– Гостеприимный Алимбек, не окажешь ли ты мне честь разделить со мной трапезу? Моё сердце жаждет услышать больше о твоей удивительной жизни среди этих людей.
Алимбек с радостью согласился:
– Конечно, брат! Пойдём ко мне дом, жена плов готовил. Там всё расскажу, как тут живём.
Дом Алимбека оказался обычной казачьей хатой, что снова удивило Юсуфа. Внутри их встретила полная женщина с добродушным лицом, одетая в типичный казачий наряд.
– Это моя жена, Марфа, – с гордостью представил Алимбек.
Юсуф едва сдержал возглас удивления. Жена-казачка? Христианка? Как низко пал этот человек!
– Добро пожаловать, гость дорогой, – приветливо сказала Марфа. – Сейчас плов подам, присаживайтесь.
Когда они уселись за стол, Юсуф решил начать расспросы:
– Скажи мне, брат Али, как же ты оказался среди этих… кяфиров?
Алимбек, прожевав кусок баранины, ответил:
– Э-э, длинный история. Давай не вспоминать.
– Но как же ты можешь жить среди неверных? – осторожно спросил Юсуф. – И… прости моё удивление, пить их запретные напитки?
Алимбек хитро прищурился:
– А-а, ты про горилку? Знаешь, тут один казак, Демид Котов, умный такой, он мне всё объяснил. В Коране сказано – нельзя пить напитки из прокисших ягод, вино значит. А горилка – она из пшеницы делается! Так что перед Аллахом я чист.
Юсуф в душе содрогнулся, от такого кощунственного толкования священных текстов, но внешне лишь понимающе кивнул.
– А вера? Ты всё ещё соблюдаешь обычаи? – продолжил он расспросы.
– Конечно! – воскликнул Алимбек. – Каждый день намаз делаю. Казаки не мешают, уважают. Даже коврик подарили, очень красивый.
Юсуф слушал, с трудом скрывая отвращение.
– Расскажи мне друг о жизни здесь. Я слышал, были какие-то… происшествия недавно?
Алимбек оживился:
– О, много чего был! Вот недавно наши ордынцы напали, но Суворов-генерал пришёл, всех разогнал. А потом мир заключил. Мудрый человек!
Юсуф насторожился:
– А что за нападение? Почему ногайцы атаковали?
– Э-э, тут целая история, – начал Алимбек. – Всё из-за коня началось…
Юсуф слушал рассказ Алимбека, не пропуская ни единого слова. История о коне, украденном у мурзы Джаум-Аджи, о казаке Демиде по кличке Кот и его необычайной силе, о дочери мурзы Малике – всё это складывалось в очень интересную картину.
– А что за Кот такой? – как бы между прочим спросил Юсуф. – Ты говоришь, у него какая-то особая сила?
Алимбек понизил голос:
– Шайтан-казак, не иначе! Он один целый отряд наших побил. И конь у него был – быстрее ветра! Тот самый, что у мурзы увёл.
Юсуф задумчиво потёр подбородок. В его голове уже намечался кое-какой план.
– А этот Демид, он всё ещё здесь живёт?
– Конечно! – кивнул Алимбек. – Важный человек стал. К нему даже русский офицер в гости ходит, разговоры умные ведёт.
Эта информация особенно заинтересовала Юсуфа. Он решил, что нужно обязательно познакомиться с этим загадочным казаком.
– Послушай, друг мой Али, – сказал Юсуф. – Не мог бы ты завтра представить меня этому Коту? Хотелось бы предложить ему свой товар.
Алимбек с готовностью согласился, после чего гость, ещё немного посидев для приличия, покинул гостеприимный дом.
* * *
На другой день, ближе к вечеру, Алимбек привёл Юсуфа к куреню Демида. Купец держал в руках небольшой свёрток с подарками.
– Вот, Демид-ага, – сказал Алимбек, – привёл к тебе гостя важного. Купец богатый, к русский богатур хочет уваженье показать.
