Коек, кстати говоря, и правда стало хватать всем. Теперь их было 56, даже на одну больше, чем полагалось. И хотелось верить, что это все же навеяно каким-то правильным расчетом тех людей, которые здесь давали им эту работу. Хотелось верить. Но все же не очень верилось. Ей вообще стало казаться, что эти койки им выделили как нечто в виде платы за те слезы, что эти девушки проливали день ото дня.
Наконец, в какой-то из дней настал и черед Суен. Она так и подумала в тот раз. Ее подозвал к себе Чжун и стал говорить, что она неплохо работает и сейчас к ней нет замечаний. Он казался таким же веселым, как и обычно. Разве что теперь Суен была напряжена ко всему подряд. Именно поэтому для нее не было такой неожиданности, когда он ухватил ее за грудь.
Это было вроде как спонтанное движение, когда Чжун указывал на какое-то пятно у нее на фартуке, проговаривая, что она испачкалась. Он потер сначала одно место, а затем, говоря тоже самое, дотронулся и до груди, сжав ее при этом. Такое не могло быть случайностью или чем-то не рассчитанным. Суен точно поняла, что он сделал то, ради чего он вообще сейчас подозвал ее. От этого ей стало страшно до глубины души – неужели теперь с ней сделают то, что когда-то сделали с Енми.
– Не трогайте меня… – робко сказала девушка, собрав руки возле груди и прижав их к себе. Она старалась изо всех сил держать себя в руках, надеясь, что он просто отстанет, когда она четко даст ему понять, что ни на что не согласится. Но что-то ей подсказывало, что его не очень интересуют ее желания или их отсутствие.
– Пойдем со мной, почистим твою одежду. – сказал Чжун и направился к выходу.
Суен знала, что с ним просто нельзя не пойти. Он потом нажалуется или еще чего похуже просто потащит ее силой. А потом еще и будет рассказывать, что она что-то нарушила и не послушалась его. Нет, идти самой сейчас придется. И единственный шанс, так это сказать ему там что-то такое, что сильно отпугнет его. Что будет для него опаснее, чем все то, что он мог слышать раньше… В этот момент она заметила, что возле выхода стоит также и Чэнь…
Нет! Только не он! Он же еще и такой страшный. Он ведь не просто сделает то, что ему захочется. Он ведь еще и точно сделает больно. Он такой страшный и грозный, что обязательно будет бить и калечить. Такие ведь не могут по-другому. Им мало просто унизить кого-то, им обязательно еще надо покалечить… Хоть бы он просто стоял здесь за чем-то другим. Ведь девушек много, а ее за собой уже вроде как потащил Чжун…
Это множество мыслей кидалось из стороны в сторону в голове Суен, а потому она стала идти быстрее и перебирала ногами уже с такой скоростью, что думала, что сейчас побежит. Так ей казалось, что она может просто прошмыгнуть мимо входа. Но не получилось…
В тот самый момент, когда она поравнялась с Чэнем, он ухватил ее за предплечье.
– Ушла от меня вчера! – Чэнь при этом не кричал, но столь злобный и грозный голос из его уст казался каким-то всепоглощающим.
Суен тут же начала дрожать. Что вообще он имеет в виду? Она ведь его даже не видела вчера. Что ему вообще надо от нее? Он будет теперь бить ее за то, чего даже не было? Казалось, что она где-то слышала, что мужчины могут делать такое, когда у них какие-то проблемы с психикой. Она слышала. Слышала, но никогда не думала, что ей придется с таким столкнуться лично.
Чэнь ударил ее тыльной стороной ладони, и Суен тут же упала. Наверно, удар не был настолько сильным, но по-другому она поступить просто не смогла. Ей казалось, что если она устоит на ногах, то ее все равно ударят еще и еще, пока она не окажется на земле.
– Не смей больше уходить от меня. – столь же грозно сказал Чэнь.
Чжун при этом выглядел несколько озадаченным. Он спросил своего напарника что-то на китайском. Тот ответил ему, после чего Чжун нехотя ушел. При этом с каким-то очень раздосадованным видом, выражавшим невозможность что-то поделать с ситуацией. Неужели среди них двоих Чэнь еще и главнее?
– Следуй за мной. И не отставай. – сказал Чэнь и пошел в сторону проулка, выводящему со двора на улицу.
Ничего не оставалось, кроме как идти за ним. Суен поднялась, отряхнулась и быстро догнала его. Ей не хотелось отставать, чтобы это не поставили ей в вину. Но что он будет делать там с ней? Просто бить? Или еще что-то? Это ведь не может быть просто так. Он такой грозный и опасный. Если он вот так позвал, да еще и явно отобрал у своего напарника, то у него явно какие-то большие виды на нее. Она вообще живой-то останется?
Ей очень захотелось жить. Захотелось снова как раньше ездить в метро, выходить на своей любимой станции и разглядывать мозаику с вечный президентом Ким Ир Сеном, а потом читать с утра газету с новыми радостными сообщениями, а потом делать все новые и новые масленки. Да, конечно, за это мало платят, но не меньше, чем большинству граждан в Пхеньяне, и уж тем более больше, чем гражданам Корейской Народно-Демократической Республики, живущим в провинции… Тем более, что после работы она возвращалась домой к маме, сестрам и дедушке… Да, дедушке, который так старался, чтобы отправить ее сюда. Но кто же знал, что здесь окажется такое…
В проулке оказалась дверь. Серая стальная дверь такого же цвета как стена. Когда все здесь проходили в первый раз по приезде, то Суен даже не заметила, что там вообще что-то есть. Ей казалось все сплошняком одним цветом, тем более, что тогда кругом поливала вода. На деле в этом месте присутствовала дверь, за которой скрывался отдельный вход в соседнее здание.
Внутри был длинный коридор и ряд дверей по обеим его сторонам. Кругом достаточно чисто и уж совсем не так,