Детей охраняли качественно: каждому выделили по четыре охранника. Остальные катком шли по центральному миру. Учитывая растянутость армии и её масштаб, запас моих камней увеличился многократно. Клим, Андрей и Квагуш как могли пытались ускорить наше перемещение — но гражданским всё было интересно.
Целые сутки мы двигались на расстояние в двадцать километров. Когда подошли к разлому, ведущему в астральный мир, хомяк и я были выжаты, как сублимированные лимончики. Слишком сложно и хлопотно было со всеми ними.
Наше появление в мире, заполоненном лягухами, было шедевральным. Во-первых, островок, на котором находился разлом в астральном мире, был крошечный — так что с него сразу начали сваливаться люди. Но с гравитацией тут всё сложно: в итоге люди падали вниз, переворачивались и приземлялись на другой островок — визги, крики, неразбериха.
Связь с Бибой и Бобой в этом мире сразу укрепилась — и я приказал им прибыть и принести мне Свету. Это был новый фурор. Лягухи поняли всё слишком буквально, а Света, видимо, была не очень рада. В итоге ко мне прибыл лишь Боба — и тот был очень поджаренный магией. Биба остался лежать где-то среди островков — живой, но прожаренный до хрустящей корочки. В общем, из полуфабриката получилось полноценное блюдо. Вина белого не хватает.
Света, увидев меня, побледнела — что показалось крайне странным. Вроде я только похорошел: новая сила и дикая перекачка энергии сквозь меня совершили чудеса. Как говорил мой товарищ: «Если бы мог, я бы сам себе вдул».
Так и я сейчас: живота нет, челюсти на своих местах, череп как череп, жопа меньше плеч, ноги нормальных размеров и накачаны постоянной беготнёй, пресс и руки — всё при мне. А она бледнеет и подходить боится. Странная…
Когда Света осознала, что я фактически даю ей десятки тысяч детей, она была счастлива — натурально счастлива. Причём я так и не понял почему. Я бы на её месте ругался и кидался молниями. Видимо, я никогда не пойму женщин.
В итоге я сбагрил ей практически всех. А ещё, узнав, что у Светы есть целый заместитель Владыки, дал ему поручение: всех серьёзных вояк — на поле боя, особенно тех, что с бластерами. Ну и сами бластеры надо поставить на поток.
В качестве пробы отсыпал пятьсот самых слабеньких камней силы — попробовать поставить их в виде питания бластера. Должно сделать эти игрушки более грозным оружием. Хотя я думаю, даже такие бластеры в количестве сотни единиц перевернут весь ход войны — а у зионцев их несколько тысяч.
Ещё я успел оценить масштаб и размах Светиных амбиций. К застройке планеты она подошла с задором и огоньком. Я лишь примерно представлял расстояние от этого разлома до разломов атлантов и квакеров. Но Света начала застройку уже даже здесь. Причём строители были не только из числа лягухов — я чувствовал силу атлантов. Они тоже принимали участие в этой вакханалии.
Куда дальше?
Как бы мне ни хотелось узнать все новости и навестить знакомых, тратить время я не стал. Лишь уточнил у помощника Квага и Светы общие сведения:
Самоуверенный Кваг в первой битве получил по сусалам. Устроил тренировочные лагеря в мире атлантов и уже отправил первые партии на войну за столицу.
Дальше выяснять я не стал и поспешил удалиться из райского уголка. Вид нескольких домов с бассейном во дворе крайне манил — боялся, что если задержусь чуть дольше, уже не уйду отсюда никогда.
С собой я взял два десятка самых вменяемых зионцев — и самых, на мой взгляд, мощных. Среди них была Кира — та самая оранжевокожая, ныне седая дама, лизнувшая мой нос. Взял я её не из-за языка, её талант к расщеплению всего и вся меня крайне интересовал.
Оставив Свету в компании зионцев, я, особо не прощаясь, по-английски свалил обратно в центральный мир. Стоило мне занести ногу для проникновения в разлом, как я замедлился и глянул вбок. Чёрная пантера с человеческой головой и двумя хвостами смотрела на меня и по-приятельски кивала. Мир мигнул — и я выпал в реальность уже в центральном мире. При этом во рту была зажата левая рука, в которой опять красовались дырки от зубов.
Поматерившись и безуспешно позвав Петю, я решил обратиться к Пушистику. Тот лишь пожал плечиками, назвал меня опять «Пик-пуком» и припустил вдаль. Но только мы отбежали на пару километров, нас догнала Шая.
— Я с вами! — она лучилась радостью и счастьем.
— Решила попытать счастье, подруга? — надломила бровь Кира.
— А как же отец? — не стал я обращать внимание на подстрекателя.
— Я поставила его перед фактом. Я взрослая! — она топнула ножкой и провалилась на метр под землю.
— Силу контролировать научись! Взрослая, — по-доброму ухмыльнулся я и помог девушке вылезти из ямки.
Учитывая, что мы капитально отклонились от заданного курса, двигаться предстояло не менее трёх дней. Центральный мир меня не переставал удивлять. С каждым днём я всё больше сомневался, что он центральный. Важный и ключевой — да! Но что-то тут не клеилось.
Мы встретили крупный городок с живыми существами. Лезть к ним не стали — обошли по широкой дуге. Сами существа были некрупные, мне в пупок дышали: сгорбленные, с длинными руками до пола. Ручки и ножки — неестественно тонкие, тела огромные, едины с головой. Башка — самое большое и толстое место на теле.
Огромная пасть с несколькими рядами зубов, отсутствие глаз, голые тела без половых признаков. Мы даже вначале думали вырезать их — чисто ради камней. На наше счастье, такое же решение принял отряд людей, вышедший из соседнего разлома. Они как безумные кинулись на лагерь.
Один-единственный охранник прохода в поселение поднял руку и опустил её. Армия людей из пятисот человек превратилась в кроваво-костную лепёшку. Сглотнули всё. После чего, не сговариваясь и в полной тишине, мы отступили и обошли по огромному кругу.
Разломов рядом с этим поселением было немного. Совершенно непонятно, кто это, откуда и зачем живут тут. Но за себя постоять явно могут. «Вот таких бы нам воинов в армию. Но если окажется, что ребятки недружелюбны, я не хочу стать лепёшкой», — подумал я.
Следующей странностью стал оазис: несколько квадратных километров цветущего сада, деревья, огромное озеро в центре. Оно было