Джейс и Рико смотрят в ее сторону, но взгляд Илая по-прежнему прикован ко мне. Я опускаю подбородок в едва заметном кивке, подтверждая, что Шелли сказала правду.
В глазах Илая вспыхивают молнии, а на челюсти подергивается мускул, когда он крепче сжимает пистолет.
— Вот как мы поступим, — говорит Габриэль.
— Ты заперт в пещере, и на тебя нацелены четыре пистолета, — перебивает его Илай голосом, от которого могли бы задрожать горы. — Неужели ты думаешь, что именно ты здесь контролируешь ситуацию?
— Неважно, сколько оружия у вас есть, — отвечает Габриэль, и я слышу в его голосе злобную ухмылку. — Пока мой пистолет направлен на нее. Как, блять, ты можешь быть лучшим в своем классе, если даже не понимаешь, что парень с заложником — единственный, кто контролирует ситуацию?
Я вздрагиваю, когда он еще сильнее впивается пальцами в мою шею.
Палец Илая дергается на курке.
— Я переломаю тебе все пальцы до единого и вырву твой гребаный язык, если ты...
— Нет, вот что ты сделаешь, — перебивает его Габриэль. — Вы все пятеро положите свое оружие на землю. В том числе и ножи, которые держит в руках твой брат-психопат. А затем вы все выйдете из этой пещеры. Я и Райна последуем за вами. Затем вы привяжете друг друга к деревьям снаружи. А потом я уйду. Как только я буду в безопасности, я отправлю Райну обратно к вам.
— Черта с…
— Или я сейчас попытаю счастья и выстрелю ей в голову. Выбор за тобой.
Глаза Коннора встречаются с моими, и мы обмениваемся взглядом, который не нуждается в словах. Мы оба знаем, что если Габриэль уйдет со мной, я не вернусь. Его план заставить нас поубивать друг друга провалился, но он все равно попытается отомстить любым доступным способом. Если он исчезнет вместе со мной, то не сдержит своего слова и не отпустит меня, как только окажется в безопасности. Он запытает меня до смерти за преступления нашего отца.
Не сводя с меня глаз, Коннор что-то говорит Илаю таким тихим голосом, что мы отсюда ничего не слышим.
— Не шептаться, — рявкает Габриэль.
Он прижимает дуло пистолета к моему черепу, заставляя меня наклонить голову, словно для того, чтобы доказать свою правоту, а затем слегка отводит его. Его пальцы продолжают впиваться в мою шею с такой силой, что я понимаю, от них останутся синяки.
— Положите оружие на землю и убирайтесь отсюда, — требует он. — Больше просить не стану.
В глазах Илая мелькает отчаяние. Мой брат, без сомнения, рассказал ему, что произойдет, если они позволят Габриэлю уйти со мной. Но и просто пристрелить его они тоже не могут, потому что мое тело полностью закрывает его.
Сейчас возможны только три варианта развития событий. Первый: Габриэль стреляет мне в голову, а потом они стреляют в него. Второй: они стреляют сквозь меня, чтобы убить Габриэля. Третий: они позволяют Габриэлю уйти со мной, который убьет меня, как только мы снова окажемся одни. А это значит, что выхода здесь нет, так как при любом раскладе я умру.
Как это хреново, мать вашу.
Я моргаю, когда внезапная идея поражает меня, как удар молнии. Это рискованно, нелепо и абсолютно безумно. Но безумие — мой близкий друг, так что это может сработать.
Мой брат и все четверо Хантеров замечают внезапное изменение выражения моего лица. Но, к счастью, они сохраняют невозмутимый вид, чтобы ничего не выдать. Пока Рико пытается отвлечь Габриэля, задавая вопросы о том, как должно проходить это требуемое им отступление, я встречаюсь взглядом с Илаем. Он лучший стрелок среди них, и я верю, что он все сделает правильно.
Не сводя с него взгляда, я постукиваю пальцем по пистолету, который все еще держу в руке. Он направлен в землю, так что Габриэль не счел его угрозой. Убедившись, что Илай заметил этот осторожный жест, я незаметно притопываю ногой несколько раз. Выражение его лица не меняется, но я уверена, что он понимает. Он должен понять.
Затем, прижимая другую руку к ноющим ребрам, я постукиваю пальцем по своему телу и указываю направо. Поскольку Габриэль стоит позади меня, он не видит, что делают мои пальцы. К тому же Рико отвлекает его вопросами об отступлении.
Илай кивает, слегка опустив подбородок. Это движение было настолько легким, что его едва можно было заметить.
Мое сердце подскакивает к горлу. Он понял. И нам нужно сделать это сейчас, потому что у Рико заканчиваются предлоги, чтобы поддержать разговор.
Чувствуя, как в ушах стучит пульс, я осторожно перемещаю правую руку. Пистолет по-прежнему направлен в землю, но теперь он находится в несколько ином положении, чем раньше.
Мне кажется, что меня сейчас вырвет. Я плохой стрелок. Но даже я не могу промахнуться с расстояния в два фута10. Верно?
Если я промахнусь, это превратится в кровавую бойню. Я не боюсь собственной неминуемой смерти, но я не единственная, кто может погибнуть здесь, если вдруг начнется перестрелка.
Сглотнув, я пытаюсь подавить вспышку нервозности, охватившую меня.
Рико бросает на меня взгляд.
У нас нет времени.
Я сопротивляюсь желанию закрыть глаза.
Вместо этого я сжимаю челюсти.
И стреляю.
Звук выстрела в пещере звучит так громко, что, кажется, сам воздух разрывается на части.
В один момент Габриэль говорит Рико заткнуться и опустить оружие. В следующий — моя пуля попадает ему в правую ногу.
Крик вырывается из его легких, и он ослабляет хватку на моей шее ровно настолько, чтобы я смогла дернуть головой вправо.
Габриэлю требуется секунда, чтобы осознать, что я только что сделала. Но этой секунды достаточно.
Еще один выстрел эхом отдается от каменных стен, когда Илай нажимает на курок.
Голова Габриэля откидывается назад, когда пуля попадает ему прямо в лоб.
Я вырываюсь из его хватки и отползаю в сторону. Каждая косточка в моем теле болит от полученных побоев, но я даже не чувствую этого, потому что в моих венах сейчас бурлит столько адреналина.
Илай бросается вперед, в то время как тело Габриэля с глухим стуком падает на землю. Пистолет в его руке со звоном выпадает из пальцев и отскакивает от камня.
Затем руки Илая обхватывают меня.
— Ты