Работа «Вечное время», установленная на пьедестале, представляла собой версию «Часов», у которых была тикающая секундная стрелка, но не было минутной или часовой. «Sky TV» – телевизор, который «перенес в небо» галерею (на крыше была установлена камера, направленная в небо). «Картина для рукопожатия (картина для трусов)» – это произведение, созданное по специальной инструкции: «Просверлите отверстие в холсте и вытяните руку из-за спины. В таком положении встречайте гостей. Пожимайте руки и общайтесь с помощью рук».
Йоко создала шахматный набор с полностью белой доской (то есть все клетки были белыми) и белыми фигурами. Он был установлен на белом столе с парой белых стульев. (Позже она сменила название с «Набор белых шахмат» на инструкцию «Играй на доверии», а в 1987 году Йоко отправила «Играй на доверии» президенту США Рональду Рейгану и Михаилу Горбачеву, генеральному секретарю Коммунистической партии Советского Союза. Во времена холодной войны смысл этого произведения был менее причудливым, поскольку оно содержало послание: война бесполезна; мы все одинаковы, и мы должны доверять друг другу, чтобы достичь мира.)
Произведение под названием «Забудь об этом» представляло собой швейную иглу. К нему шла инструкция: «Как только я дам команду „Забудь об этом“, ты уже никогда не сможешь забыть об этом».
«Почини № 1» представляла собой разбитую фарфоровую чашку, которую предстояло «склеить в своем воображении». Это была одна из многих работ в серии, вдохновленной японским искусством кинцуги – методом реставрации керамики с помощью золота или других металлов, подчеркивающим изъяны вместо их маскировки. В данной версии рядом с разбитой фарфоровой чашкой лежал тюбик клея. Инструкция к более позднему варианту «Почини» раскрывала замысел: «Ваша задача – починить чашку. Возможно, вам кажется, что вы просто склеиваете фарфор, но на самом деле вы исцеляете что-то внутри себя». С помощью Тони, студентов-художников и ассистентов галереи, которых нанял Данбар, Йоко трудилась над этими и другими работами вплоть до 7 ноября 1966 года. Открытие состоялось на следующий день.
За несколько дней до этого Данбар встретился с Ленноном и рассказал ему о предстоящей выставке в «Индике». Он упомянул перформанс Йоко «Мешок», в котором посетители будут забираться в огромный мешок и делать… все, что захотят.
Джон к тому времени уже был одним из самых знаменитых и узнаваемых людей на планете. Леннон родился в Ливерпуле 9 октября 1940 года. Его отец, Альфред, был моряком торгового флота и почти не появлялся в жизни сына. Мать, Джулия, оставила Джона на воспитание своей старшей сестре Мими. Иногда он навещал мать. Именно Джулия научила его играть на банджо и познакомила с музыкой Элвиса Пресли. Когда Джону было 17, она погибла под колесами пьяного водителя. «Я потерял ее дважды, – сказал он мне во время нашего интервью в 1980‐м. – И это стало для меня страшной травмой… Это сделало меня невероятно, до глубины души озлобленным. То, что творилось у меня на душе в юности, стало очень тяжелым испытанием. Мама погибла как раз тогда, когда мы с ней только начали заново выстраивать отношения». Что касается отца, Джон не виделся с Альфредом десятилетиями. Тот появился снова лишь тогда, когда сын уже стал богатым и знаменитым.
В 1956 году, когда ему было 16, Джон собрал музыкальную группу. К началу 1958 года к ней уже присоединились Пол Маккартни и Джордж Харрисон. А в 1962 году за ударные сел Ринго Старр. Этот квартет – который Джон окрестил The Beatles – впоследствии станет самым продаваемым музыкальным коллективом в истории. Мир охватит «битломания». Помимо рекордных продаж пластинок они продюсировали и снимались в кассовых фильмах, а их концерты превращались в настоящие безумства.
Однако к 1966 году Джон чувствовал себя измотанным, опустошенным и подавленным. The Beatles только что завершили то, что станет их последним мировым туром, после многих лет непрерывных гастролей, записей и съемок. Давление необходимости постоянно выдавать хиты становилось невыносимым. Джон был несчастен. Годом ранее группа выпустила альбом Help!, заглавная песня которого принадлежала Джону. «Я буквально кричал о помощи», – признавался он позже.
Несмотря на подавленное состояние, Джон принял приглашение Данбара и пришел в галерею вечером накануне открытия выставки Йоко. Она была недовольна, что Данбар впустил кого-то до официального открытия. «Что он себе позволяет?» – подумала она.
«Галерея еще не открылась, но Джон Данбар, владелец, сильно нервничал, типа: „Миллионер пришел что-то купить“, – вспоминал Джон. – Он метался по залу как угорелый. А я тем временем разглядывал экспонаты. Вот гвозди в пластиковой коробке. Потом замечаю яблоко на подставке – свежее яблоко с табличкой „Яблоко“. И думаю: „Да это же розыгрыш, довольно забавный“. Я начал понимать весь юмор ситуации».
Джон спросил Данбара:
– Сколько стоит яблоко?
– Двести фунтов.
– Серьезно? Ага, понятно. А эти погнутые гвозди сколько?
Затем Данбар привел Йоко и познакомил ее с Джоном.
Джон ожидал какого-то действия – того самого перформанса с мешками, о котором ему рассказывали. «Ну и где эти люди в мешке? Все это время я только и думал: хватит ли мне смелости залезть в мешок с кем-то там. Ведь заранее не знаешь, кто окажется внутри».
Наконец он спросил:
– Ну, и что это за мероприятие?
В ответ Йоко протянула ему карточку с надписью «Дыши».
– Ты имеешь в виду… – начал Джон и сделал несколько тяжелых вдохов и выдохов.
– Да, именно так, ты понял, – подтвердила Йоко.
«Я понял!» – пронеслось в голове у Джона.
Его внимание снова привлекло яблоко на подставке. Недолго думая, он схватил фрукт и откусил кусок.
Йоко была шокирована и расстроена. Эта инсталляция символизировала цикл жизни – яблоко должно было постепенно гнить и в конце концов полностью разложиться. Ей и в голову не приходило, что кто-то осмелится откусить кусок от ее художественного произведения.
Несмотря на досаду, Йоко была впечатлена его дерзостью.
Джон хотел действовать. Он заметил лестницу, ведущую к потолку, где висела подзорная труба. «Я забрался по лестнице, взял трубу и увидел крошечную надпись [на потолке]». Если, балансируя на верхней ступеньке, посмотреть в увеличительное стекло, можно было прочитать написанное мелким шрифтом слово «да».
Это простое «да» произвело на Джона впечатление. «Ну, все так называемое авангардное искусство того времени и все, что считалось интересным, было сплошь негативным – долби-молотком-по-пианино, разбивай-скульптуры и прочий скучный, депрессивный бред. Все было „анти“: антиискусство, антисистема. А тут простое „да“ – и я остался в галерее, полной яблок и гвоздей, вместо того чтобы уйти со словами: „Я не собираюсь покупать