Я быстро оценил ситуацию. Элементали не проблема. Обычный огонь мне не страшен. После дуэли с аватаром Фиора, после того как искупался в божественном пламени, будучи древесным гигантом, эти искорки ощущаются приятные горячие источники. Самое то, чтобы расслабиться и восстановить ману. Но вот фиолетовый дух… с ним что-то не так.
Пламя слишком странное, слишком неестественное. Там не просто огонь. Есть что-то ещё… Проклятие? Тёмная магия? Да неважно. Контактировать с ним я не буду. Чтобы прислужник Фиора и не поднасрал после своей смерти? Не верю. Даже не буду пытаться проверить свою прочность в этом пламени.
Элементали атаковали первыми, ринулись на меня со всех сторон сразу. Я раскинул руки, приглашая их. Пусть горят, пусть жгут: мне это только на пользу.
Первая волна врезалась в меня, и я почувствовал приятное тепло, разливающееся по телу. Огонь лизал кожу, пытался обжечь, но вместо боли я ощущал, как восстанавливаются магические силы. Мана текла по мне, заполняя опустошённые резервы. Я словно лежал в горячей ванне после тяжёлого дня. И словно чьи-то нежные ручки массажировали мои мышцы.
— Вот это разговор! Реально работает, — усмехнулся я, наблюдая, как элементали один за другим врезаются в меня, выжигают кислород вокруг и рассеиваются, отдавая свою энергию.
Да, дышать внутри этого пламени было почти что нечем. Но переждать пару минут, задержав дыхание, — для меня то же самое, что Алисе ведро крылышек куриных заточить на завтрак.
Блин… Картошки фри и колы захотелось… И бургера. Блин! Воспоминания нахлынули потоком. И чем дальше, тем хуже… Теперь я хочу не просто этой гадости, а золотистого картофеля, пожаренного с лучком и салом. Ух… Жрать-то как охота! Я что, превращаюсь в прожорливого лиса?
Ещё десяток элементалей окружил меня плотным кольцом, атакуя одновременно. Обычное красное пламя окутало всё тело с ног до головы, и я закрыл глаза, наслаждаясь ощущениями и представляя, как возьму своих красавиц и поведу в ресторан. Хотя ещё больше захотелось взять чугунную сковородку, стать у плиты и самому что-нибудь нажарить. И пусть шанс провала с моими навыками готовки крайне высок… я не боюсь трудностей!
— Алиса, идём на шашлыки после первого раунда?
«Ах ты скотина! Я, вообще-то, на тебя обижена!»
— Так да или нет?
«КОНЕЧНО ДА!»
Магия восстанавливалась с невероятной скоростью, усталость после погони за призраком уходила. Элементали бесновались вокруг, пытаясь сжечь меня, но с каждой секундой их пламя слабело. И ткань с кожей не горели, металл не краснел и не плавился. Понятия не имею, как Система умудрилась это сделать и какие тайные материи вселенной используются для этого, но спасибо, что я не стою голышом в огне.
Мои огненные враги пыжились, старались, тратили свою энергию, а я только креп. Через полминуты от пары десятков элементалей остались лишь слабые искорки, которые через пару мгновений погасли.
Я открыл глаза и потянулся, разминая мышцы. Чувствовал себя превосходно, словно только проснулся. Мана восстановилась почти полностью, бодрость вернулась.
Фиолетовый дух всё это время просто висел в воздухе, наблюдал и тоже набирал силу. Что-то мне подсказывает, что внутри него живёт сознание моего противника и все свои наблюдения он передаст своему «первому». Видимо, главному священнослужителю Фиора. Ну, пусть передаёт…
О! Или он ждал, пока моя «защита» ослабнет от атак «малышей», чтобы затем попытаться добить меня? Если так, то это не просто ошибка… Это фатальная ошибка, дружок.
И вот, когда все элементали погибли, дух наконец двинулся. Он вытянулся в струю фиолетового пламени и понёсся на меня. Быстро, целенаправленно и без колебаний. Видимо, и впрямь хотел, чтобы я потратил все силы на защиту.
Я последовал его примеру. Уверенно и целеустремлённо призвал пистолет, переключил на лёд и выстрелил.
«Бах!»
Пуля прошла сквозь огненное тело. Дух дёрнулся, пламя в месте попадания потускнело и слегка рассеялось. Но он не остановился.
Я выстрелил ещё раз. И ещё. Не то чтобы я вдруг стал расточительным… Просто меня мучает неудовлетворённость исследователя. В пистолете накапливаемая энергия для «Духовного выстрела»… Вот и постреливаю периодически. Очень испытать эту атаку хочется.
Если я правильно понял, этим пистолетом даже божеству можно сделать очень больно и неприятно. А в перспективе даже убить… Будь у меня возможность выстрелить в Фиора во время той засады на берегу Джангарии, то всё сложилось бы совсем по-другому. Он ведь тогда во всём своём сраном великолепии перед нами предстал.
«Бах! Бах!»
Каждое попадание рассеивало часть духа. Но огня было слишком много, он был слишком силён.
Я отступил и понял, что больше тянуть нельзя. Дух был уже в паре метров от меня. Я отпустил пистолет, выставил руки вперёд и призвал ледяную стену. Ну как стену… Комбинацию из «Ледяных шипов» и «Морозной реки». Вышло своеобразно…
Холод вырвался из ладоней, и передо мной выросла неравномерная стена льда. Метра два высотой, метр толщиной. Она сверкала в магическом свете зала. Чем-то ледяную тюрьму напоминает…
Дух врезался в неё на полной скорости, и от столкновения заклубился плотный пар. Началась борьба холода и жара.
Стена таяла с невероятной скоростью, вода испарялась, не успевая коснуться пола. Но дух тоже страдал, что очень радовало.
Я отступил ещё на два шага назад и не дал пламени, что обогнуло стену, до меня добраться.
Разделённый на два потока дух объединился по эту сторону стены и ринулся в мою сторону. Только вот стал намного меньше размером.
— Да что ты кипятишься?.. Остынь… — Используя «Ледяную тюрьму», я сделал шаг в сторону.
Пламя пролетело мимо и застыло в куске льда. Но тюрьма почти сразу же затрещала. Да, что-то злобное определённо сидит в этом пламени. А значит…
— Обновить… Обновить… Ещё раз обновить. И снова обновить. И… Что? Всё? Уже сдаёшься⁈
Пламя перестало сопротивляться, и вместо фиолетовой ярости в кубе льда застыла искра магии. Фиолетовый маленький вихрь чего-то злого.
Я нагрел палец и протопил в глыбе льда отверстие к этому вихрю. Вставил пистолет, выбрал молнию и выстрелил. Лёд разорвало, от противника не осталось и следа.
Наконец-то наступила блаженная тишина… Если не считать кашляющего кровью драконида у двери.
Я выдохнул, опуская пистолет, и оглянулся на гремлина и спасённого.
Забавный гремлин с пустым флаконом в руке стоял у раненого и смотрел на меня так, будто увидел чудо. Рот приоткрыт, глаза за круглыми очками расширены до предела. Его механическая рука всё ещё придерживала обычную, дрожащую.
Какой-то синдром у него? Болеет? Чего трясётся-то