— И сколько же вы зарабатываете? — спросил генерал.
— Ну, когда как, — усмехнулась я. — Бывает густо, бывает пусто… Все зависит от того, сколько я продам. От моей выручки. Но платят каждый день.
— И что же вы продаете? — спросил генерал.
— Ну, я работаю в цветочной лавке. Делаю красивые букеты, — улыбнулась я. — Она находится тут, неподалеку. За углом, если свернуть, не доходя до Улицы Фей.
— Ясно, — кивнул генерал, а я наконец-то сделала глоток остывшего чая.
— У вас очень уютно, — произнес он, а я с удивлением посмотрела по сторонам, пытаясь найти хоть какие-то намеки на уют.
Я хотела было что-то ответить, как послышалось шлепанье босых ножек.
— Ой, я проснулась, и испугалась, что это был сон! — сонный голос Раяны, а она бросилась к генералу.
— Ладно, — улыбнулся генерал. — Мне пора. Я и так задержался. Прапрабабушка наверняка уже извелась…
Он обнял Раяну, а та, не хотела его отпускать.
— Ты же еще придешь? — прошептала она, когда мы стояли в прихожей.
Я повторила этот вопрос сердцем, глядя на то, как он собирается.
Глава 16
Он кивнул и вышел, оставив нас вдвоем.
— Иди спать, — улыбнулась я Раяне, глядя на пустую кружку гостя и булочки, которых стало значительно меньше.
Раяна пошла спать, а я села на кухне и задумчиво посмотрела на детский рисунок. Магия почти выветрилась, а звезды хоть и мигали, но уже не так ярко. Но все в них напоминало о детском желании, которое взяло и сбылось. Каким-то чудом! Не иначе!
— Так! Завтра на работу! — скомандовала я, пинками выгоняя себя из режима сентиментальности и моя посуду.
Я искупалась, надела ночную рубашку и завалилась на скрипучую кровать, чувствуя, что просто лежу и улыбаюсь. Какой же сегодня был чудесный день.
Но мысли возвращались к разводу. Это что ж получается? Получается, что когда мы разводились, у него уже был ребенок от другой женщины? Или он выбирал между двумя женщинами, мол, кто родит мне сына! Та бедняжка, в чьем теле я очутилась, родила дочь. Следовательно, в конкурсе молодых мам она проиграла той, кто подарил наследника. И, быть может, именно поэтому он решил сыграть на опережение, обвинив ее в измене? Тогда вопрос в другом. А была ли измена?
Конечно, это были всего лишь мои навязчивые мысли, которые обычно атакуют тебя, не давая уснуть. Так или иначе, нас он знать не хочет.
Утром я проснулась, когда по мне пробежалась когтистая лапа. А потом пощекотала пятку.
— Вставай, — скрипучим голосом произнесло чудовище.
Я встала, понимая, что ни капельки не выспалась.
— Раяна, — я стала будить дочь. — Пора в садик!
Чайник уже закипел. Я видела, как Раяна радостно вскочила с кровати, и мое сердце успокоилось. Пока что все было как прежде, до появления Ольвала.
Наскоро делая бутерброды, я видела, как глаза Раяны светятся от счастья.
— Пойдем, а то опоздаем! Нам еще идти и идти, — выдохнула я, быстро хватая дочь за руку и надевая сумку через плечо.
Погода стояла дождливая, а я быстро вернулась за зонтиком. Дождик стучал по зонту, а мы с Раяной шли по сонным улицам.
До Академии мы добрались довольно быстро. Затаив дыхание, я ждала, как дети встретят Раяну. Стоило войти Раяне, как дети тут же стали приветствовать ее, зовя к себе.
Я понимала, что это что-то сродни детскому лицемерию. И переживала по поводу того, что дети растут такими же как их родители. И Раяне придется рано или поздно столкнуться с мыслью, что дружба выглядит совсем не так. Что это — вовсе не дружба, когда родители говорят, с кем тебе дружить, а с кем нет.
— Расскажи про папу! — пристали дети, расспрашивая о войне, орденах.
— Одну минуточку, — заметила мисс Риссен. — Ректор передал списочек, что нужно будет купить.
Я взяла в руки бумажку, видя, что тут не списочек. Тут целый «списяра»! Пока я пробегала названия у меня волосы на моей голове шевелились, как прическа Медузы Горгоны. Напротив каждой позиции мысленно рисовался ценник. Одна почка кончилась. Но я не расстраивалась. У меня же была и вторая! И тут кончилась вторая почка, но список не заканчивался.
— Котел? — спросила я, глядя на воспитательницу. — А не рано ли детям еще зелья варить?
— Господин ректор сказал, что не рано. Он очень гордится успехами вашей группы, — с улыбкой заметила мисс Риссен. — И считает, что в будущем они станут великими чародеями! Он уверен, что если попробовать дать им основы всех будущих дисциплин, то учеба в Академии покажется им легкой. И они быстро освоят основной курс, уделяя внимание факультативам.
Я вздохнула, сглотнула, понимая, что таких денег у меня нет.
— А на когда? — спросила я.
— На послезавтра, — улыбнулась мисс Риссен.
— Хорошо, спасибо, — сдержанно произнесла я, чувствуя, как ноги начали мне изменять. Каждый шаг был словно по облаку или по мягкой перине, хотя пол был довольно твердый.
Я вышла, видя герцога, который вел Ольвала в сторону группы. Он смерил меня взглядом, а потом прошел мимо, даже не поздоровавшись.
Я услышала скрип дверей и радостное приветствие группы. Шумно вздохнув я решила попытать счастья.
— Итак, дорогой отец — не отец, — усмехнулась я, видя список в его руках.
— Если ты за деньгами, то пусть твой генерал тебе дает! — бросил бывший муж.
— Не совсем, — усмехнулась я. — И как же так получилось, что наши дети вдруг ровесники, а изменила я?
Конечно, я понимала, что ввязываюсь с игру, которая всегда может обернуться против меня, ведь я не знаю всех подробностей. Но мысль о том, что дело здесь нечисто, не покидала меня.
— Это тебя касаться не должно, — ледяным голосом произнес герцог.
— Хорошо, понятно, что ты изменил, — усмехнулась я. — Знаешь что, дорогой мой бывший муж, а давай-ка сделаем еще одну магическую экспертизу? Чтобы точно быть уверенными, что ребенок не твой!
Интересно, согласиться или нет?
Глава 17
— Никаких экспертиз я больше делать не собираюсь. Если тебя не устраивает результат предыдущей экспертизы, то это твои проблемы. Второй раз бередить старую рану, я не хочу, — отрезал герцог. — И по поводу денег. Еще раз. Пусть тебе деньги дает твой генерал. Разговор окончен.
Я шумно вздохнула, понимая, что дело о разводе очень мутное. Но я ничего не могла доказать. Досадно!
— Так, мне пора на работу, — напомнила я себе, выходя из Академии и ускоряя шаг.
Маленький цветочный магазин уже ждал меня, а я надеялась прийти