— Где логика? — заворчала подруга. Не ассоциирующееся с загробным миром имя «Аменхотеп» нравилось ей больше. — Стекляшка бесцветная, значит, если она и сердце, то чистое, а Амат ведь должна была сжирать только грязные — черные!
— Она перепутала, — пошутила мамуля. — Видать, правосудию и в древнем Египте случалось ошибаться.
— Но можем, если хочешь, для пущей точности метафоры заменить это чистое сердце грязным, — предложила я. — В сувенирных лавках на Шератоне продаются не только готовые украшения, но и отдельно натуральные камни. Купим подходящий по размеру агат или турмалин, а лучше обсидан — вулканическое стекло недорогое, из него тут массово четки делают.
— Я даже схожу с вами, чтобы поторговаться, — не дожидаясь просьбы, вызвалась мамуля.
Чтобы не промахнуться с размером камня на замену и не купить сердце, которое окажется нашей Амат не по зубам, мы аккуратно извлекли из ее пасти прозрачную стекляшку, и мифическое чудовище на сумке сразу стало выглядеть гораздо симпатичнее. Оно уже не щерилось злобно, а будто удивленно приоткрыло пасть.
— Но ты все-таки не показывай ее Кимке сразу, сначала морально подготовь ребенка, — посоветовала Алке мамуля.
Она все-таки хорошая бабушка, внука любит больше, чем ужастики.
За ужином в уличном ресторанчике красноглазая Амат сидела на отдельном стуле, отпугивая от нашего столика попрошайничающих кошек.
Котики в Египте повсюду, но сюсюкают с ними только туристы. Отношение к мурзикам местных исчерпывающе описывают песенные строки: «Меня не видят — это минус, но и не гонят — это плюс» [2]. Туристов же котики рассматривают как свою кормовую базу и не стесняются заявлять об этом во весь голос. Я, например, быстро завела тут привычку держать в холодильнике запас говяжьего фарша, потому что Чума Египетская, однажды милостиво накормленная, стала регулярно приходить поорать под нашей дверью, требуя еды.
С Амат нашествие хвостатых попрошаек нам не грозило. Только один раз какой-то дерзкий полосатик запрыгнул на стул с нашим сумчатым крокодилом, но, встретив прямой взгляд красных стеклянных глаз, тут же испуганно взвыл и ушел под стол шикарным цирковым кувырком.
После этого даже папуля признал, что Алка сделала не бесполезную покупку. Поначалу-то он ворчал, что на сто шестьдесят долларов можно было купить базовых продуктов на две недели.
Возвращались мы в отель, как и шли из него, двумя группами. На этот раз все наши мужчины ушли вперед, чему была вполне прозаическая причина: за ужином они налегали на местное пиво, а туалета ни в ресторане, ни где-то поблизости не было. С общественными уборными дела на египетском курорте обстоят неважно.
Мы, дамы, скромно распили на троих бутылочку легкого красного вина и непреодолимого стремления к удобствам не испытывали, поэтому отпустили страждущих и шли не спеша.
Было уже поздно, но жизнь на главной торгово-туристической улице кипела и пузырилась, как масло в котле для жарки крокетов из толченого нута. Отовсюду пахло пряной едой, со всех сторон доносились призывные крики торговцев, предлагающих парфюм, сигареты, бижутерию и сувениры. Сверкали разноцветные огни, трепетали и шуршали натянутые поперек проулков бумажные гирлянды. Светились декоративные конструкции в виде пушек и лунных серпов — символов праздника. В толпе гуляющих слышалась английская, немецкая, русская речь — наших было особенно много. Я то и дело ловила отголоски разговоров русскоязычных тетушек, попарно и целыми группами сидящих на лавочках.
— Таня, в «Гомле» акция на клубничный джем в больших банках, набери, потом будешь огурцы и помидоры закручивать…
— В «Доме хлопка» распродажа, такие хорошие полотенца, я взяла два — сошью Верке сарафанчик…
— Сашкин приятель открывает пиццерию в Макади-Бей, обещает хорошие цены и скидки по промокоду «Москва»…
— Как много здесь наших, — удивленно сказала мамуля. — И как грамотно они устраиваются! Хотя и выглядят затрапезно, как в забытой богом деревне.
— Не все, — справедливости ради возразила я. — Некоторые даже слишком нарядно одеты. Но эти, наверное, прилетели всего на несколько дней.
По людям и впрямь было видно, кто тут на ПМЖ, кто только зимует, а кто вообще примчался на пять дней по путевке выхватить немного солнца и выгулять свои лучшие наряды.
В уличной кафешке рядом с нашим отелем сидела пара, которой было не место в непритязательной забегаловке: молодой красавец и эффектная дама постарше, оба в белоснежных брючных костюмах. У ноги дамы, контрастно выделяясь на фоне белой штанины, сидела знакомая мне рыжая кошка. Перед дамой на столике стоял стакан с водой, перед парнем — жестянка с энергетиком. Молодой человек смотрел на большой экран уличного телевизора, где показывали футбольный матч. Дама сканировала взглядом улицу — не иначе, кого-то ждала.
При нашем появлении она оживилась, поднялась и помахала рукой:
— Добрый вечер!
— Добрый, — чуть настороженно отозвалась мамуля. — Мы знакомы?
Она посмотрела на меня, — я пожала плечами.
Писателя, у которого миллионная аудитория читателей-почитателей, не должны удивлять такие встречи.
— Вы же Бася Кузнецова? Алик, ну что же ты? — Женщина в белом хлопнула по плечу парня.
Тот поднялся, подскочил к мамуле, галантно подставил ей руку. Она машинально на нее оперлась и тут же была увлечена к столику. Красавец отодвинул для нее стул, помог сесть. Взглянув на нас с Алкой, застывших на месте, он ослепительно улыбнулся, быстро переставил к столику еще два стула и жестом пригласил нас присоединиться.
— Неожиданно, — проворчала я и поправила перекосившуюся цепочку с кулоном.
Ужин у нас был простой, не праздничный, и лично я не наряжалась, вышла запросто — в джинсах и толстовке. Они были чистые и даже новые, но с дорогими белоснежными костюмами не сочетались. Однако не оставлять же мамулю одну с какими-то незнакомцами. Уж очень те нарядные. Или аристократы — или аферисты.
— Прошу прощения, что мы так внезапно, без всякой предварительной договоренности. — Женщина в белом помахала официанту и проникновенно улыбнулась мамуле. — Но вы должны быть привычны к бурной реакции на ваши прекрасные тексты.
— Вы читали мои романы? — Мамуля немного расслабилась.
— Не романы. — Женщина помотала головой и сделала подоспевшему официанту заказ по-арабски. — Мы увидели ваш замечательный пост про кольцо из моря. Надеюсь, оно еще у вас?
— А почему вы спрашиваете? — Мамуля не ответила прямо, хотя я знала, что упомянутое кольцо лежит у нее в кошельке.
— Потому что это мое кольцо.
Я внимательно посмотрела на руки дамы.
— Неужели? У вас такие тонкие пальцы…
Мамуля с Алкой покивали. У Алисы, которой принадлежало кольцо, явно пальцы были сосисками.
— Я понимаю, о чем вы. — Дама улыбнулась. — Неправильно выразилась: это не мое кольцо, а наша