Дорогая графиня!
Приветствую Вас и Вашего супруга и выражаю искреннюю надежду, что мое письмо не слишком отвлечет Вас от праздничных хлопот и не омрачит Ваше настроение. К сожалению, дела государственной важности и бремя власти не позволяют мне присутствовать на торжестве лично, несмотря на искренне желание присутствовать.
Однако, учитывая важность предстоящего события, я счел возможным направить к вам официального представителя короны — графа Фредерика Эллиаса Грейсленда, который привезет вам не только знаки моего расположения, но и самые искренние поздравления. Надеюсь, присутствие моего дорогого кузена не слишком обременит вас. Уверяю, несмотря на пугающую должность главного императорского дознавателя, граф Грейсленд обладает отменным чувством юмора и безупречными манерами. Посему прошу оказать ему теплый прием, коим Вы обычно удостаиваете своих гостей.
От себя лично, как от человека, считающего Вас своими надежными и добрыми друзьями, хочу поздравить со скорым появлением наследника и пожелать Вам счастья. Пусть Ваш праздник пройдет гладко и оставит в памяти только светлые воспоминания на долгие годы вперед.
С наилучшими пожеланиями, Виктор II,
Император Орсо.
Лилиэн перечитала письмо еще раз, потом вновь пробежала по строчкам глазами, чувствуя, как похолодело внутри от слов, что к ним на праздник должен прибыть императорский дознаватель.
Поставив чашку на стол, она, сжимая в слегка подрагивающих пальцах письмо, поднялась на ноги и поспешила в кабинет мужа, где тот предпочитал работать по утрам.
— Вильгельм! — несмотря на всю строгость тона, в голосе графини прозвучали встревоженные, почти испуганные нотки. — Вильгельм, что ты натворил? — произнесла она, распахивая двери кабинета.
Граф машинально прикрыл рукой лист, на котором в этот момент что-то писал, и подавил в себе мальчишеское желание ответить: «Это не я!». Затем, осознав всю нелепость своей реакции, мужчина убрал руку от листа, откашлялся и, подняв на жену озадаченный взгляд, откинулся на спинку кресла.
— Что случилось, дорогая? — уже более спокойно поинтересовался он.
Вместо ответа Лилиэн молча протянула ему письмо, на котором красовалась витиеватая подпись императора. Пробежав по строкам глазами, он озадаченно хмыкнул, затем просмотрел письмо еще раз и вернул лист жене.
— И что тебя так встревожило?
— Как что? К нам на праздник приезжает главный императорский дознаватель, и ты не видишь в этом поводов для тревоги? — удивилась она, сжимая лист бумаги в пальцах. — Он же... он же...
— Он приедет как частное лицо, точнее, представитель короны и кузен нашего императора, — улыбнулся мужчина и, поднявшись из-за стола, подошел к жене.
Встревоженная женщина прильнула к широкой груди графа, вслушиваясь в размеренное биение его сердца. Затем теплая мужская ладонь легла на талию графини, а вторая — на затылок, мягко массируя его пальцами, женщина закрыла глаза, наслаждаясь мгновением нежности.
— Не волнуйся, дорогая, как указал в письме император, граф Грейсленд действительно приятный и обходительный человек. Тем более сейчас он будет просто нашим гостем, а не должностным лицом на службе у империи. Так что единственные хлопоты, которые нам предстоят, это подготовка гостевой комнаты и лишний прибор на столе, — Вильгельм нежно поцеловал жену в макушку, не выпуская ее из объятий.
— Правда? — робко спросила она, подняв на мужа взгляд, чувствуя смущение и досаду от своей внезапной вспышки паники, граф в ответ кивнул. — Как думаешь, граф Грейсленд не будет против, если я приглашу на бал Иву? Все-таки кузен императора, а она простолюдинка, вдруг он почувствует себя оскорбленным.
— Не думаю, что ему есть до этого дело. К тому же это твой праздник, и я готов пойти на все, лишь бы ты была счастлива. — Рука Вильгельма скользнула с талии на живот супруги, и та, с нежной улыбкой, накрыла ее своей ладонью.
— В таком случае мне стоит направить письмо с благодарностью и вернуться к подготовке праздника, — решительно заявила она, взяв себя в руки.
Обменявшись нежным поцелуем, супруги Моро вернулись к прерванным делам. Проводив удаляющуюся супругу взглядом, Вильгельм улыбнулся, подумав, что тревожиться нужно графу Грейсленду, которому еще только предстоит познакомиться с деятельным характером Лилиэн.
Письмо опередило Фредерика буквально на пару дней, и сейчас, стоя на крыльце особняка Моро, он ощущал смешанные чувства. С одной стороны, было приятно вырваться за пределы дворца и немного проветриться, а с другой, он ощущал себя обманщиком и самозванцем, пробравшимся на торжество с тайными целями. Поставив саквояж на мраморную площадку перед дверью, он протянул руку к бронзовому кольцу, торчащему из львиной морды, однако постучать не успел.
Дверь распахнулась, открыв его взору просторный, со вкусом обставленный холл и дворецкого в безукоризненной ливрее, взиравшего на гостя с невозмутимым спокойствием.
— Милорд, мы ждали вас только к вечеру, — с легким поклоном сообщил слуга, стоя в дверях.
— Ну, я могу погулять где-нибудь или посидеть прям тут, на ступеньках, раз уж меня не ждали, — усмехнулся Фредерик, однако выражение лица дворецкого не изменилось, сохраняя бесстрастное выражение.
— Нет необходимости, милорд, ваши комнаты готовы. Могу я взять ваш багаж?
Возникла неловкая пауза, потому что багажа у графа с собой не было, только саквояж с несколькими сменами одежды и нарядом для торжества. Мужчины молча посмотрели на сиротливо ютившуюся у ног графа сумку, и во взоре дворецкого мелькнуло осуждение, словно он ожидал увидеть кучу вещей и экипаж впридачу. Под строгим взглядом старого дворецкого Фредерику захотелось виновато потупиться и соврать, что вещи прибудут позднее.
— Спасибо, Томас, дальше я сама, — Лилиэн рыбкой вынырнула из одной из боковых дверей, негромко цокая каблучками домашних туфель по паркету.
Дворецкий повернулся к хозяйке, поклонился и внезапным ловким движением подхватил скромные пожитки графа, а затем удалился, всем своим видом выражая неодобрение. Фредерик с графиней проводили его взглядом, а затем, не сговариваясь, засмеялись.
— С приездом, дорогой граф Грейсленд, — поприветствовала его Лилиэн, протягивая руку для приветствия.
Фредерик галантно поцеловал кончики пальцев графини и искренне улыбнулся, не забыв отметить, что хозяйка дома, как всегда, выглядит ослепительно. Взяв графа под руку, женщина повела его вглубь дома, попутно расспрашивая его о делах в столице, о последних новостях при дворе.
Следуя за своей собеседницей, мужчина охотно отвечал на вопросы, попутно разглядывая интерьер комнат, отметив про себя, что чета Моро не сторонники показной роскоши. Комнаты, мимо которых они проходили, явно предназначались для жизни, а не напоказ. Удобная мебель со светлой обивкой, такие же светлые стены, подобранный с тонким вкусом декор, в котором только сведущий человек мог распознать дорогостоящее произведение