Я моргаю, глядя на нее в замешательстве и удивлении.
— Я внимательно наблюдала за тобой, — объясняет она и бросает взгляд на Аврору. — Я узнала все, что могла, об этих видах холодного чтения, чтобы я могла объяснить это Авроре и вытащить ее из... — Прочистив горло, она переводит взгляд обратно на меня. — В любом случае, он не знал о реке, течении и всем остальном. Он догадался, а затем наблюдал за твоей мимикой, чтобы определить, прав ли он. Если ты сглотнула, приоткрыла рот, расширила глаза, нахмурилась или отстранилась, он это заметил и использовал.
Меня охватывает неверие. И в течение нескольких секунд я лишь смотрю на нее.
— Он… Он догадался?
И Дженн, и Аврора кивают. Дженн выглядит решительной, а Аврора смотрит на меня так, словно в точности понимает, что я чувствовала тогда, в том зале, и что я чувствую сейчас.
Меня охватывает ярость. Достаточно сильная, чтобы сжечь все это здание.
— Он догадался, — повторяю я, и в моем голосе слышится гнев. — Он притворился, что мой брат был здесь и разговаривал со мной с того света? Он притворился.
— Да.
Меня захлестывает новая волна ярости. Он заставил меня пройти через всю эту боль и эмоциональные потрясения ради шоу? Он воспользовался моим горем ради денег? Ради рекламы?
— Я хочу убить его. — Эти слова вырываются из моей души с такой силой, что я чувствую вкус крови. Ярость, словно молния, пронзает мое тело, когда я перевожу взгляд с Дженн на Аврору, а затем на Джейса, который молча наблюдает за мной. — Я хочу, чтобы он умер. Мы можем это осуществить?
Боже, не могу поверить, что прошла через все это дерьмо, через все эти эмоции, а все это оказалось ложью. Это было лишь мошенничество. Такие люди не заслуживают...
— Ну, да, — отвечает Джейс. На его лице застыло бесстрастное выражение, он неопределенно указывает на себя, переводя взгляд с меня на сестер Карлайл. — Я мог бы… Я... Ну, ты знаешь.
И при виде этого из меня вырывается прерывистый, но в то же время искренний смех.
Боже, где же этот совершенно необыкновенный человек был всю мою жизнь?
Глава 36
Джейс
Аромат плавленого сыра, трав и свежеиспеченных багетов с чесночным маслом наполняет кухню и гостиную, когда я выкладываю на тарелку приготовленную мной пасту со сливками, а затем разламываю багет пополам, кладя одну половину на тарелку Кайлы, а другую — на свою.
На обратном пути после шоу экстрасенса я заехал в магазин, чтобы купить кое-какие ингредиенты и готовый багет, который можно было запечь в духовке, так как у меня было предчувствие, что Кайле нужно что-нибудь вкусненькое. Она не сказала этого, но я все я видел по ее глазам. К тому же еда — это идеальное лекарство от душевной боли.
Взяв тарелки, я поворачиваюсь к столу. Кайла сидит там с бокалом вина, погруженная в свои мысли. Но она поднимает взгляд, когда видит, что я подхожу к столу.
Счастье отражается на ее лице, когда она опускает взгляд на еду.
При виде этого у меня почти замирает сердце, и я не могу сдержать улыбку, которая расползается по моим губам. Поставив перед ней тарелку, я обхожу стол и опускаюсь на стул напротив нее. Раздается тихий стук, когда я ставлю свою тарелку.
Она берет нож и вилку, но затем замирает. Ее взгляд устремляется на мое лицо, словно она ждет, что я скажу ей, что можно начинать есть. С моих губ срывается удивленный вздох, и я жестом предлагаю ей начать, пока пробую вино.
Она ухмыляется и набрасывается на еду.
Тихий стон срывается с ее губ, и она на секунду закрывает глаза, продолжая жевать.
Мое сердце делает сальто в груди.
Боже, я обожаю смотреть, как она ест. Я обожаю готовить для нее. И мне нравится, какой счастливой она после этого становится.
Отставив бокал с вином, я беру свои приборы и тоже принимаюсь за еду. И, черт возьми, это действительно вкусно, если можно так выразиться. Я и правда отличный повар. Мои братья должны платить мне, когда я украшаю их столы своими необыкновенными блюдами. Пока я жую, меня охватывает подозрение, потому что я вдруг понимаю, что, вероятно, именно поэтому они все так часто приглашают меня к себе. Особенно на ужин, когда в их холодильниках меня ждет удивительное количество ингредиентов. Хм. Умно.
— Кстати, на самом деле я не хочу, чтобы он умер.
Я моргаю, вырываясь из мыслей о своих подлых братьях, и поднимаю голову, встречаясь с прекрасными голубыми глазами Кайлы, смотрящей на меня через стол.
— Экстрасенс, — уточняет она. — На самом деле я не хочу его убивать.
Меня охватывает тревога.
— Не хочешь?
— Нет. Он подонок, но... — Она пожимает плечами. — В любом случае, я просто подумала, что стоит это прояснить.
— О... Черт. — Бросив вилку обратно на тарелку, я засовываю руку в карман джинсов и достаю телефон. — Подожди.
Она отшатывается и в шоке смотрит на меня.
— Подожди, ты серьезно?
Я мельком смотрю на нее, пока отправляю быстрое сообщение в групповой чат с братьями, прося их прекратить наши приготовления.
— Ну, да, — отвечаю я, засовывая телефон обратно в карман. Пожимая плечами, я смотрю ей в глаза со смесью недоумения и серьезности. — Ты сказала, что хочешь его смерти, так что...
Отблески свечей пляшут в ее удивленных глазах, когда она смотрит на меня.
— Ты действительно сделаешь это? Убьешь кого-то ради меня?
— Конечно, убью.
— Нет, я не беру сейчас в расчет то, что ты мой телохранитель. Ты действительно убьешь кого-то ради меня, кого-то, кто не представляет прямой угрозы, только потому, что я тебя об этом попросила?
— Да.
Я бы сделал гораздо больше. На самом деле, не думаю, что есть что-то, чего бы я не сделал ради нее.
Кайла Эшфорд не похожа ни на кого, кого я когда-либо встречал. Она — огонь, жизнь и взрыв красок. И ей каким-то образом удалось пробить себе дорогу в мое сердце с помощью язвительных реплик и творческих попыток побега, а также с помощью своего интеллекта, выносливости, силы и того, что она никогда не извиняется за то, кем является. Ее уверенность в себе и умение контролировать мир вокруг восхищают.
И каждая частичка меня принадлежит ей. В том числе и мое сердце.
— Знаешь, я тут подумала... —