Брови Фридриха удивленно взлетели вверх, но граф ничего не ответил.
— Я постараюсь обеспечить ваш надел таким заказом на сосну, чтобы каждый свободный мужчина отправился на делянки, — медленно проговорил граф. — Я как раз засеял на треть больше земли, чем обычно, и этот излишек могу зафрахтовать за Гроссами…
— Это будет очень благородно с вашей стороны, милорд, — склонила я голову.
Вот так просто. Все же, передо мной стоял огромной силы и влияния государственный деятель и лорд. Мы с Виктором столько ночей не спали, пытаясь придумать не только как прокормить людей еще сезон, но и чем занять население, чтобы общинники не взбрыкнули и не отправились наниматься в батраки к соседям, лишь бы не брать подачки от барона Гросса. А эти гордецы могли так поступить. Чума коснулась многих семей. Почти у каждого жителя надела умер или знакомый, или родственник, а некоторые семьи вовсе исчезли. А граф Зильбевер просто поднялся на стену, посмотрел на пустые поля, стоящие сухими еще с прошлого года, и одним махом решил все наши проблемы, при этом не уронив нашего с Виктором достоинства.
Когда я вечером за ужином пересказывала супругу содержание этой беседы с графом Зильбевером, Виктор только с усмешкой покачал головой.
— Фридрих был крайне впечатлен сеялками, я же говорил тебе, — с улыбкой ответил муж, активно орудуя ножом и вилкой. — Так что у него просто появился повод, вот и все. Мы же могли отказать ему в таком объеме материалов.
— Не вижу в этом смысла, отказывать Зильбеверам, — ответила я.
— И я тоже, но граф видит мир все же немного иначе, — возразил Виктор. — Впрочем, нам же лучше, можно будет выдохнуть…
Вопрос занятости населения нас немало тревожил, и сейчас наш южный сосед преподнес идеальное решение этой проблемы. Еще до прибытия Фридриха мы с Виктором рассматривали даже вариант сбора артели для работ на землях Зильбеверов — настолько плачевно было состояние наших посевов в этом году.
— Людям не придется уезжать из своих домов и наниматься в батраки… — продолжил рассуждать Виктор. — Это отличные новости.
— Граф спрашивал, где мы высадим его подарок, — продолжила я.
— Ты показала ему место под сад? — уточнил муж.
— Да, и он остался доволен. Хотя я и сомневалась, не оскорбит ли его подобное обращение со столь редкими саженцами.
— Все равно посадить мы их сможем только по осени, — медленно проговорил Виктор. — Сейчас деревья просто не приживутся. Надо найти им место, разобьем пока сад в замковом дворе.
— Во дворе? — удивилась я.
— Поставим деревья в грунт и будем поливать, пусть стоят до октября или ноября… — начал Виктор, но быстро поправился. — Я имел в виду до листопада. Яблони надо сажать, когда уже деревья сбросят листву.
— То же самое сказал мне и граф, — кивнула я. — Никогда раньше не сажала деревья.
— Правда? — удивился Виктор.
— Да, это дело для мужчин, — ответила я. — И для сада нужна своя земля… Как-то не сложилось, а в храме этим занимались жрецы, а не служительницы.
— Значит, будем высаживать вместе, там ничего сложного, — улыбнулся Виктор.
— Ты же говорил, что жил в небольших городских комнатах, откуда тебе знать, как обращаться с садом?
— Ты забыла, в каких войсках я служил? Инженерные части, специалисты по лопате, — усмехнулся муж. — У нас даже отдельные парковые дни были, когда мы не только новые деревья сажали, но корчевали старые, убирали листву…
— Зачем убирать листву? — удивилась я.
— Чтобы было красиво, — ответил Виктор. — Ну и чтобы под ней ничего не прело или какой-нибудь грибок не завелся. Мы еще и стволы известью красили. Даже толком не знаю зачем, но говорят, от жуков и вредителей. Правда, помогало так себе.
— Значит, листопад? — уточнила я, с волнением представляя день грядущий.
— Да, — кивнул Виктор, но в глазах мужа мелькнула тень.
Мы оба знали, что это случится только при одном условии — если до назначенного срока вернется колдун Фарнир и снимет барьер, который оберегал мир вокруг от пустой судьбы моего супруга. В противном случае праздник, который опрометчиво пообещал мне сейчас Виктор, превратится в довольно печальный для меня день.
— Буду очень ждать, — ответила я, отводя взгляд.
На душе у меня было тревожно и тяжело.
Тарелка, на которой лежал кусок мяса Виктора, была почти так же полна, как и в начале ужина. И пусть весь вечер мой супруг активно орудовал ножом и вилкой, постоянно отрезая все новые и новые куски и накалывая мясо на вилку, до его рта почти ничего не добралось. А он будто бы этого и не замечал, смеялся, беседовал со мной и строил планы на будущее.
Глава 22
Виктор
Наверное, приезд графа Зильбевера на самом деле вызвал у меня переутомление, потому что весь остаток визита, да и после его отъезда обратно в Кастфолдор, никаких проблем со здоровьем у меня больше не наблюдалось. Общая слабость и вялость были в наличии, но вот кровь из носа — уж точно больше не шла.
Впрочем, это не помешало Фридриху выполнить свою угрозу и через купцов срочно выписать в Херцкальт несколько бочонков целебного меда с травами и целый ларчик всяких укрепляющих микстур, которые при первом осмотре больше были похожи на касторку. Так как на запоры я не жаловался, а в «чистку кишок» не особо верил, точно зная, что моя микрофлора мне больше друг и товарищ, чем средневековая медицина Халдона, я все же сердечно поблагодарил графа за заботу.
В целом, в моем расписании ничего не изменилось, кроме того, что теперь раз в два-три дня в замок заходил Петер, справиться о моем здоровье.
— Как сегодня ваши дела, милорд? — спросил толстый жрец, с умным видом проверяя мои глаза и щупая лоб на наличие жара.
— Было неплохо, пока вы не стали задавать глупые вопросы, препозитор, — вяло огрызнулся я.
Это была уже наша небольшая традиция. Сначала я злился на Эрен за ее излишнюю тревожность, потом пытался говорить с Петером, но в итоге смирился. Слишком много людей от меня зависело и все, буквально все в Херцкальте, были на стороне моей жены. Если бы требовалось,