— Как остальные могли сдаться без боя? — спросила она себя. Магия была правом по рождению и жизненной силой каждого эльфа, но они позволили ее отнять. Украсть.
Наполнив бурдюк, она перешла реку вброд к подножию утеса. Подъем предстоял тяжкий, но награда того стоила. Морига карабкалась вверх, выискивая выступы и опоры. Камень крошился под пальцами, едва выдерживая ее вес. Однако чем выше она поднималась, тем сильнее становился поток магии, пульсирующий в ее жилах. Когда очередная опора превратилась в пыль, грозя обрушить ее вниз, в памяти всплыло древнее знание. Она взглянула на свои пустые ладони фиалковыми глазами, и сила захлестнула ее. Ободранные в кровь кончики пальцев начали меняться, повинуясь направленной воле. Магия обрела форму: стальные когти вырвались из пальцев рук и ног, с легкостью вгрызаясь в скалу. Оскалившись в острозубой улыбке, Морига упивалась приливом мощи, пришедшим вместе с этой метаморфозой.
Восхождение стало легким, мышцы перекатывались под кожей, придавая ее движениям кошачью плавность. Глубокие борозды на камне отмечали ее путь все выше и выше. Сердце Мориги бешено колотилось, кровь пела в ушах. Веками она не чувствовала себя такой живой. Это походило на пробуждение после долгого сна, навеянного дурманом: оцепенение и вялость исчезли, оставив чувства обостренными и чистыми.
Взобравшись на край плато, она выпрямилась и замерла перед тем, что искала так долго. Среди высоких деревьев и светящихся миклианов, которые уже начали мерцать в лучах заходящего солнца, высились руины цитадели. Огромные железные двери стояли настежь, зияя непроглядной тьмой. Джунгли почти поглотили строение, но в гаснущем свете еще угадывались очертания цветных куполов и треснувших башен. Морига чувствовала зов, идущий изнутри: первый этап ее миссии скрывался за этими рухнувшими стенами. Осторожно проверив периметр, она одним из своих мечей-крюков срезала стебель миклиана с ближайшего гигантского растения. Бледного голубого сияния хватило, чтобы осветить дорогу, когда она стремительно скользнула в проем между массивными створками.
В холле казалось, будто она шагнула в прошлое. Резные колонны подпирали высокий сводчатый потолок. Кое-где за прошедшие эпохи он обвалился, усыпав кафельный пол обломками. Морига осторожно пробиралась через руины. Вдоль зала тянулись двери, ведущие в неизвестные покои, но неведомая сила влекла ее вглубь здания. В нишах между проходами замерли мраморные статуи: эльфы, люди и иные создания.
Шаги гулко отзывались на осколках камня и стекла, заставляя мелких тварей разбегаться в поисках укрытия. Воздух был густым и затхлым, пыль висела в нем, словно дым, застыв в неподвижности, будто ее потревожили вечность назад. Ладонь зудела, скользя по рукояти меча, который она держала наготове. От мощи, вибрирующей в стенах, волосы на затылке вставали дыбом. Наконец она достигла конца коридора. Перед ней предстали гигантские двери, выгнутые и вдавленные внутрь чьим-то ударом. Проход преграждал мерцающий свет, застилающий все, что находилось за аркой. Стоило ей приблизиться, как сияние вспыхнуло ярче, и Морига почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд.
Ее цель была там, за преградой, и она не собиралась уходить с пустыми руками.
Глава 6
Боги призвали Котел и собрались вокруг него. Они сотворили пламя, чтобы нагреть Котел и прогнать холод и тьму. Пока огонь разгорался, они помешивали свое варево, добавляя в него ингредиенты для создания жизни.
История Брейто, том 1, Б. Суик
Гвит вывел наш отряд из заболоченных земель, и вскоре мы выбрались на мощеную дорогу. Она петляла по землям герцогства Треван, соединяя столицу Микалстоун с соседними владениями и другими крупными городами. Под сланцево-серым небом путь пролегал через фермерские угодья и небольшие дубовые рощи. Нам то и дело попадались другие путники: кто-то шел пешком, кто-то ехал в телегах, груженных товарами или скотом. У каждого была своя цель, свое дело, свой смысл.
А что теперь представляла собой моя жизнь? Я сидела на лошади человека, который помог мне вырваться из лап смерти, но самой жизни у меня не осталось. Единственной надеждой было обрести хоть какой-то смысл, когда мы доберемся до Гейледфорда. По правде говоря, за всю жизнь я покидала Уиллоубрук лишь считанные разы. Все мои познания о большом мире ограничивались книгами, которые читала мама, да рассказами Мелоди, выезжавшей из деревни по делам родителей.
Среди путников встречались люди, тащившие нехитрый скарб на спинах или свалившие его в кучи на телегах. Все они двигались в одном направлении. Вид у них был изнуренный, усталый и обреченный.
— Куда все эти люди направляются? — спросила я Гвита, обернувшись через плечо.
— Куда глаза глядят, — ответил он. — Все они бегут с севера, из Орстадланда, в поисках лучшей доли.
Таран, ехавший рядом, вставил свои пять копеек:
— Кто-то спасается от преследований фанатиков Нового Рассвета, а кто-то бежит из Мертвых Земель, — он мельком взглянул на Мерсера, и на его лице отразилось неприкрытое отвращение. — Местный герцог принял догматы Церкви, и теперь его народ гнобят за использование магии. С тех пор поток беженцев не иссякает.
— А что в Мертвых Землях? — спросила я, стараясь не смотреть на Мерсера. Этот человек вызывал у меня лишь раздражение. Казалось, в отряде его едва терпят, и я никак не могла взять в толк, что он здесь делает. Впрочем, расспрашивать спасителей об их делах казалось затеей скверной.
Гвит ответил:
— По ночам там кто-то убивает всех без разбора. Из-за этого люди бросают целые города и бегут, спасая шкуры.
Я содрогнулась, представив нападение в ночной тишине. Внезапно трактирные байки обрели пугающий смысл.
— Из-за всего этого на границе сейчас неспокойно, — продолжил Гвит. — К тому же полно тех, кто не прочь нажиться на хаосе. Так что путешествовать сейчас небезопасно.
Почувствовав, как по спине пробежал холодок, я все же взглянула на Мерсера. Что он за человек? Истовый церковник, готовый с радостью травить слабых и невинных? Он с высокомерным презрением взирал на беженцев, но под тяжелым взглядом Тарана предпочитал помалкивать. Этого было достаточно, чтобы утвердиться в своих подозрениях.
Чтобы отвлечься, я принялась изучать своих спутников. В Уиллоубруке