Песню «It’s Alright» Йоко написала, когда пряталась в отеле. «Я сочинила ее, когда мы сидели взаперти в номере, – как молитву, – вспоминала Йоко. – В конце концов я отправилась в студию, несмотря на угрозы. Не могу же я прятаться всю жизнь».
Оставалась и нерешенная проблема краж. Эллиот и Сэм продолжали расследование. Они еще не знали, что вором был Фред Симэн, но его наконец уволили, когда Йоко зашла в свою ванную комнату и обнаружила, что он принимает ванну.
Симэн, больше не желая ни с кем делиться своим воображаемым богатством, вломился в квартиру Боба Розена, «перевернув все вверх дном», и похитил его рукопись, дневники Джона и другие документы. После кражи Розен обратился к Яну Веннеру из Rolling Stone, который посоветовал ему связаться с Йоко. Позвонив в «Дакоту», он поговорил с Сэмом, объяснив, что стал жертвой обмана Симэна и думал, что работает над книгой с одобрения Йоко. Позже он встретился со Сэмом, адвокатом, а затем и с самой Йоко.
Узнав о «Проекте Морж», Йоко была в ужасе. Она доверяла Фреду. Масштабы краж потрясли ее. Для нее важнее было вернуть личные вещи – особенно дневники Джона, – чем наказывать Симэна, и она не решалась обращаться в полицию, опасаясь, что Симэн уничтожит улики.
Переломным моментом стало то, что Йоко узнала, что Симэн получил аванс за написание книги о Джоне. Сэм наконец вызвал полицию. Симэна арестовали. В апреле 1983 года он признал себя виновным в краже второй степени. Суд приговорил его к пяти годам условно и обязал вернуть все похищенное.
По условиям сделки, Симэн не имел права разглашать содержание дневников Джона, но это не помешало ему клеветать на Йоко. Однажды у «Дакоты» я сел в такси, и, как ни странно, водителем оказался Симэн. По пути в центр он называл ее «черной вдовой», назвал наркоманкой, которая изменила Джону. Его ненависть леденила душу.
Тем летом Йоко наконец получила хорошие новости: издательство отказалось от книги Симэна. Однако радость омрачило известие, что он согласился помогать Альберту Голдману в работе над биографией Джона, которая, как ожидалось, будет трудоемкой работой.
Симэн был лишь одним из тех, кто утверждал, будто обладает исключительной связью с Джоном и якобы «избран» рассказать его историю. В январе 1983 года вышла книга Джона Грина «Дни в Дакоте», где он представлялся «семейным психологом и бизнес-консультантом» Йоко и Джона. Он изобразил Йоко иррациональной, злопамятной, параноидальной и расчетливой, а Джона – самовлюбленным, мстительным и депрессивным. Грин рекламировал книгу на мероприятии, где гадал на картах Таро «девушкам месяца» журнала Penthouse в комедийном клубе.
В том же месяце опубликовали книгу Мэй Панг «Любя Джона». В ней описывались эпизоды алкогольных срывов Джона и утверждалось, что он вернулся к Йоко под гипнозом. Мэй изобразила Йоко холодной, склонной к манипуляциям и самовлюбленной.
Через месяц вышла книга «The Love You Make» о The Beatles за авторством Питера Брауна, бывшего ассистента группы. Это была очередная попытка представить Йоко коварной и хладнокровной. «Ради бога, он же был шафером на их свадьбе!» – возмущался Эллиот.
По странному совпадению, однажды Браун оказался в «Русской чайной» одновременно с Йоко и Сэмом. Он подошел к их столику поздороваться. Сэм едва обратил на него внимание, но Йоко была любезна. Книгу не упомянули. Когда Браун ушел, Сэм спросил: «Как ты можешь быть вежлива с такими невеждами?»
Йоко почти не спала. Она вздрагивала при каждом скрипе старого здания. Как-то в полночь я сидел с ней в квартире 72, в комнате, служившей одновременно гостиной и кухней. Она сидела на диване, обтянутом джинсовой тканью (джинсовая ткань предназначалась для зимы, а белый лен – для лета), с подушкой, на которой было написано: «Не бывает слишком худых или слишком богатых», среди фотографий Шона и Джона, детских рисунков и зеркала в раме, украшенной серебряными ананасами. Белая персидская кошка Саша спала у нее на коленях. На Йоко была светло-голубая ночная рубашка под замысловатой юкатой с оранжевыми и золотыми узорами. Она курила, потягивала зеленый чай, сидя по-турецки. В двери, ведущей в столовую, было маленькое витражное окно. Ночь стояла тихая, но вдруг Йоко вскрикнула от испуга: ей показалось, что в витраже мелькнуло лицо. Я проверил – никого. Она попросила охранника обыскать квартиру.
Йоко удалилась в свою спальню, чтобы попытаться уснуть, но через 15 минут сдалась. Вернувшись на кухню, она сидела, настороженная и сосредоточенная, бесконечно тасуя карты Таро в очередную бессонную ночь. Ее разум сыграл с ней злую шутку, или же ее посетил призрак – она верила, что это возможно. В любом случае, она снова испугалась.
Ее тревога передавалась Шону, а постоянное присутствие вооруженной охраны пугало его. Какое-то время у «Дакоты» дежурил мужчина в фургоне, убежденный, что Джона убил Стивен Кинг. Охрана считала его опасным, но полиция не могла его прогнать, так как он не нарушал закон. Провожая Шона в школу, телохранители прятали его в черный мешок, чтобы пронести мимо фургона. Его родители когда-то залезали в мешки ради искусства, но для Шона это стало кошмаром.
Однажды в «Дакоту» позвонил мужчина, представившийся пилотом. Он заявил, что является реинкарнацией Джона, и пригрозил, что, если Йоко не выйдет за него замуж, он направит самолет в здание, чтобы убить ее и Шона. Вдобавок к другим угрозам это побудило Йоко окончательно покинуть Нью-Йорк. К тому моменту альбом Milk and Honey был почти готов. Йоко, Сэм и Шон улетели в Сан-Франциско, надеясь сбежать от стресса и постоянного ощущения опасности. Там Йоко могла завершить работу над альбомом. Моя семья жила недалеко от Сан-Франциско, а у Йоко оставались теплые воспоминания о городе со времен детства и их жизни с Джоном. Воздух был свежим, туман – бодрящим.
Они остановились в апартаментах отеля Fairmont, где Йоко останавливалась в детстве. Мы ужинали вместе в ресторанах Ноб-Хилла, ездили в винодельческие районы и Западный Марин. Они посетили леса Мьюира и грязевые ванны Калистоги. Йоко и Сэм начали искать дом в Сан-Франциско и присматривать школы.
Они рассматривали апартаменты в Броклбанке – здании, где снималось «Головокружение» Хичкока, – и в доме напротив отеля Mark Hopkins, где жила Патти Хёрст. Сэм купил небольшую квартиру неподалеку, напротив Собора Грейс, под офис и чтобы пользоваться бассейном здания. Йоко попросила директора нью-йоркской школы Шона порекомендовать учебное заведение в Сан-Франциско. Ей посоветовали San Francisco Day School. На встрече с директором школы Нэнси Стернс они говорили о Джоне и плакали вместе. Йоко записала Шона во второй класс. Несмотря на возражения Сэма, она настояла, чтобы телохранитель дежурил на первом этаже и сопровождал класс на экскурсиях.