Уж не знаю, Гордей ли это, или всё же она вспомнила ту чашечку кофе, какой я её угостила когда-то в поместье.
Но однажды утром она прислала мило оформленную записку. Что через два дня устраивают деловую встречу с приятельницами, и вечер должен быть приватным, чтобы других посетителей не было. От неё ожидается шестнадцать персон!
— Хм! У нас и так нет посетителей, это я устроить смогу, не прикладывая особых усилий.
Дальше список пожеланий к меню, кофе и живая музыка, предпочтительно арфа с приятным ненавязчивым репертуаром.
Я вцепилась в этот заказ, как Бобик в грелку. Если приятельницы нашей бесценной княгини оценят наше милое заведение…
О перспективах даже думать страшно.
Нашли исполнительницу романтических композиций, стильно украсили цветами помещение, приготовили наилучшую выпечку, и в назначенный срок к нам приехали шестнадцать очень знатных дам. И поводом оказалось обсуждение зимнего музыкального салона, рождественских балов и прочих благотворительных мероприятий на предстоящий сезон.
Мы работали впервые с загрузкой на тысячу процентов.
Богатые женщины не принимают счета, они просто оставили внушительную пачку денег на столике, а через два дня в самой популярной газете, одна из самых влиятельных дам, в своей заметке о кропотливом планировании сезона благотворительных мероприятий отметила потрясающий кофе, какой она однажды имела счастье выпить у одного мастера в Париже, а теперь может ежедневно наслаждаться волшебным вкусом в нашем кафе.
И всё…
Приватное мероприятие и заметка в популярной газете произвели эффект взрыва телеги с петардами!
У нас мгновенно появился лист ожидания столиков. Но мы тут же открыли «заказ» и курьерскую доставку. Как в лучших традициях того мира, откуда я пришла.
К весне мы с Ариной задумались об открытии второго кафе. Наши рецепты пытались перекупить, украсть, но ни у кого не получается нужного вкуса кофе, и нежной густой пенки. Уж я в этом мастер.
Но через некоторое время появилась ещё одна потрясающая идея, отдать дань уважения блинам. Ведь не зря я пять лет в молодости работала в блинной. Но это совсем другая история. Потому что блинная — для среднего класса, для служащих, работников, горничных и лакеев, для тех, кому чай и сбитень ближе и роднее. И чувствую, что эта задумка выстрелит даже лучше, чем кофейни.
Дела, делами…
А ведь вы хотите знать, что у нас происходит в семье?
К моему трауру внезапно добавился траур нашей матушки. После женского бунта и побега, папаша Турбин запил, почуял свободу, начал жить не хуже, чем подлая Ки-Ки, превратив дом нашей семьи в Мухине в притон.
Недолго его вольная жизнь продлилась. В пьяном угаре не уследил за камином и угорел с какой-то шлюхой. Мы даже не поехали на похороны. Нет желания переживать позор.
К сожалению, Турбин умудрился испортить жизнь Арине. Она мечтала о пышной, красивой свадьбе, но пришлось ограничиться скромным, но торжественным венчанием. Небольшим банкетом и коротеньким медовым месяцем в небольшом поместье князей Волковых на побережье.
Но наша маленькая принцесса вдруг засияла счастьем. Осознала, что ничего этого могло бы и не быть. Ведь она только недавно сбежала из-под гнёта отца ко мне, спасаясь от уродливого жениха-старика. А теперь у неё самый красивый и перспективный муж. И новые подруги, платья, интересная жизнь…
На свадебном банкете она встала с высоким, узким бокалом, наполненным дорогим шампанским, и произнесла тост, от которого я не выдержала и заплакала от счастья:
— Любимая моя! Дашенька, ты наше солнышко, согрела нас. Спасла из мрака и даже сейчас, когда можно бы и сложить белые ручки, ждать, когда Его Сиятельство поведёт тебя под венец, ты творишь своё потрясающее дело и учишь нас не сдаваться. Ты работаешь, даже когда нам кажется, что всё пропало. Ты самая лучшая старшая сестра! Храни тебя бог. Простите, мои дорогие, я вас всех обожаю, но сегодня хочу сказать то, что уже и сказала.
Смутилась, сделала глоток и так посмотрела на меня, что сомнений более не осталось — это то самое место, где я нужна и должна быть, и это теперь моя любимая семья.
— За баронессу Дарью! — громкий тост не оставил шанса моим глазам остаться сухими.
Жизнь потекла как спокойная, полноводная река в ожидании самого важного события — нашей свадьбы с Гордеем Сергеевичем. Тоже скромной в силу моих абсолютно непростых семейных обстоятельств.
Глава 32. Скандал в кафе
Успех кофейного заведения, огромный бриллиант и частые цветы, что присылают мужчины для меня на адрес кафе, всё равно не сглаживают во мне колючую правду, что я попаданка. По сути, не такая уж и знатная, за титул баронессы, я уже и Филю мысленно неоднократно поблагодарила, как говорится, с паршивой овцы, хоть шерсти клок, а он мне не клок, а довольно много чего оставил. И я на него уже тоже обиды не держу, заказала панихиды на весь год, как праведная жена.
Но в любом случае наше семейство: «Мещане при дворянстве», и с этим фактом ничего не поделать. Слухи о нашей свадьбе с князем тоже вовсю ползут по столице.
И кажется, существует два лагеря, первые считают меня пройдохой, и охотницей за лёгкими деньгами через замужество. Вторые жалеют, потому что жених-то слепой от рождения, своеобразный по характеру, ещё и на самой тревожной должности действительного советника Тайной канцелярии. И с таким мужем не забалуешь, на балах не потанцуешь, и вечно как на допросе жить.
Так или иначе, но неприятная стычка случилась и в самый неподходящий для меня момент. Посетителей в кафе полно, я, понимая, что траурное платье не самый подходящий наряд для заведения, потому лишь иногда выхожу из своего кабинета, поздороваться с гостями и проверить, как идут дела.
В этот раз я совершенно неудачно для себя спустилась в зал.
Колокольчик на двери надрывно звякнул, и в зал вошли две дамы.
Старая знакомая, конкурентка за сердце князя, графиня Нинель Василевская собственной персоной. Думала, что она придёт за сатисфакцией раньше, но она продержалась несколько месяцев, знала бы я, что у неё был выкидыш, и долгое лечение, а теперь крайней за свои грехи с какого-то перепуга она назначила меня.
Графиня прошла в зал, не обращая внимание на