– Вот оно что. – Агния опустила взгляд, принялась чертить носком узоры на земле. – Да, когда я отплыла на «Императрице Эгелии», было действительно поздно… Просто недопонимание… Но я уверена, что предельно ясно обрисовала свою ситуацию.
– Агния… Почему ты так поспешно сбежала? – Хунд всё ещё говорил робко, но в его речь уже начали возвращаться прежние поучительные нотки, и девушка не знала, радоваться этому или сердиться. – Если бы ты задержалась… спряталась… осознав всё, мы бы помогли тебе. Да и потом, эмигрировав, не обязательно было идти в пираты. Но ты сознательно решила связать свою жизнь с преступностью… с разбоем… с убийствами.
– Пираты единственные, кто принял меня, – спокойно парировала Агния. – Я сначала ходила к вам. В компанию. В суд. К пиратам я отправилась в последнюю очередь.
И Хунд Торчсон не нашёл что на это ответить.
– Но может… не всё ещё потеряно? Конечно, сейчас тебе кажется, что у тебя власть… богатство. Но может, ты захочешь вернуться? Клянусь, мы сделаем всё возможное, чтобы тебя не преследовали! Отдадим последнюю корку…
– Мне жаль, дядя. Но я больше не верю Августейшим. Я не вернусь под власть посторонних.
– Плевать на Августейших! Есть ведь ещё мораль… совесть. Неужели ты не осознаёшь, что отбираешь у мирных людей их собственность… что твои люди творят злодеяния?
Агния кротко улыбнулась.
– У меня на острове, дядюшка, живут пять сотен людей. Мистер Астли. Философ со своей лесной командой. Развозчик дров Брюс, бывший фермер Хьюго, который недавно только начал снова улыбаться. Стирнер с Ромашкой, их приёмный ребёнок. Кто станет содержать островитян, если мы прекратим заниматься морским разбоем? Вы? Ваши коллеги-купцы? Может быть, Августейшие Лица? Из соображений нравственности нам разбрестись по континентам, раствориться по заводам да шахтам, или нищенствовать, когда от богатых городов останутся полумёртвые деревеньки? На островах нет ресурсов, нет миллионного населения, которое можно было бы эксплуатировать, как это делают ваши правители. Всё, что у нас есть, мы получили флотом и трудом, во много раз более тяжким и кровавым, чем ваш, сухопутные. Шахты не в счёт. Более того: мы не возьмём от вашего правительства социального обеспечения, даже если они нам предложат. Потому что без вольного промысла мы размякнем, станем как вы, чтобы в один прекрасный день и к нам в двери постучался конторщик с сообщением, что пришло время отдавать Судовому Тресту всё, что он потребует.
И вновь Торчсон не нашёлся с ответом.
– Это безумие. Я не нахожу неправды в твоих словах… но это ведь безумие! Мир сошёл с ума! Мы прогнили. Все мы. Народ забыл про совесть, разучился сопереживать близким. А ведь мы – одно человечество! Братья! Мы не должны вот так… рвать друг друга на куски, словно звери дикие. Не этого Господь хотел от своих детей! Людям нужна твёрдая почва, уверенность в завтрашнем дне, справедливые законы, защита от честного государства.
– Не согласна. Людям стоит перестать искать твёрдой почвы, безопасности, комфорта. Люди должны научиться ходить по воде. Воспринимать хаос, неопределённость, опасность как норму. Вы так и не поняли? Это ведь и есть то, чем господа вас поработили! Не линкорами! Не деньгами! Комфортом! Стремлением к спокойной сытости, страхом, что придётся взять в руки ружьё и лично защищать то, что дорого! И вы передали право защиты посторонним, незнакомцам, а в итоге просто оказались лицом к лицу с хищником совершенно беззащитными. Морские Братья не боятся смерти. Поэтому мы самый здоровый народ в мире. Мы любим жизнь и не перестанем любить её слишком сильно, даже если это способно привести нас к гибели! Мои люди в любой момент могут свергнуть меня, если решат, что от моей власти больше вреда, чем пользы. Я видела, как такое происходит. И меня устраивает! И я не боюсь их! Не флаги определяют, как мы живём! Мне хочется верить, что однажды это поймёте и вы. Вы в общем смысле, сухопутные, а, может быть, и конкретно вы, Хунд Торчсон. И тогда я буду первой, кто встретит вас на острове Спасения, и первая крикну «Ура!».
Калитка скрипнула. Уже не стесняющийся, счастливый Сигил шёл на улицу, а матушка семенила за ним, вопрошая:
– Погодите, куда же вы? Вам ведь, поди, и ночевать негде! В старом доме Джека другие люди живут. Оставайтесь у нас, мы вам любые комнаты уступим, какие хотите! На стол накроем, как раньше.
– Прости, мама. Нам надо идти. У Агнии полно дел, ей нужно помочь Флинту с переговорами. Оверлорд просил её, как закончит, прийти, взять на себя капитанов. А что по жилью, мы уже выбрали. Мэр города сбежал, от него осталась квартира в два этажа, мы там остановимся.
– Но как же… Сынок, разве мы ещё увидимся? Вы вне закона… Вряд ли вы сможете ещё приехать в Предрассветный.
– Не сможем. Поэтому приезжайте вы к нам! На Острове Спасения мы – закон! У меня – чердак, у Агнии – целый дворец, найдём, где вас разместить. Можете гостить сколько пожелаете!
Стелла с Хундом растерянно переглянулись, а Сигил протянул ладонь Агнии. Разбойница взяла друга за руку, и на восток они ушли вместе.
– Попробуйте «дымку над взморьем в Нинье», господин оверлорд. Это уникальный коктейль, его умеет готовить лишь один человек, которого я за бешеные деньги убедил закрыть бар и поступить ко мне в лакеи. Теперь он делает его только для меня. Нинья – это ведь один из ваших островов?
– Столица Зоонского Архипелага. Не лично мой, но да, наш. Морского Братства.
За окном давно стемнело. Локк Флинт уже несколько часов наслаждался инновационным, высокотехнологичным диваном с подогревом, вкусной едой и обществом Виктора Холода.
Глава городской гильдии купцов очень понравился пиратскому правителю. Меркантильный циник, думающий только о деньгах, при этом достаточно уравновешенный, чтобы не совершать безрассудств и не пытаться сражаться с захватчиками. Не растерявшись, с первых минут оккупации Холод смог организовать торговую и чиновничью элиту Предрассветного, на переговорах ненавязчиво установить границы желаний пиратов и даже чуть-чуть поторговаться. В целом глава делал всё возможное, чтобы грабители остались полностью удовлетворёнными и при этом убрались в море как можно скорее, и Флинта такой подход полностью устраивал. Виктор убедил капитанов помочь выбрать наиболее подходящие пароходы и даже пристроил массы трудящихся помогать пиратам с погрузкой, из-за чего скорость её значительно возросла. Теперь время отплытия сместилось на вечер следующего дня. Они завершали рейд всего за два дня и одну ночь! Оверлорд был в превосходном расположении духа.
– Однако уютное гнёздышко вы свили себе в данной