— Вразрез с моей честью, — с улыбкой произнес мой бывший муж, положив руку на плечо Ольвала. — Будет, если я проиграю.
— О! Я очень рад! — заметил ректор, хлопая в ладоши. — Воля к победе очень похвальна!
Раз герцог решил лично участвовать в конкурсах, то остальные были готовы поддержать инициативу. Все тут же расслабились, и оживились.
— Ник Лорвальд! — произнес ректор, а мальчик вышел в сопровождении чопорного красивого мужчины с зализанным хвостом. — Что ж, господин Лорвальд сейчас в отъезде с важной дипломатической миссией. Так что его временно заменит его… дедушка…
Все удивлено смотрели на молодого дедушку.
— Простите, но господин не может участвовать. Вместо него буду я, гувернер, — с достоинством произнес красавец.
— Так что господина Лорвальда временно заменит гувернер! — улыбнулся ректор.
По залу пробежал многозначительный смешок. Все смотрели на красивого гувернера, а потом на супругу господина Лорвальда.
— А что я не так сказал? На конкурсе пап — волшебников его заменит его гувернер! — поправил сам себя ректор.
Скоро мы. Вот прямо чувствую, словно меч позора занесен над головой. Если что, я сама вызовусь участвовать. И плевать, что обо мне подумают! Да, а почему бы и нет? В магии я неплохо соображаю. Конечно, пришлось учиться самостоятельно и сильным магом меня назвать никак нельзя, но я сделаю все возможное, чтобы отстоять честь нашей маленькой семьи.
— Лоли Шарден! — объявил ректор, и тут же его лицо приняло такое сострадательное выражение. — Мы все соболезнуем вашей утрате.
«Спасибо!», — слабым голосом произнесла вдова под черной кружевной вуалью.
— Поэтому в конкурсе участвует дворецкий семьи Шарден! — заметил ректор.
Вместе с девочкой вышел дворецкий, вежливо поприветствовав всех поклоном. Его белые перчатки выглядели ослепительно, а его самого можно было принять за какого-нибудь графа, если бы не костюм.
— Раяна Винклер! — объявил ректор.
Боже! Это мы!
Глава 8
— Раяна Винклер! — повторил ректор, глядя на нас. — И где ваш папа?
— Господин ректор, — отчетливо произнесла я, видя, как все смотрят на нас с дочкой.
— Папа — генерал опаздывает! — выкрикнула Раяна, перебивая меня. — Ему орден вручают.
Кто-то рассмеялся. А я сглотнула.
— Жаль, конечно, что он опаздывает, — заметил ректор, а я чувствовала, как в нас впиваются взгляды.
— Я уже здесь! — послышался голос, а все ахнули. Одна дама смотрела мне за спину, пока я не верила своим ушам. Все внимание было приковано к тому, кто стоял за моей спиной. Я обернулась, видя, как пищит от радости Раяна.
— Ты пришел! Я знала! Знала! — захлебывалась она от восторга. Я покачнулась. Мир явно сошел с ума, раз сам генерал явился на детский праздник к совершенно незнакомым людям!
«Это же…», — слышались обрывки голосов. Никто не верил своим глазам. Я тоже не верила.
— Папа, возьми меня на ручки, — взмолилась Раяна.
— Раяна, — прошептала я, глядя на сверкающий орденами мундир и широченные плечи.
— Легко, — произнес генерал, подняв Раяну, как пушинку. Ее лицо светилось от счастья. Ольвал стоял с открытым ртом, не зная что сказать. Другие дети тоже застыли в изумлении.
— Господин генерал, — произнес ректор, от удивления расширив глаза. — Надеюсь, вас предупредили по поводу конкурсов?
В ответ красавец только усмехнулся. «Да неужели!», — не унимались родители. Шум поднялся такой, что ректору пришлось несколько раз требовательно кашлять, чтобы продолжить список. Список закончился. И теперь ректор приглашал нас в другой зал. Я чувствовала, что это — сон.
Такого просто быть не может.
Я шла, слыша позади себя шаги и голос дочки.
Я чувствовала, как в горло поднимается ком слез благодарности. Я не могла ничего сказать, лишь пыталась проглотить ком.
— А теперь вы рассаживайтесь! — послышался голос ректора. — Если кому не хватило кресла, мы наколдуем еще.
Просторный зал был украшен магией. Все вокруг сверкало и искрилось. Роскошные кресла, как в театре стояли вдоль стены.
— Спасибо, что пришли, — прошептала я, буквально выдохнув эти слова. Красавец генерал смотрел на меня, пока Раяна просто цвела от счастья. — Это так важно для Раяны.
— Я это уже понял, когда она остановила парад, — послышался голос.
— Но мы же не говорили нашу фамилию. И время… — прошептала я.
— Вы забываете кто я. Мне не составило труда узнать и то, и другое, — ответил генерал. Высокий красавец стоял рядом со мной, а я шумно вздохнула, видя как презрительные взгляды сменились откровенной завистью.
— Я вам так благодарна, — прошептала я, чувствуя, что сейчас вот-вот заплачу. Нет, ну такого точно быть не может!
— Вы это уже говорили, — в голосе послышалась легкая насмешка. — Ребенок поверил в меня. И я не мог подвести.
— Боже! Где таких мужчин берут? Можно мне туда? — нервно усмехнулась я.
— В армии, — послышался голос генерала, пока я усиленно пыталась вспомнить его имя. Эрфольг. Да! Кажется так.
Я старалась не смотреть на генерала. Казалось, что стоит перевести на него взгляд, как он рассеется, словно сон. Раяна обнимала его, что-то рассказывая, а я видела улыбку на его лице. Маленькая ручка трогала ордена.
— Вот этот орден тебе сегодня вручал король? — спросила она с обезоруживающей улыбкой.
— Нет, этот мне вручили две года назад за победу в Мелфарте. Вот тот, который вручили сегодня, — заметил генерал, а я смотрела на них. Именно таким я представляла идеального отца.
— Он очень красивый, — прошептала Раяна.
— Да, красивый, — почему-то горько усмехнулся генерал. — Но я бы с радостью обменял его на жизни тех, кто погиб ради нашей победы.
Раяна держала его за большую руку, заглядывая в глаза.
— Наверное, это было бы правильно. У одной девочки в нашей группе папа умер. Она до сих пор плачет, — вздохнула Раяна. — Ой, а вот и Ольвал! Он меня обижает!
Раяна показала пальцем на сына герцога, который стоял неподалеку вместе с отцом.
— Он говорит, что меня нагуляли! — заметила Раяна.
— Он? — спросил генерал, внимательно глядя на Ольвала, который в этот момент взял отца за руку. Его мать не сводила с меня взгляда, пока отец с кем-то разговаривал.
— Да! — пожаловалась Раяна, тут же сжав руку генерала. — Я сказала ему, что я все папе расскажу!
Генерал улыбнулся, остановив свой взгляд на семье Ольвала, а потом повернулся ко мне. Поймав его взгляд, я напряглась. Он что-то хотел сказать, но не успел.
— Итак, дорогие папы — волшебники! Попрошу вас пройти на первый конкурс. И первым конкурсом у нас будет бег в мешках!
Генерал удивленно вскинул бровь.
На мгновенье я представила, как скачет в мешке генерал-победитель, живая легенда, и меня пронзили иглы ужаса и стыда. Я тут же поспешила