– Са Ранжим, если позволите, прежде чем мы продолжим, я бы хотела подать вам чай. Это будет честь для меня.
Он дергает головой, осматривая меня.
– Чайная церемония, – говорит он. – Я был свидетелем одной такой, давно. Вы в этом профессионал?
– Да.
Я слегка поражаюсь собственной самоуверенности, но в то же время во мне будто что-то щелкнуло и встало на место. Я не могу претендовать на титул чайного мастера, уже нет. Но я профессионал – с сертификатом или без.
– Очень хорошо, – говорит он. – С чего начнем?
Я кланяюсь:
– Могу я воспользоваться вашей водой?
– Мы предоставим воду, – соглашается он, и уже через пару секунд рядом с ним возникает Те Мурака со стеклянным кувшином воды. – Этого достаточно?
– Более чем, – отвечаю я и поворачиваюсь к Лорвин. – Подогреешь, пожалуйста?
– Каким образом? – вмешивается Са Ранжим.
– Магией, с вашего позволения.
Он прищуривается:
– Мы можем создать для вас огонь.
– Мне не нужен огонь, – поясняю я. – Эти предметы не выдержат соприкосновения с ним. Мне нужно, чтобы вода достигла определенной температуры, чтобы правильно заварить эти листья.
Смесь «Голубой дракон». Пожалуй, название лучше не озвучивать. Лорвин прекрасно понимает, что это. Она вставляет:
– Мне потребуется совсем немного магии. Сомневаюсь, что вы заметите разницу.
– Замечу, – говорит Са Ранжим. – Но продолжайте.
– Прошу, присаживайтесь, – говорю я и оглядываюсь через плечо на Лорвин и Ристери. – Вы тоже, пожалуйста.
Люди Те Мурака могут наблюдать, но гостю будет не по себе, если мы будем нависать над ним.
Я осторожно выставляю набор, поглубже пряча сладкие булочки и носки, чтобы они никого не смущали, и продумываю дальнейшие действия. Это не закрытая церемония, и гость мало представляет, чего ожидать. Мы не в комнате для церемоний, и я не могу контролировать атмосферу.
Хотя могу контролировать себя.
Но не буду.
Чайная церемония в своем естестве. Нет правил, кроме тех, что я создам и вложу, а я вложу всю себя. Я не боюсь. Я надвигающаяся волна.
Са Ранжим смотрит на заварник, на меня, глядит из-под тяжелых век. Духи помогают мне.
– Готово, Мияра, – тихо произносит Лорвин.
Я кланяюсь с подносом в руках и начинаю. Сразу же понимаю, что все идет как надо. Я слушала, слушала внимательно и знаю, какое впечатление должна произвести на гостя. Надо продемонстрировать ему услужливость, и радушие, и преданность делу, и борьбу. Сегодня я олицетворение всего этого.
Во время церемонии я чувствую каждый нерв, словно все они живые и танцуют внутри, вмещая магию церемонии, которая течет по мне, моему гостю, переливается в заварник и заколдованную воду.
Я наливаю чай, и в воздух взмывает облако пара. Протягиваю чашку Са Ранжиму и вижу, что пара нет. Моргаю, чуть не роняя заварник, – пар образовал силуэт дракончика. Я смотрю, как тот постепенно становится голубым.
Малыш парит передо мной, обращает на меня свои золотистые глаза и дрожит. Беспомощно машет крылышками. И бессильно падает.
Я выпускаю из рук заварник, чтобы поймать дракончика. Стоит мне двинуться, как Са Ранжим тоже реагирует и подхватывает заварник со скоростью Энтеро – чайник тоже спасен. Малыш-дракон утыкается носиком в мою ладонь, я ахаю, чувствуя его мягкую, гладкую и теплую чешую. Ничего не понимаю.
– Это ваша магия? – шепчу я.
– Нет, – говорит Са Ранжим с искрящимся взглядом. – Она ваша и наша.
Дракончик дрожит и выдыхает через ноздри дым, в котором мелькают искорки пламени.
– Если он выдыхает огонь, как ему может быть холодно? – любопытствую я.
– Возможно, потому что холодно за пределами вашего пышущего паром заварника, – предполагает Са Ранжим.
Это объяснение меня вполне устраивает, что, наверное, не делает чести моему умению справляться с неожиданной и удивительной магией.
Малыш скрещивает лапки, пытаясь согреться, и я резко выпрямляюсь. Положив дракончика на колени, лезу в чемоданчик и достаю носки. К счастью, они довольно большие, так что я надеваю один на скрещенные передние лапки, а другой – на задние. Дракон восторженно урчит и довольно сворачивается у меня на коленях. Так ему еще теплее.
Я смотрю на Са Ранжима:
– У меня появились вопросы.
Его глаза тепло поблескивают.
– Как я понимаю, вы не знаете, чем является ваш заварник, – говорит он.
– Очевидно, нет, – вскидываю я брови.
– Он сделан с помощью арканной магии, – говорит Са Ранжим. – Я не арканник, не умею так трансформировать сырую магию и не могу сказать больше. Как он у вас оказался?
– Мне его подарили, – отвечаю я, не сводя глаз с мерцающего заварника. – Кое-кто, кого мне, видимо, следовало подробнее о нем расспросить. Но из него еще ни разу не вылетал дракон.
– Полагаю, вы в Катастрофе впервые, – говорит он. – И церемонию вы проводили не просто для меня. Чистое искусство, прямо как то, что вы сейчас продемонстрировали, всегда создавало духов, даже если их и не видно. А чай всегда был священным в вашей культуре, разве нет?
Традиционная смесь «Голубой дракон», возникшая сотни лет назад.
– Творение земли, созданное в воде и выпущенное в воздух, – произношу я беззвучно. – Значит, я создала дракона?
– Ваш фамильяр – девочка, – отвечает Са Ранжим.
Я быстро кланяюсь:
– Прошу прощения, я не хотела обидеть, просто она ведет себя как кот одного моего знакомого. Как вы определили?
– У некоторых существ я такое чувствую, – говорит он. – Это одна из перемен, которые с нами произошли.
– Перемен? – спрашиваю я.
– С вами все в порядке? – пропускает мой вопрос Са Ранжим. – Вы вся дрожите.
– Я создала волшебного дракончика-фамильяра, – пытаюсь объяснить я. – Возможно, мне стоит выпить чаю.
Я кланяюсь, и мы берем чашки. Сделав бодрящий глоток, Са Ранжим говорит:
– Раньше магия Те Мурака проявлялась через наше умение устанавливать связь с духами. Когда по нам ударила волна, породившая Катастрофу, те, кто умел общаться с духами, интуитивно обратились к ним, и мы выжили. А остальные нет. – Он обводит круг рукой. – Мы Те Мурака, которые выжили.
У меня на глаза наворачиваются слезы. Их так много, в каком-то смысле, и все же так мало.
– Мы выжили благодаря связи с духами, которая поддерживала стабильность внутри Катастрофы, но все же она оказала на нас огромное влияние, – рассказывает Са Ранжим. – Нам пришлось вобрать магию в себя, отчасти превратиться в магических существ, чтобы магия не разорвала нас на части. Как я понимаю, этим мы и отличаемся от ваших ведьм и магов.
– Они проводники магии. Маги колдуют через предметы, а ведьмы – через себя, – говорю я. – Маг должен тренировать ум, у ведьм это врожденное.
– Но они не производят магию, а притягивают ее. Их вместимость определяют их способности. Я видел работу магов, а теперь и ведьм. Они не состоят из магии, им не нужно питаться ей,