метров от меня стояла орчанка. Или орчиха. Как там верно?
— Уйди, старушка, я в печали! — отмахнулся я от некромантки рукой, как от назойливой мухи.
— Предпочитаешь умереть лёжа? — с вызовом спросила приставучая красномордая.
— Вообще, такой план и был — только в глубокой старости и с молодухой на бую, пьяный в ванне с икрой. Желательно чёрной.
Я почувствовал, как некромантка собирает силу на кончиках пальцев. Почувствовал, как сила перетекает из её резервуара и превращается в молнию. Затем раздался потрескивающий звук. Первые крошечные молнии заиграли на кончиках пальцев моего палача.
— Не справился ты, Пушистик, — прошептал я, — ох и отругают тебя…
Затем раздался шелест крыльев и…
Чего? Какой шелест крыльев? Какой яркий свет огня? Что за?
Я поднял голову. На месте некромантки, спиной ко мне, стояла Малифисента с факелом в руках. Вокруг летал ворон. Я встряхнул головой — тело отозвалось болью, а сознание прояснилось. Геката пришла.
— Да! — крикнул я и победно поднял руку вверх.
Отпустить уже не смог — рука упала мне прям на морду лица. Больно, между прочим. Губу разбил. Слуги, стоявшие у портала, передавали, что с одной стороны подбегают тысячи волков, а с другой открылись сотни порталов, и из них выходят Квакеры.
Я нашёл в себе силы нащупать мешочек с бусинами и всыпал остатки в себя. Это не могло нормально помочь. Солнышко и кубики перестали действовать, а откат начался. Я не боец. Но встать-то хотя бы надо. Тут моя беременная богиня сражается.
А картинка оказалась прям супер. Это было прямо избиение младенца. Треугольником стояли Геката, Кваг и Пушистик. А внутри, из угла в угол, эти трое пинали несчастного некроманта. Картины более страшной и комичной придумать было сложно.
Причём было заметно, что они могли давно её добить, но не делали этого. Судя по всему, они все выпускали пар. Забавно.
— Господа! Позвольте, я пробью с ноги? — выкрикнул я из последних сил и отключился.
Глава 12
Где-то в недрах сознания Толика.
Коммунальная квартира № 1
Прописанные жильцы:
Толик;
Петруша;
Пушистик;
Вредный бог;
Жуки-передатчики;
Неизвестный жилец.
Петруша не находил себе места. После того как Геката разделила сознание его родного тела, злость накатывала волнами. Хотя за последние дни Петя морально подрос и мог смело называться мужчиной, детские травмы и обиды не остались в прошлом.
Проклятый маг, мерзкие дети-соседи, а теперь ещё и Толик, подло его предавший…
Появился бог, который хочет… А чего он хочет? Не совсем понятно. И не совсем понятно, чего Толик так упрямится. Мысли повзрослевшего Пети всё время ходят крайне близко от мысли о бунте. А это, в свою очередь, приведёт к смерти или боли самого Пети.
А теперь ещё и этот провал в памяти, после которого вообще ничего не понятно. Зато стали доступны видосики с титичками. На этих мыслях Петруша широко улыбнулся.
Уже несколько часов Толик был без сознания. Петя заглянул в его комнату, чтобы убедиться, что с носителем тела всё в порядке, а сам вернулся к недавно появившейся двери.
Этот файл, который был недоступен Пете, находился за этой дверью — той, что помечена как «неизвестный жилец».
— У нас и так тесно, а тут ещё соседей подвезли, — сокрушался Петя, пытаясь открыть манящую дверь. — А главное, обидно: я успел такого насмотреться в его памяти, что действительно лучше бы и не видел.
Например, когда на каких-то разборках люди друг в друга стреляли и кидались… как его… гранатами, вот. А когда четыре дяденьки и одна тётенька… Это же ужас! Фу, фу, фу.
А тут какой-то непонятный файл.
— Грёбаная дверь! Как тебя открыть?
Точно, интернет! «Вскрытие замков». Толик в своё время изучал эту тему — надо опуститься в его паутину воспоминаний. Может, и найду что-нибудь?
* * *
Пробуждение было тяжёлым. Сознание накатывало волнами. Обрывки воспоминаний… Я категорически не мог понять, где я нахожусь и что произошло.
Дальний город, машина, авария. Потом драка. Ах да… Я попал… А дальше что? Геката. Разломы! Говорящая пантера! Стоп, это мне привиделось? Или нет? Пушистик — друг! Какой он друг? Мудак плюшевый. Ах да! Меня поимело стадо кентавров. Нет, это из другой песни. Одна красномордая орчиха. Одноглазая…
Я открыл глаза — всё немножечко плывёт. Я лежу на кровати, комната небольшая. Кровать — двуспальная, крайне мягкая. Напротив — стол на четыре персоны. Справа — шкаф, слева — комод. Окно на полстены, за окном — ясный день. Ну и дверь куда-то наружу.
Сел с большим трудом, подтянулся к спинке кровати и облокотился. Осмотрелся тщательнее. Мир лягухов — сто пудово. Слишком светло на улице. Я кинул быстрый взгляд под простынь и шумно выдохнул: колокола на месте. Значит, Геката либо не стала совершать святотатство, либо временно отложила экзекуцию.
Я встал и обнаружил ещё одну дверь в комнате — сразу за кроватью. Как и в прошлый раз, это оказалась ванная комната с уборной. Эти Квакеры такие затейники — почему-то ванная у них сзади кровати. С другой стороны, хорошо, что она вообще есть. Вон в мире Зулу — общие душевые, и никого не колышет, мальчик ты или девочка.
С другой стороны, это должно неплохо повышать генофонд и рождаемость. А-а-а… Дьявол! У них же всё не как у людей — грёбаные атланты. Это же надо! Дети в капусте, дурдом. Ещё и поливают эту капусточку не пойми чем. В прямом смысле — Матушка-Земля.
С таким набором мыслей, едва переставляя ноги, я добрался до ванной комнаты. Душ меня сейчас мало интересовал. Тут стояло что-то среднее между ванной и джакузи — вот туда я и начал набирать чудную тёплую воду. На полочках стояли некие баночки. Я понюхал несколько из них, выбрал одну самую