Все получилось, и мы завопили от радости.
– Тут главное – держать равновесие! – напомнила Хани.
Папа крикнул Мейсону:
– Теперь ты разворачивайся!
Лоуви и Хани оставались рядом с Мейсоном, подробно объясняя, что и как. Когда Мейсон угнездился в каяке, лицо его немного расслабилось, он улыбнулся, победоносно вскинув весло.
– Давай запрыгивай, Рэнд! – крикнула из своего каяка Хани. – Поезд отправляется. Чух-чух!
Хани встала во главе колонны, легко и ритмично опуская весла в воду. Пожарника Рэнда назначили замыкающим.
– Я задний вагон нашего плавучего поезда! – оповестил он остальных.
Мы, наверное, все поняли, что говорит он это с одной целью: не выпускать папу из виду.
Кортеж разноцветных каяков растянулся по ручью. Мы гребли против медленного течения, каждый двигался в своем темпе. Тут же не гонка. Одновременно мы старались не терять из виду свою группу взаимовыручки.
Гребок левой, правой. Гребок левой, правой.
Я старался не отставать от папы и чувствовал, как начинают гореть мышцы. У него были очень сильные руки, работал он ими ритмично. Влево-вправо, из стороны в сторону – каяк его скользил по тихой воде, оставляя за кормой легкую зыбь. Никому было за ним не угнаться. Папа легко маневрировал, без проблем сдавал назад, греб то с одной стороны, то с другой. Надо сказать, выглядел он просто отлично. Я засмеялся, зная, что и он это знает тоже.
Мы добрались до затона, над нами настоящими джунглями поднималась спартина. Остановились передохнуть, каяки заскользили по течению. Болото не молчало – булькало, потрескивало. Трава издавала негромкий шорох. Я заметил, как папа подплыл к Мейсону и дал ему пять концом весла.
– Отлично справляешься. Еще немного – и станешь профи.
Мейсон явно был доволен тем, как у него хорошо получается. Еще бы ему не быть довольным. Плавать он научился всего год назад. Я вспомнил, как стремительно тело его врезалось в воду на тренировках. Мейсон всю жизнь боялся воды, а тут оказалось, что он просто рожден для водных видов спорта.
Лоуви подплыла к Мейсону и дала ему несколько советов. Глядя на нее, я вспомнил, как доброжелательно она в свое время обучала меня. Ни одна девчонка не знала про жизнь в болотах столько, сколько знала Лоуви Легар.
Папа встал во главе, и мы двинулись обратно к причалу. Глядя на папу, казалось, что грести очень легко. А я, когда его догнал, весь покрылся потом.
– Подожди! – крикнул я. Приналег на весла, стараясь вкладывать все силы в каждый гребок.
Папа повернулся и, увидев, что я за ним гонюсь, положил весло поперек, стал ждать. Из воды время от времени выскакивали серебристые рыбешки, плоскими камушками скакали по поверхности, снова скрывались в глубине. Когда мы поравнялись, папа нагнулся и подтянул мой каяк к своему.
– У тебя все лучше получается, – сказал он.
– Да, – подтвердил я, просияв от похвалы. – Меня Лоуви научила.
– Правда? – По папиному лицу что-то мелькнуло. – А я и не знал. – Он посмотрел на меня по-другому. – Я очень рад, что мы решили попробовать, – добавил он. – Вместе.
Я задохнулся от радости.
– Я тоже.
Я слышал, как в тишине вода плещет о борта наших каяков. Папа всматривался в водный простор и заросли спартины, и у меня появилась возможность за ним понаблюдать. В каяке, где не видно ног, он выглядел иначе. Я забыл про его увечье. Мышцы у него были мощные, руки загорелые, а оказавшись на воде, он греб быстрее всех. Он снова стал собою прежним. Тем сильным папой, которого мне так не хватало.
Папа повернулся, посмотрел на меня – так и сверлил взглядом.
– Я тобой горжусь, сын, – произнес он. – Вчера вечером тебе хватило мужества сказать мне правду.
– Прости, что разорался.
– Мне нужно было это услышать, – ответил он. А потом добавил тише: – Больше я тебя не подведу.
Мимо, совсем низко, пролетел одинокий пеликан. Он скользил буквально в метре над водой. Папа улыбнулся, расправил плечи.
– Я сейчас чувствую себя этим пеликаном, – сказал он. Рассмеялся от всей души. – Свободный как птица! Вперед!
Он схватил весло и помчался вперед, такой же грациозный, как и пеликан.
Глава 15
Иногда, чтобы обрести свободу в будущем, нужно отказаться от прошлого
– Эй, кто тут готов отыскать сегодня эту древесную крепость? – крикнул папа.
Прошла неделя, и каждый день мы с папой плавали вместе на каяках. Он очень увлекся. Просыпался рано, звал меня вниз, на столе уже стоял завтрак, который мы тут же проглатывали. А потом шли к воде – пока солнце не залезет высоко и не начнется жара.
– Я готов! – откликнулся я.
Папа осторожно потянул меня за козырек бейсболки.
Островитяне собрались у причала, и я с радостью отметил, что мы все трое – в одинаковых новеньких бейсболках хаки, на которых вышито: «ОСТРОВИТЯНЕ». Лоуви помогла мне донести каяк до воды.
– Похоже, твой папа увлекся поисками сокровищ, – заметила она.
– А я вот не понимаю, чем он больше увлекся: сокровищами или поисками своей старой крепости.
Когда мы спустили на воду все каяки, папа собрал нас вместе.
– Так, отряд, давайте еще раз пройдемся по нашему плану. – Папа разложил карту на заднем сиденье своей тележки. Провел по карте пальцем, показывая, что нас ждет. – Я, Джейк и Хани пойдем на каяке к востоку вот от этой излучины, а потом на северо-запад, вот сюда, – начал он. – Здесь высадимся. – Он посмотрел на Пожарника Рэнда. – Рэнд, Мейсон, Лоуви и Живчик доберутся на тележке до начала тропы. Дальше пойдете пешком… – Он ткнул пальцем в карту, – вот сюда.
– То есть к тому месту, где деревья образуют крест? – догадалась Лоуви.
– Точно, – ответил папа, указывая на карте то место, где началась наша первая провальная попытка отыскать древесную крепость. – Потом палец его скользнул в сторону. – Вот место встречи. Причал «Одинокий кедр».
Рэнд согласно кивнул.
– Принято, – откликнулся Мейсон.
Папа посмотрел на часы.
– Время к полудню. Если мы выступим прямо сейчас, водная группа выйдет на точку… – Он помолчал, подсчитывая, – в тринадцать ноль-ноль.
Лоуви наморщила брови.
– А что значит «выйти на точку»?
– Добраться до назначенного места, – пояснил я. – Так в армии говорят.
Волнение мое нарастало. С нами папа и Рэнд, так что это больше похоже на настоящее задание, а не просто игру.
Папа продолжил:
– Наземная группа, вы в ожидании нас проведете рекогносцировку [9].
Я склонился к Лоуви и пояснил:
– Так в армии называется «разведать тропу, посмотреть, что там и как».
– Рэнд, – продолжил