Я почувствовала, как в груди у меня закипает гнев, но сдержалась. Актриса из нее была что надо!
— Каждый имеет право на выбор, — мягко произнесла я, глядя на генерала. — Но не стоит разбрасываться шансами. Однажды у судьбы они закончатся.
Генерал снова посмотрел на меня, и в его глазах я заметила, как что-то изменилось. Возможно, он начал осознавать, что от меня не отвертится.
Или тайная надежда на то, что наступит хоть какое-то улучшение, заставило его сделать над собой усилие. Он посмотрел на лицо жены, которая смотрела на него так, будто ловила каждое его слово.
— Я не знаю, смогу ли я когда-либо вернуться к нормальной жизни, — наконец произнес генерал, и в его голосе звучала уязвимость, которую он так старательно скрывал.
— Это нормально, — с мягкой улыбкой ответила я, стараясь быть максимально поддерживающей. — Восстановление — это процесс, и он требует времени. Но я здесь, чтобы помочь пройти через это.
Я почувствовала, как напряжение в комнате нарастает. Генерал, казалось, разрывался между двумя мирами: миром, в котором он был сильным и уверенным, и миром, в котором он чувствовал себя сломленным и уязвимым.
Внезапно над нашими головами пронесся топот, словно средней упитанности слон пробежал по коридору второго этажа. Даже если натянуть натяжку, то списать все это на мышей и крыс не получится.
Элеонора вздрогнула и побледнела, но виду не подала, что тоже услышала этот странный звук.
— Элеонора, — произнес генерал, его голос стал более решительным, как только он поднял глаза на потолок, — я не нуждаюсь в сиделке. Увези ее отсюда! Ты же знаешь, что я убью эту сиделку, как и всех предыдущих.
Глава 3
Магия и опасность
— В смысле? — спросила я, словно меня обдало холодом, и застывшие слова застряли у меня в горле. Внутри всё сжалось, как будто я оказалась в ловушке, окружённая туманом недоумения и тревоги.
— В прямом, — тихо, но уверенно произнёс генерал, глядя мне прямо в глаза, словно он мог заглянуть в самую глубину моей души. — Неужели моя супруга тебе этого не рассказывала?
Мои мысли зашевелились, как волосы на голове. Я сжала губы, пытаясь понять, что же происходит.
— Я просто еще не успела, — прошептала Элеонора, её голос был тихим… — Для начала я хотела, чтобы вы познакомились…
Она посмотрела на меня, а потом снова бросила взгляд на потолок.
— Понимаешь, Элана, мой муж не просто так удалился в это уединённое поместье. После потери драконьей сущности он больше не способен контролировать свою магию. Она — как дикий, необузданный огонь, который теперь пылает без оков, разрушая всё вокруг.
Генерал вздохнул, его лицо стало как вырезанное из мрамора— холодное и неподвижное.
— Договаривай, любовь моя, — произнёс он с тяжестью в голосе, — я опасен для окружающих меня людей.
Мой мозг будто отключился. Шок охватил меня, как волна, сметающая всё на своём пути.
Я посмотрела на Элеонору — и вдруг почувствовала, будто меня окатили ледяным душем разочарования. Если бы я знала это раньше, я бы никогда не согласилась. Не ради денег, не ради пустых обещаний — ради жизни, ради спокойствия.
Но, словно почувствовав моё замешательство и внутреннее сопротивление, Элеонора встала, мягко взяла меня за руку и аккуратно вывела из комнаты.
Как только дверь в комнату мужа закрылась, её лицо изменилось — словно тень тайны промелькнула в ее голубых глазах, скрывая что-то очень важное, что она не могла или не хотела раскрывать.
Приторная маска любви исчезла, оставив лишь холодный, безразличный взгляд. Мы отошли от комнаты, и Элеонора наконец-то заговорила, приглашая меня в гостинную.
— Ты не должна его жалеть, — произнесла она, и в её голосе не было ни капли тепла.
Я не могла сдержать удивление. Меня так и подмывало спросить, почему она мне не сказала про опасность?
— Вы не могли сказать мне об этом раньше? — спросила я. — Мне кажется, я имею право знать такие подробности! Что еще вы мне забыли сказать?
— Теперь, вроде бы все, — произнесла она совершенно спокойным голосом. — Хотя нет, еще кое-что! Особняк очень старый, и здесь бывают сквозняки. Так что одевайтесь теплее!
Элеонора спокойно подошла к зеркалу, я заметила, как она легким движением поправляет прическу, будто примеряя на себя роль актрисы, которая должна выглядеть безупречно даже в самый неподходящий момент. Ее пальцы легко скользили по локонам, придавая себе безупречный вид перед зеркалом, висевшим в коридоре, — словно она всячески старалось сохранить иллюзию идеальности, скрывая внутренний холод и пустоту.
Я рассматривала роскошную гостиную, с которой начались мои приключения.
— Скажите, — произнесла я. — разве вам его не жаль?
— Жаль? — спокойно и холодно переспросила она.
Элеонора стояла, поворачиваясь к зеркалу то одной стороной, то другой, как будто искала идеальный ракурс для портрета. Внезапно ее руки замерли, а она вздохнула, глядя зеркальному двойнику в глаза.
Она повернулась ко мне, и я увидела, как в ее глазах блеснули слезы.
Внутри меня вспыхнула искра любопытства и тревоги: что же скрыто за этой маской? Какие тайны она хранит в глубине своей души, и почему всё это так тяжело держать в себе?
Глава 4
Любовь и обуза
— Это не его! Это меня жалеть надо! Жизнь меня обманула! — воскликнула Элеонора вдруг, голос зазвучал страстно, полон боли и отчаяния. — Меня! Не его! Меня! Я выходила замуж за бравого красавца, богатого герцога, дракона, генерала! Неужели теперь я всю жизнь должна потратить на то, чтобы крутиться вокруг калеки, который и шагу ступить не может, не стиснув зубы от боли!
Она сделала паузу, будто пытаясь сдержать волну гневных слов, и продолжила, сквозь подступающие слезы.
— Ладно, если бы он был старым. Я бы подождала. Но мой муж молод! И если не считать ноги и лица, то вполне здоров! И это обуза на всю жизнь! Как ярмо на шее, как цепь, что тянет меня назад — не дает мне дышать полной грудью! — проглотила слезы она, глядя мне в глаза.
Сделав глубокий вдох, она закусила губу, а по ее щеке стекла слезы.
— Неужели моя молодость должна пройти рядом с ним? Чем я такое заслужила? Я не хочу до конца своих дней строить из себя жену-героиню! Не хочу лишать себя комфорта и радостей жизни из-за того, что постоянно кручусь и верчусь вокруг него? Почему