Демид, стоявший у ворот, окинул турка внимательным взглядом:
– Ну что ж, заходи, коли не шутишь.
Алимбек, поклонившись, удалился, оставив их наедине.
– О доблестный воин, чья слава подобна утренней заре, освещающей степь! – витиевато начал Юсуф. – Позволь мне выразить своё восхищение твоими подвигами и преподнести скромные дары в знак уважения.
Он протянул Демиду красиво украшенный кинжал, а для Лизы – шёлковый платок.
Демид принял подарки с лёгким кивком:
– Благодарствую. Чем обязан такому вниманию?
Когда они уселись за стол, Юсуф начал разговор:
– О доблестный Демид, я много слышал о твоей отваге в битве с ногайцами. Не поведаешь ли мне, как вам удалось отбиться от столь грозного врага?
Демид, приосанившись, начал рассказ:
– Да уж, было дело! Налетели мы на татар, как коршуны на куропаток. С малым войском, да с большой удалью. Начали рубить их почём зря!
Он рассмеялся, вспоминая:
– Мы-то сперва думали, что это наш грозный вид их дюже напугал. Глядим – стоят они, топчутся на месте, менжуются. Мы уж себя героями возомнили!
Юсуф внимательно слушал, не перебивая.
– А потом как грянули пушки! – продолжил Демид. – Тут-то мы и поняли, что за нашими спинами сам Суворов с войском стоит. Вот от кого татары начали тикать!
Демид покачал головой:
– Если б не Александр Васильевич, не сидел бы я зараз с тобой купец. Такие дела.
Юсуф, выждав паузу, начал осторожно:
– О храбрый Демид, прости мне мою дерзость, но сердце моё полно тревоги за твою судьбу…
Демид насторожился:
– Это ещё почему?
– Ах, – вздохнул Юсуф, – в своих странствиях, я слышал тревожные вести. Говорят, что мурза Джаум-Аджи не смирился с поражением и жаждет мести за поруганную честь своей дочери.
Демид резко встал:
– Слухай сюды, купец. Не знаю, что ты там брешешь, но у нас тут всё ладно. И нечего воду мутить. А ну-ка, вали отсюда, пока при памяти!
– Я лишь хотел предупредить тебя об опасности брат! – попытался оправдаться Юсуф.
– Не брат ты мне, гнида черножопая, – отрезал Демид фразой из знаменитого фильма. Ему давно хотелось произнести эти слова вслух, (как впрочем, и очень многим россиянам, после выхода в прокат нашумевшего кино-хита Алексея Балабанова), и вот, наконец, представился подходящий случай. Нет, русский человек конечно не подвержен нацизму, но есть порядочные люди разных национальностей, а есть именно что гниды, которых особенно неприятно видеть на родной русской земле.
– Знаем мы вас, турок! Вам мир на Диком поле поперёк горла встал. Брехливых собак тут не любят.
Юсуф, сохраняя достоинство, покинул дом казака.
Когда гость ушёл, Демид вернулся в хату. Лиза, внимательно наблюдавшая за всей сценой, спросила:
– Ну чё, Дёмушка, какие думки?
Демид нахмурился:
– Брехло он, а не купец. Чую, неспроста он про мурзу гутарил. Стравить нас хочет паскуда.
Лиза задумчиво покрутила в руках подаренный платок:
– А ведь как складно гутарил, я даже заслухалась сперва.
– То-то и оно, – кивнул Демид. – На то он и турок, чтоб красиво петь. Только песни эти поганые.
– Прав ты, Дёмочка, – согласилась Лиза, откладывая платок. – Да только боязно мне. Вдруг и впрямь беда какая надвигается?
Демид обнял жену:
– Не боись, Лизонька. Прорвёмся. Не таких видали.
Однако, на душе у Демида было неспокойно, и уже на следующее утро он отправился к Воронцову, чтобы рассказать о