Часы показывали семь. Всего лишь семь, а Юле казалось, что наступила глубокая ночь.
5
«Надо же, уже семь!» — удивилась Марина, мимоходом взглянув на часы, и подумала о Юльке. Она ведь пошла брать интервью вместе с Лизой. Марина так и не рассказала всей правды своей подружке-сестре ни о Колиных метаниях, ни о том, как она устроилась в кафе. А ларчик просто открывался.
Владельцем нового кафе был не кто иной, как большой друг папы, Юрий Петрович. Наука в последние годы находилась в плачевном состоянии, и он решил переквалифицироваться в предприниматели, обзаведясь семейным бизнесом. Юрий Петрович нашел хорошее помещение, сделал ремонт, закупил оборудование и продукты, обставил кафе, в общем, все предусмотрел, кроме обслуживающего персонала. Вернее, персонал он тоже предусмотрел, но не ожидал, что его девятнадцатилетняя дочь Таня захочет изучать компьютерную графику на двухмесячных курсах, вместо того чтобы помогать ему в кафе.
Узнав об этом от папы, Марина вызвалась подменить Таню на то время, пока та будет ходить на занятия. Побегать с подносами в понедельник, среду и пятницу с пяти до восьми не такой уж большой труд, решила Марина, о чем и заявила маме. Разумеется, Маринина мама, Елена Викторовна, ни за что бы не отпустила родную дочь (впрочем, Юлю она бы тоже не отпустила) разносить кофе всяким-разным, но это же был Петрович! Ему мама не могла отказать в знак старой дружбы. Вот так Марина оказалась в штате. Правда, временно.
Кроме Марины в этот вечер в кафе работали еще двое: за стойкой, — Лена, двадцатилетняя девушка, и охранник, здоровенный мужчина, под неусыпным взглядом которого пропадала всякая охота похулиганить. Но хулиганить никто не собирался. Во-первых, потому что здесь из-за отсутствия крепких напитков не было пьяных. Во-вторых, у каждого кафе есть свои завсегдатаи. Здесь они были особенные. «Интеллигентные!»— как объяснила ей Лена. Она же сообщила Марине, что по средам и субботам в зале выступают барды со своими песнями. Марина справедливо рассудила, что именно это и привлекает сюда столько молодежи.
Лена вообще оказалась болтушкой. За считанные минуты Марина узнала, что Лена живет с мамой в однокомнатной квартире, что нигде не учится, потому что бог мозгами не сподобил, что у нее есть жених, ну не то чтобы жених, а парень, с которым она полгода встречается и которого, кажется, любит.
— А у тебя есть близкий друг? — спросила словоохотливая девушка, которую бог, может, и не сподобил мозгами, но хорошенькой внешностью не обделил.
— Нет.
— И не было?
Марина задумалась: как ответить? Он и с Петровичем придумали легенду, что ей семнадцать, чтобы не вызывать лишних разговоров. Марина на самом деле выглядела старше своих лет, может, из-за того, что была смуглой, а может, из-за выражения глаз: они смотрели на мир с некоторой настороженностью, которая приобретается вместе с жизненным опытом. Ну, как бы там ни было, большого опыта у Марины не было, а настороженность в глазах — была. И еще был Митя, вот только чувство к нему нельзя назвать любовью. Скорее, это была болезнь, но она давно прошла.
— В общем-то, ничего серьезного не было, — честно ответила Марина.
— Ничего, у тебя еще все впереди, — успокоила Лена. — Вон, смотри, парень только что присел за угловой столик. Симпатичный шатен.
— Ну и что?
— Что! Пойди обслужи клиента. Видишь, карточку изучает.
Марина одернула кофточку. Сегодня она уже обслужила с десяток таких клиентов. Опыт общения с посетителями появился, скованность прошла. Так отчего же так боязливо стучит сердце?
— Вы уже выбрали, что будете заказывать? — громко спросила Марина, оказавшись возле столика.
— Это трудно сделать. — На Марину насмешливо смотрели самые привлекательные светло-зеленые глаза, какие ей только доводилось видеть за ее пятнадцать лет. — У вас в кафе богатый выбор.
Марина неуверенно улыбнулась.
Шатен выглядел лет на двадцать с хвостиком.
Вряд ли она сможет его заинтересовать. «Да что это я, о чем думаю?»— спохватилась Марина и заметила, что парень внимательно изучает ее вместо того, чтобы изучать меню.
— Может быть, вы мне поможете? — сказал шатен с привлекательными глазами, наконец-то заглядывая в перечень блюд. — Салат, пожалуй, овощной, а вот дальше… Жаркое по-домашнему, — задумчиво прочитал он и снова взглянул на нее. — Как это?
— Ну, это свинина с жареной картошкой, луком и еще там грибы, и это все готовится в глиняном горшочке, слоями, — взволнованно затараторила Марина и внезапно замолчала.
— Надо же! — Парень улыбнулся, будто ему стало очень весело. — А куриное филе в тесте?
Издевается он, что ли, над ней! Марина выпрямилась, заправила за ухо блестящую прядь волос. Она носила удлиненное каре на прямой пробор. Ей очень шла эта прическа. Все так говорили!
— Курица как курица, — сухо сказала она, забывая о том, что клиент всегда прав, — жаренная в электрической печке.
— А гарнир?
— Свежие овощи, — так же лаконично ответила Марина.
— Хм! — хмыкнул шатен в замшевом пиджаке. Теперь Марина его рассмотрела: одет с иголочки. — Значит, овощи. — Он опять посмотрел на Марину пронзительным взглядом. — Но ведь овощи я уже заказал, в салате. Зачем же мне еще?
Марина молчала. Просто садист какой-то!
Он ей уже не нравился… Или нравился еще больше?.. Пойди разберись, когда на тебя все время смотрят.
— А вам что больше нравится? Жаркое или куриное филе? — спросил шатен.
— Жаркое.
— Тогда я возьму его.
— Слава богу, — процедила Марина.
— Что, простите?
— Ничего, я слушаю.
— Значит, так: жаркое в горшочке, салат из овощей, жульен, кофе черный.
Он молча смотрел на нее, продолжая держать меню открытым.
— Все? — спросила Марина, окончательно потеряв терпение.
— А вы можете мне еще что-нибудь предложить?
— Фирменное мороженое.
— Десерт не нужен. Сладкое расслабляет. — Парень — захлопнул меню и положил его на стол. — Жаркое придется подождать, — предупредила Марина.
— Сколько?
— Минут двадцать.
— А курицу?
— Тоже.
Парень ослепил ее белозубой улыбкой.
— Ничего, я никуда не тороплюсь. Пусть будет жаркое.
В подтверждении своих слов он развернул салфетку и бросил ее себе на колени.
Марина приказала себе: «Иди!» — и пошла, механически переставляя ноги в обтягивающих джинсах. Она чувствовала, как ее спину буравит насмешливый взгляд.
— Ну как? — возбужденно поинтересовалась Лена.
— Жаркое, жульен, салат из свежих овощей…
— Да подожди ты, я не об этом. Как он тебе? — Ленка перегнулась через стойку, чтобы еще раз «заценить» шатена, уткнувшегося в какой-то журнал.
— Никак! Бывают же такие