Глава 6
Снаружи раздался новый шум — теперь это был не просто скрежет, а омерзительно влажное похрустывание, словно кто-то с остервенением грыз деревянную дверь. От этого звука по спине пробежали ледяные мурашки, а желудок сжался в тугой узел.
Я замерла, стараясь дышать как можно тише, хотя прекрасно понимала, что если
оно
уже здесь, то наверняка меня чувствует.
Картину дополняли шорохи и постукивания, где-то за домом бормотали — сипло, еле слышно. Но стоило мне напрячь слух, голоса смолкли. Через секунду заскрипели доски крыши, будто кто-то запрыгнул туда и теперь медленно, методично передвигался.
Я зажмурилась и стиснула зубы. Вот и попалась. Проверить, что происходит за окном, не могла — сама же его запечатала зелеными ростками. С другой стороны, если бы я этого не сделала, возможно, сейчас увидела бы нечто такое, отчего мой рассудок отправился бы в пешее путешествие без меня.
Магией воспользоваться? Сжала кулаки. В академии у моей специальности не было отдельного предмета, посвященного некромантии. Всего пара лекций в рамках дисциплины «Теория сложной магии». На них, помнится, упоминали тварей, которые чуют магию, но где они водятся, как выглядят и чем опасны, я не знала. Могло ли быть так, что кот говорит правду, и это именно они? Проверять не хотелось.
Я сглотнула и, передвигаясь крайне медленно, попятилась, пытаясь нащупать что-нибудь тяжелое, что могло бы укрепить дверь, и едва не навернулась, наткнувшись на кресло.
— Осторожнее, — недовольно отозвались из его глубины.
Протянув руку, наткнулась и на самого кота под его возмущенный возглас. Но довольно тяжелая мебель могла помочь, и я принялась двигать кресло к двери, пока непонятное нечто ее не сломало.
— Да уж, силенок маловато, как погляжу, — прокомментировал кот. — Я на твоем месте ушел бы сразу за старостой. И плевать на долг академии, жизнь всяко дороже…
— Заткнись! — грубо оборвала, продолжая сантиметр за сантиметром продвигать кресло дальше. — Лучше бы помог.
— Ладно, — фыркнув, недовольно выдавил кот и спрыгнул на пол.
— И? Помощь будет? — не выдержала.
— Да я уже помогаю!
От такой наглости я на миг замерла.
— Чем, прости?
— Тем, что не сижу в кресле. Теперь тебе проще его двигать.
Я судорожно вздохнула.
— Ты. Просто. Замечательный.
— Знаю, — самодовольно заявил он и затих.
То ли улегся спать в другом месте, то ли продолжал наблюдать за моими страданиями. А может, и вовсе куда-то ушел через дымоход или неучтенную дыру в стене.
Вдох. Выдох.
Меня не сломили пять лет академии, бессонные ночи над учебниками, магические провалы и даже подлое предательство Марко. Не сломаюсь и сейчас.
Кресло двигалось с мерзким вязким скрипом, словно сопротивлялось своей судьбе. Но выбора у него не было, как и у меня. Когда я последним отчаянным усилием впечатала его в дверь, устало вытирая пот со лба, снаружи что-то раздраженно зашипело.
Я усмехнулась. Вот так-то. Сожрите друг друга, мерзкие твари, но в мой дом вы не войдете!
Твари ломились всю ночь. От ударов содрогалась дверь, стены потрескивали, словно нечто снаружи пыталось влезть через щели, но ему не удалось.
Я сидела в дальнем углу, сжавшись в комок, не смея пошевелиться, а над полом расстилался туман — тяжелый, влажный, ползущий по доскам и змеящимися лентами тянущийся ко мне. Я подтянула колени к груди и судорожно сжалась сильнее. Кот молчал, и от этого было только хуже — я бы предпочла словесную перепалку, какие бы ехидные фразы он ни кидал.
Чуть сдвинувшись в темноте, наткнулась на что-то тяжелое и твердое и зашипела, едва удержав равновесие.
— В этом доме слишком много мебели, — буркнула.
— Нет, в этом доме слишком мало пространства, — философски поправил меня кот, выдавая свое присутствие.
На краткий миг меня накрыло волной облегчения. Не оставил, зараза хвостатая, все еще здесь.
— Как раз на одного жильца, — подначила его.
— Вот именно! И он здесь уже есть, — не сумел остаться в стороне кот. — Но ничего, скоро это может измениться.
— Ты невыносим, — пробормотала, усаживаясь обратно в угол.
— Зато живуч. — Он зевнул и снова затих.
Я пыталась считать удары в дверь, следить за шагами на крыше, прислушиваться к утробному шепоту снаружи… но в какой-то момент мозг просто отключился.
Когда серые полосы рассвета пробились сквозь щели между ветками, закрывавшими окно, очнулась от собственного вздрагивания. Я уснула? Как? Адреналин зашкаливал, сердце колотилось как бешеное… как я умудрилась уснуть?
Голова раскалывалась, шея затекла, конечности дрожали от того, что долго просидела в неудобной позе. Но на улице было тихо.
Я медленно выпрямилась, прислушалась. За окном начинал оживать мир. Щебетали ранние птицы, вдали слышно было кукареканье деревенского петуха. Я выстояла! И это простое осознание заставило меня громко рассмеяться, отчего кот, спавший на подлокотнике кресла, от неожиданности дернулся и с возмущенным мявом свалился на пол.
— Я выжила, хвостатый! — подмигнула ему. — И что это значит?
— Что ты пойдешь к старосте и потребуешь вызвать дилижанс, чтобы до обеда покинуть наши места? — хмуро предположил он.
— Не-е-ет, — практически пропела, — это значит, что я прошла первое крещение боем и теперь планирую превратить эти развалины в нечто уютное. Как-никак, мне здесь еще целый год жить.
Глава 7
Кот лениво растянулся на перилах крыльца, подставив бок теплым солнечным лучам. Глаза прикрыты, хвост лениво покачивается из стороны в сторону, когти неторопливо цепляются за выцветшее дерево. Жизнь прекрасна.
Правда, с крыльца открывался вид на непрекрасное.
Дверь сторожки была распахнута настежь, а изнутри уже третий день раздавались звуки, которые определенно не должны были исходить от обители смотрителя кладбища. Шум воды, царапанье, скрежет, глухие удары, звон посуды…
Кот приоткрыл один глаз и лениво посмотрел внутрь.
Сторожка была скорее уж домом, чем полноценным постом стража. Внутри стояла кровать — кривая, покосившаяся, но с целым матрасом. Стол — потертый, со следами чьих-то когтей, но вполне устойчивый. Два стула — один с отломанной ножкой, другой с продырявленным сиденьем, зато на нем уже сидела наглая птичка, приглаживая перья. Шкаф с норовившей отвалиться дверцей, но в целом еще годный. И кресло — массивное, тяжелое, с вытертой обивкой. И самое настоящее сокровище, если верить словам рыжей чудачки, — магическая плитка на одну конфорку. Древняя, вся в разводах от предыдущих пользователей, но рабочая. Всего-то и нужно, что подпитывать ее магией, и можно готовить.
Девчонка это сокровище явно оценила, потому что сейчас отдраивала ее с маниакальным блеском в глазах, едва ли не целуя.
Да и