Затем, проводит провода, вытащенные из черепов некромеханоидов, к спусковому узлу автомата.
Как я догадался, эти провода были подключены к нейросенсорам тварей, а теперь они станут считывать мою мозговую активность через биопорт в моей ладони, соединившись с моей нервной системой.
Теперь оружие будет реагировать на мои нейроимпульсы, и, буквально, знать о том, что я хочу сделать.
Щупальца Паука быстро мельтешат в воздухе. Он, одновременно, похож на многорукого дирижёра и фокусника, который извлекает из ничего, нужные ему предметы, распечатывая их из клейкой массы, выходящей из его щупалец, творя на сцене настоящую магию.
На финише, Паук окунает получившуюся у него конструкцию в чёрную жижу, сочащуюся из трупов.
Жидкость обволакивает металл, впитывается в кости, и, быстро кристаллизовавшись под воздействием фермента, которым биомех предварительно обработал жижу, на автомате возникает органическая броня.
Что-то вроде плоти, с поверхностью, покрытой витиеватыми узорами, напоминающими мне вены.
Биомеханическая импульсная штурмовая винтовка выглядит реально устрашающе. Прям, какой-то прототип из далёкого будущего, который только хотят принять на вооружение. Больше подходящая для колониальной космической пехоты. Смотрится намного круче, чем все моё оружие, даже Разрушитель.
Корпус автомата — это смесь костей, плоти, ржавого металла, сухожилий, проводов и вен. Он слегка вибрирует, как живое существо.
Для спускового крючка автомата Паук использовал несколько суставов пальцев некромеханоида, обтянутых его же кожей.
Магазин — это позвоночник, свёрнутый спиралью, внутри которого, как осы в гнезде, подрагивают энергетические капсулы.
Наконец, Паук протягивает мне готовый автомат.
Я вешаю дробовик на пояс, беру новое оружие, и чувствую, как биомеханическая штурмовая винтовка подстраивается под мою руку.
Сидит, как влитая!
Провода оплетают запястье и коннектятся с моим биоразъёмом в ладони.
Меня слегка бьёт током, и происходит синхронизация с моим мозгом.
Теперь, я ощущаю автомат, как своё собственное продолжение. Руку, если хотите.
Я его вскидываю. Прижимаю приклад к плечу. Прицеливаюсь, и направляю ствол на тела некромеханоидов, представляя, что я открываю по ним беглый огонь.
Чуть смещаю оружие. Вправо. Затем влево. И, внезапно чувствую, как провода, которые оплели мое запястье, слегка напрягаются, будто струны, и тянут мою конечность, направляя её таким образом, что происходит автоматическое наведение на цель.
Круто! Нечего сказать! Прям, как в кино!
— Что у него за боеприпасы? — спрашиваю я у Паука.
Биомех показывает мне щупальцем на магазин. Я достаю из него один заряд. Он похож на полупрозрачную костяную капсулу, заполненную сероватой массой с металлическим ядром внутри. На её поверхности находятся странные символы, вытравленные кислотой.
— И, как они работают? — я, вопросительно, смотрю на биомеха.
Вместо ответа, у меня перед глазами снова появляется бегущая строка, и Система, поселившаяся у меня в голове, выдаёт следующее:
После нажатия на спусковой крючок, внутренний источник энергии оружия приводит к поджигу жидкой метательной смеси на основе саморасширяющейся кислоты в заряде.
Затем происходит выстрел.
При попадании в тело энергетическая капсула пробивает броню.
Её внутреннее металлическое ядро дестабилизируется через 0,3 секунды и происходит микровзрыв, который приводит к разбросу осколков из костей, кислоты и металла во все стороны.
Брызги кислоты продолжают разъедать цель даже после взрыва.
Радиус сплошного поражения заряда — 3 метра, с эффектом кислотной «цепной детонации» при попадании в скопление врагов. Поэтому, минимальная безопасная дистанция при стрельбе из этого оружия, минимум, 10 метров.
Также вам доступна опция автоприцеливания, и разблокирован счётчик оставшихся в магазине зарядов.
Важно! Счетчик выведен на голографическую панель вашего шлема.
— Ого! — я присвистываю. — Это — прям праздник, какой-то! Отличная работа, дружище!
Я провожу ладонью по корпусу Паука, точно его глажу.
Уверен, будь у него хвост, он бы сейчас им завилял, а так, он лишь щелкнул клешней.
Биомех протягивает мне ещё четыре магазина, и я распределяю их на своём экзокостюме, как в армейской разгрузке.
Я вставляю вытащенный магазин в автомат, проверяю его механизмы. Врубаю питание.
Штурмовая винтовка гудит, как улей разъярённых пчел. Опускаю забрало шлема.
Пространство в туннеле сразу же окрашивается призрачным сиянием, а в прицеле возникает голографическая сетка с перекрестьем прицела и количеством зарядов в автомате.
100
— Отлично, — я ухмыляюсь, — а теперь посмотрим, чего эта приблуда стоит на самом деле!
Паук отступает на шаг назад, будто чувствует, что-то сейчас произойдет.
Точняк!
Где-то вдалеке в туннеле я слышу скрежет когтей по металлу. Шипение, как при выходе пара и низкий гул, будто там проснулось, что-то огромное.
— Идут, — говорю я, целясь из автомата в сумрак лабиринта. — Паук, приготовь мне огнемёт на случай, если, что-то, пойдет не так. За сферу отвечаешь головой!
Биомех берет с пола Разрушитель, машину-времени и огнемет.
Отступает ещё дальше и ждёт.
Я тоже.
В туннеле сгущается тьма, но я вижу всё, что в нём происходит. Мое нейрозрение подсвечивает контуры будущих целей, а ячейки в прицельной сетке сигнализируют о том, кто ко мне приближается.
Первый силуэт появляется из-за поворота лабиринта.
Некромеханоид. Выше меня на две головы. Вместо рук у него, в плоть узловатых конечностей, вживлены ржавые лезвия, типа кос.
За ним выгребают ещё трое таки же тварей.
Они замирают, словно чуют моё новое оружие, а меня снова посещает мысль, что я, будто нахожусь на полигоне, в неком стрелковом тире, для тренировки, чтобы я успел, как следует подготовиться, прежде, чем на меня спустят всех собак Сотканного мира.
Я прицеливаюсь.
— Ну, — шепчу я, — встречайте нового меня.
В этот момент монстры срываются с места и убегут ко мне, как спринтеры на стометровке.
Погнали!
Я придавливаю спуск автомата, паля с отсечкой в три одиночных выстрела, чувствуя, как моя рука, будто сама по себе, чуть смещается, чуть вправо, а затем влево, чтобы я точно попал в этих тварей.
Так срабатывает автоприцеливание.
Бах!
Вспышка!
Приклад толкает в плечо.
Бах!
Вспышка!
Заряд врезается в грудь первого монстра.
Бах!
Вспышка!
Взрыв!
Ещё один, и ещё!
Твари превращаются в фарш, и их разбрасывает на дымящиеся от действия кислоты куски.
Осколки разлетаются веером, накрывая монстров едким потоком, усиливая это воздействие из-за близкого расстояния.
Кислота шипит, разъедает плоть и металл. Твари вопят, хватаются за раны, но уже поздно, их тела распадаются на части, и они оседают вниз, растекаясь плотью на пол.
«Это было даже слишком просто», — думаю я.
— Работает! — кидаю я Пауку. — Двинули дальше! Посмотрим, кто ещё осмелится встать у меня на пути!
Мы с биомехом идём вглубь