— Дагмар из Данмёрк тоже вот, говорят, обещала кому-то всего лишь небольшую услугу, — с сухой иронией обронила Илян и поправила привычным движением свой тяжёлый венец. Бросила недовольный взгляд на искрящую предчувствием молний белокурую ведьму. — Очень наглядная история приключилась недавно Лицее. Со всех сторон поучительная: как делать не надо. Оставьте лукавство, князь. Женщина, что вхожа в дом Великого князя, страж грани, Ярич по крови — Айли из Чёрного камня слишком непростое положение занимает, слишком серьёзные приносила клятвы, чтоб давать теперь кому бы то ни было открытые обещания. Ей не позволено.
— Значит, пусть платит знанием!
— Знанием? — не удержала всё же при себе своё ценное мнение милая Айли. — Знания, князь, стоят дороже всего! И жизни дороже, и смерти!
Слова, воистину достойные той, чьё рождение и стало когда-то расплатой за знания. Сиян развернулся к ней резко, отвечая на штормовую ярость собственной пламенной яростью.
— Тогда будешь платить кровью, тварь! — рявкнул он. — Своей, или кровью рождённого тобою отродья!
И, ещё до того, как угроза сорвались с губ, понял, что совершает ошибку. Сила Илян рухнула на плечи золотой тяжёлой горой. Глаз уловил краткий отблеск теряющейся во тьме чешуи. Где-то за рядами уходящих в никуда колонн бесшумно и убийственно разворачивались гигантские кольца.
— Кровь Ольги из Белой ветви принадлежит мне. Вы не будете втягивать её в свои свары!
Подгорный змий, на пороге своих личных чертогов, практически всемогущ. Тягаться с Золотой Илян здесь, в её месте власти, было просто самоубийством.
С другой стороны… Вот именно здесь, во владениях юной змеи, Сиян не боялся всё до основанья разрушить. Пусть горит синим пламенем, путь развеется пеплом, пусть утонет в потоках сияющей магмы. Совершенно не жалко!
И тогда Пламенный князь расправил плечи и просто отпустил свою силу. С каким-то даже облегчением внутренним позволил всему накопившемуся выплеснуться наружу.
Вскипела под помостом вода, задрожали колонны и стены. Серией взрывов вздыбились по бокам высокие гейзеры. Где-то далеко под ногами дохнули лавой глубины, налились ядом, огненным светом. Нестерпимым всё плавящим жаром стали подниматься на зов.
Мелкой крошкой падали из дужек очков осколки стекла. Сиян встретил чёрный взгляд своим обжигающим взглядом, силу принял на силу, отбросив к чёртовой бабушке все щиты, все границы, всю сдержанность. Лишь за плечами удерживал ещё инстинктивно тихую зону — там, где застыли спиной к спине напряжённые ближники.
Гигантская змея сжимала безжалостно кольца, и, казалось, пространство и время вокруг были ей телом, и клыками, и ядом. И Сиян готов был обернуться первозданным огнём, жечь, жечь и жечь, без оглядки, наконец-то почуяв свободу. И он мог, он просто чуял, что мог бы выстоять даже под этим золотым необъятным цунами. Сила встретила силу, и были они равны, в схватке двух безумий исход мог решиться чистой удачей.
Сиян готов, готов был рискнуть. Он хотел бы рискнуть, хотел в кои-то веки выйти на бой в полном блеске могущества. Верил, что сумеет одолеть Золотую Илян…
Один на один. Но не тогда, когда спину ей прикрывает Айли из Чёрного камня.
Выйти против двух этих бешеных баб, коль стоят они рядом и сражаются вместе — это просто без шансов. Ближники, вовсе не последние воины, и в этом сраженье сумели бы себя показать, но на общий расклад и исход возможного боя они не влияли.
Потому что — и вот тут Сиян в выводах был уверен, как никогда — драться честно Айли из Чёрного камня не собиралась. Пусть не ясно, какой именно козырь припасла вероломная дочь Бёдмора в широких своих рукавах, но без плана коварного и прикрытия на всякий внезапный случай, она б на разговор не явилась.
С любой из возможных противниц князь Пламенный мог потягаться. Но только с одной. Вместе… вместе они его растерзают.
А потому Сиян отступил на полшага назад. Отвёл взгляд, придавил вновь привычным контролем обжигающе злую силу.
И — он прав был. Не желала Илян уничтожить владенья свои. Отпрянула тоже, растеклась золотым душным туманом. И собралась вновь в фигуру молодой человеческой женщины. Но вид — почти и нестрашной.
(Айли осталась стоять, где стояла. За всё время безмолвного противостояния, на лице её, что застыло костяной маской, не дрогнули даже ресницы. Шторм безумный по-прежнему ярился где-то в глубине синих глаз, но всё же не вышел наружу.)
— Будет так, — веско уронила Золотая Илян. — Слушайте и не говорите потом, что чего-то не поняли.
Принять сейчас Хозяйку Храма-под-Рекой за человека никто б не сумел. Багрянец дорогих одежд её испарился, исчезли венец и жемчужные нити. Вместо кожи тело покрыла сияющая чешуя, провалом во тьму чернели на лике огромные, змеиные очи.
— Ты, Сиян, примешь виру деньгами: не для себя, в семьи погибших дружинников передашь. Ты, Айли, коль возникнут у сына Владиславы вопросы, связанные с наследием матери, обязуешься на них всесторонне ответить. Не знаешь сама, так в свитках закрытых посмотришь, по рабочим каналам своим уточнишь, спросишь у предков. Но парню, что остался по твоей вине сиротой, силой Змиевичей овладеть ты поможешь: честно и без подвоха. Согласны?
— Три вопроса, не больше! — тут же взвилась белокурая бестия Айли, демонстрируя просто невиданные для себя покладистость и здравомыслие. — И задавать княжич их может, лишь покуда полного совершеннолетия не достиг. Водить недоросля за ручку всю жизнь я не согласна!
Ну вот сразу бы так! Ишь, как мигом все стали сговорчивы да разумны!
Всё же зря старик Илмари на Сияна постоянно шипит! Умеет Пламенный князь торговаться! И очень неплохо. Просто делает это в своей собственной неповторимой манере: пригрози всерьёз всё вокруг напрочь сжечь, подкрепи посулы свои демонстрацией воли и силы — и волшебным образом ответ будет найден.
Стратегия сия при ведении переговоров ни разу ещё Сияна не подводила! Он свято верил: лучшим аргументом в споре является скромный вулкан, что вот-вот разверзнется под седалищем собеседников. Под влиянием подбирающейся к сапогам огненной лавы исчезают тут же противоречия, чудом находится решение, мудрое и устраивающее абсолютно всех (кому заживо гореть неохота).
— Всё слышали, княже? Айли из Чёрного камня полно и честно ответит на три вопроса. Но не ваши, а лишь те, что задаст молодой Светозар, и касаться они должны наследия его матери, Владиславы из ветви Гнева. Коль шагнёт княжич за порог взрослой жизни, не успев чего-то спросить, вопросы сгорают. Вам понятны условия? Вы их принимаете?
Сиян