Я не выдержала и расхохоталась.
— Что смешного я сказала? — насупилась мамуля.
Папуля опустил газету, выглянув поверх ее края, как из окопа.
— Прости, — я помахала папуле — мол, все хорошо! — и утерла выбитую смехом слезинку, — но это очень забавно. Это ты-то сбоку припека в этой истории? Да ее активная фаза, можно сказать, с тебя и началась!
— Что ты хочешь сказать?
— Мама! Едва появившись в Хургаде, ты побежала покупать себе новые платья. И не куда-нибудь, а в лавку Али — точнее, Алексея Воронова!
— Просто она была ближе всех! Буквально через дорогу, я сразу увидела ее из окна…
— И Горин ее видел, его апарт был точно над вашим с папулей, — вдруг поняла я. — Ага, так олигарх не случайно поселился именно там, он присматривался к этой самой лавке! Видимо, знал, где искать Алексея…
— Не отвлекайся на ответвления сюжета, сначала объясни, почему это все началось с меня!
— Да потому, что ты в самом лучшем виде отрекомендовалась Али-Алексею: мол, я знаменитая писательница, у меня миллионы подписчиков, я ваши вышитые платья мигом распиарю на всю Россию!
— И это правда! Я их распиарила!
— Да! Но ты распиарила не только платья, а еще и кольцо! — Я постучала согнутым пальцем по лбу. — Ты правда до сих пор думаешь, что оно нашлось совершенно случайно? Да Алексей, наверное, посинел от холода, пока болтался в воде рядом с папулей и Денисом, стараясь подсунуть им свое кольцо!
— А ведь точно, плавал тогда с ними кто-то третий, в маске для снорклинга, — припомнила Трошкина. — Должно быть, именно Воронов… Между прочим, он ведь не один раз был рядом с нами на пляже! Наверняка наблюдал за игрой в литературного крокодила, так и придумал свой квест.
— Погодите, я за вами не успеваю… Алексей специально подсунул Денису кольцо? Но зачем? — Мамуля, морща лоб, соображала. — О! Чтобы я выложила пост про это самое кольцо — и его увидели нужные люди в России! — Она шлепнула себя ладонью по лбу, сбив на затылок панаму. — Так вот что было наживкой: кольцо! А ловушку устроил Воронов!
— Но кого он хотел заманить сюда — Горина или Галину с сыном?
— Думаю, Горина, — рассудила я. — Приезд Галины и Алика стал побочным эффектом и все усложнил.
— Ой, а мы же совсем забыли про Алика! — огорчилась Алка. — Даже не знаем, что с ним и где он. А ведь сын Воронова — не последняя пешка в этой игре.
— Все нормально, я ему дозвонилась, — успокоила я. — Алик в Москве, занят похоронами приемной матери. Сказал, пару дней его держали в хургадской полиции без доступа к телефону, но потом явился какой-то местный генерал, после долгого разговора с которым его отпустили.
— Что за генерал, интересно? — Мамуля усмехнулась. — Что-то мне подсказывает, мы с ним тоже знакомы.
— Алик сказал — приятный пожилой мужчина, с хорошими манерами и прекрасно образованный. — Я тоже ухмыльнулась. — Он говорил по-русски и почему-то очень интересовался детской литературой. Все спрашивал Алика про сказку Андерсена…
И мы дружно захихикали.
Уезжали мы пышно, торжественно. Не на лимузинах — на двух машинах такси, но с богатым звуковым сопровождением. Лаяли собаки, взбудораженные суетой с погрузкой багажа и посадкой пассажиров, мяукала Баст, получившая прощальный говяжий стейк и традиционно желающая добавки, причитал, стоя на крыльце, Пыжиков:
— Ах, как жаль… Без вас тут будет так скучно…
А ведь это он еще не знал, как мы повеселились в Хургаде! Про алмаз ему никто не рассказал, чтобы не волновать лишний раз.
— Если Веник так переживал, когда ненадолго потерялась Маша, то утрату алмаза может вовсе не пережить! — рассудил Зяма, знакомый с отельером и инвестором ближе, чем все остальные.
Мы же, хорошо зная самого Зяму, без объяснений поняли невысказанное: ему невыгодна внезапная смерть заказчика. Не станет Пыжикова — кто оплатит работу дизайнера?
Рисковать Зяминым гонораром никто не желал. Отпуск в Египте пробил-таки брешь в семейных финансах, потому что на финише все бросились покупать сувениры. Папуля набрал редких специй и масел, Трошкина — детских одежек из натурального хлопка, а модник Зяма — разноцветных кожаных ремней: они в Египте поразительно дешевые и превосходного качества.
Мамуля пополнила свою коллекцию лаков для ногтей. Акриловые она не носит, считая их пошлыми и вульгарными, делает, как сама говорит, винтажный маникюр с лаками. А Древний Египет, оказывается, родоначальник этой моды: там цвет ногтей был важным показателем социального положения. Черный и красный считались символами власти и роскоши, а буро-зеленый указывал на принадлежность к среднему классу. Сама царица Клеопатра красила ногти в терракотовый, а Нефертити — в рубиново-красный.
Что до меня, то я накупила платьев в этническом стиле, но не в лавке Али-Алексея, которая так и не открылась, а в магазине натуральных тканей «Мумия». Название смущало и даже немного тревожило, но я не позволила фантазии разыграться.
Денис Кулебякин купил себе каменную пирамиду. Не из больших настоящих, как в Гизе, — такую инвестицию отставной полицейский майор не потянул бы, — а сувенирную, высотой сантиметров двадцать. Сказал — украсит ею свое новое рабочее место. Зяма на такое дизайнерское решение выразительно покривился, но смолчал.
Меня не особо волновало, как и чем новый начальник службы безопасности банка декорирует свой служебный кабинет, но тревожило неминуемое превышение нормы багажа. Пирамида Дениса (звучит почти так же гордо, как пирамида Хеопса!) тянула на три кило, мы специально сходили с ней в супермаркет и взвесили там, чем очень удивили продавцов и покупателей.
Со всеми нашими покупками подготовка к завершению отпуска стала более хлопотной, чем сборы перед его началом. Папуля, ознакомившийся с местными законами, провел в кругу семьи очередную политинформацию на тему «Как не быть оштрафованными и не попасть в тюрьму в Египте». Мы узнали, что помимо уже упоминавшегося «Закона о защите древностей», не позволяющего присваивать и умыкать всяческие культурные артефакты, убытие туристов из Египта сильно осложняет тотальный запрет на вывоз ракушек и кораллов, морских животных, рыб и прочей флоры и фауны в любом виде.
Это несколько обеспокоило мамулю, в новых серьгах которой присутствовали кораллы, и очень сильно встревожило Трошкину с ее новоприобретенным сумчатым крокодилом.
На экстренно созванном по этому поводу семейном совете решено было не рисковать. Как выглядит египетская тюрьма, мы не знали (мне лично представлялась темная каменная гробница, полная вековой пыли и несимпатичных жуков) и выяснять это на личном опыте не