— Нет. Но в данную минуту это значения не имеет. Стратегия, Скай. Читай их и докладывай, если готовы будут атаковать. На этом все.
— Понял, — отвечаю хмуро и переглядываюсь с Катаном.
У него такая же задача и похоже, она его вполне устраивает. Брат вообще выглядит очень даже бодрым и, что б меня, счастливым, что ли. Посвежевшим.
«Сколько ты уже не пьешь?» — посылаю ему мысленный вопрос.
«Как в плен попал», — отвечает тот.
«Не тянет?»
«Неа».
Вот что бабы делают. Одна заставила отдаться пороку, другая вытащила из грязного болота. Ну ладно Катан, он такой парень, невзирая на внешнюю брутальность и мрачность, без второй половины никогда не мог жить. И не столько физиологическая тяга к слабому полу тому была причиной, сколько душевная потребность в близком человеке.
Но я-то! Я как в эту карусель заскочил? Неужто происки Лавии?
Хм, не удивлюсь. Она ж, если так подумать, вообще всех самых безнадежных из нашего братства выманила. Тех, кому личное счастье не светило априори.
Дамир слишком любопытный и непостоянный всю жизнь был. Никогда на чем-то одном дольше суток не зацикливался. А тут… любовь до гроба прям. И глядя на них с Нанной, веришь.
Леам так вообще не рассматривался как существо мужского пола. Набожный девственник и романтик. Но жрица любви, такая же невинная, как и он, сумела захомутать. И теперь он верит в ее любовь сильнее, чем раньше в бога.
Про Имана и говорить смешно. Всю жизнь терзался ненавистью к ведьмам и в итоге вмазался в рыжую заразу. И судя по тому, как пялится на свою зазнобу даже сейчас, в столь тяжелый и ответственный час, нисколько не жалеет, что стал жертвой приворота.
Вот только история с Тайвилом, полагаю, сложней, чем видится на первый взгляд. Не верю я, что они с верховной жрицей полюбили друг друга в тот самый миг, когда он душил ее и грозился укокошить на глазах всего младшего состава. Тут мутная история. Тайвил всю жизнь тайну какую-то хранил. Стыдился ее и, похоже, Эрия узнала его секрет. Разведала и… не знаю даже, что с ним сотворила, но он изменился. Все тот же командир, только… внутри, будто пружина какая-то разжалась и он свободно задышал. Преобразился в общем, как и все.
Один я все теряюсь. Может, от того, что не чувствую Грейлу своей? Не утвердил же власть. Не доказал, что она может больше не страшиться меня. Не получил обратной связи. Сам-то почти в любви признался, вылизав ее всю до скрипа. А от нее пока ничего вразумительного не услышал, кроме протестов.
Нахожу ее руку и сжимаю. Сильно, до хруста в пальцах. Она не одергивает. В ответ прижимается бедром, когда вся наша команда из двух ведьм, девяти воительниц и нас — шестерых влюбленных кретинов — выстраивается на ступенях храма. Того самого храма, который всего-то неделю назад мы брали штурмом, веселясь и посмеиваясь, что дескать более легкой победы нам еще не доводилось осуществлять.
— Я… — шепчет Грейла, заметно краснея. — Мне было… — договорить она не успевает, двери храма отворяются, и нам становится не до личных отношений.
Глава 20
Скай
— Старшина? — скрипя зубами, цедит Крайт, самый амбициозный из парней, что остались по ту сторону храмовых дверей.
Надо же, один вышел. Хотя… нет, не один. За фасадной стеной стоят все одиннадцать воинов в полном вооружении. Да и людская часть отряда подобралась. Ждет команд. Видимо, их теперь отдает именно Крайт.
— Как видишь, — спокойно отвечает ему Тайвил.
Поражаюсь его выдержке. Ведь он уже получил мой короткий отчет о том, что все в боевой готовности, а вид такой делает, будто случайно на прогулке встретились два старых приятеля.
— С чем пожаловал? — сухо осведомляется Крайд и рожу кирпичом делает, хотя все равно видно, как у него обида аж из ушей лезет. И телепатом быть не надо, чтобы понять, как он осерчал на Тайвила за то, что тот отставил их.
Странно, на нас вот с братьями не так злится. За салаг держит, что ли?
— С вопросом, — коротко кидает Тайвил и встает в расслабленную позу, выставляя вперед одну ногу и даже откидывая назад торс. Позер.
— Каким? — жует губы Крайд.
— Я его всем задам, так что пусть выходят. Или нас внутрь запускают.
Крайд скрипит зубами, но дверь распахивает и машет оставшимися бойцам рукой, чтобы вываливались на ступени. Те выходят, позвякивая доспехами и оружием.
Команда внушительная. Нам ее не победить. И не важно, что в нашей шестерке самые сильные собрались. На их стороне банальное численное превосходство. Простых солдат больше, чем воительниц. Они уложат их, это как пить дать. Да и нас в два раза меньше, чем братьев. Крылья и телепатия не спасут, если начнется драчка.
— Что спросить хотел? Говори. Все в сборе, — чеканит Крайд.
— Братья ли мы еще? — просто и без пафоса говорит Тайвил. Скотина, а мне про стратегию заливал!
— В смысле⁈ — голосит Крайд. — Ты нас об этом спрашиваешь? Мы тот же вопрос хотели бы задать!
— Я все еще брат вам, — спокойно отвечает Тайвил и начинает перечислять. — Тебе, Крайд, потому что до сих пор помню, как кровяху твою первую вытирал, когда ты с Парком подраться решил. Парку брат, ведь он меня отпаивал, когда я в орден попал весь избитый и в грязи. Миралу брат, просто потому что он надежный и ни разу во мне не усомнился.
Тайвил не забыл ни одного, и каждому у него нашлось, что сказать. Я даже пожалел, что оказался не по ту сторону. Стало вдруг интересно, а что бы он лично мне наплел. Парни слушали молча. Кивали. Каждый по очереди, когда та до них доходила. А я все больше и больше напрягался. Пока не почувствовал, как по моей спине проходится рука Грейлы. Просто пальцы. Те, что привыкли сжимать меч, но сейчас… ласкающие, успокаивающие.
— Ничего не бойся, — зашептала она.
— Но я боюсь, — говорю едва, тихо. — За тебя.
— А я нет. И… для меня честь стоять здесь рядом с тобой.
И все. Я воспарил. Окреп. Не знаю, как у других парней, а у нас с Грейлой не только магия любви, но еще и долга. Оба мы одному богу служим — войны. Но повенчаны оказались совершенно противоположной силой.
Сжимаю ее руку и на парней смотрю. Спокойным таким взглядом, открытым. Не таюсь, причина, по которой ушел, на лицо. Но я, как и Тайвил, все