Лектор перевел дух.
17
Когда Тони появился в нью-йоркском аэропорту Ла-Гардиа, его уже ждали. А получив известие, что О'Хара вылетает в Ноксвилл, Флойд отправился туда же. Оставалось выяснить, к кому приехал Красавчик. Но тот уже два дня болтался по городу или сидел в своем номере. Никаких контактов. Во вторник вечером инспектор выслушал агента, следившего в тот день за Красавчиком.
- В 10.15 О'Хара вышел из гостиницы и около часа гулял по набережной. В 11.10 пил сок из автомата напротив стоянки. К нему подошел негр в красных шортах и показал на выпавшую у Тони бумажку, - агент положил перед Флойдом снимок. - Потом Красавчик провел два часа на пляже, выкупался и вернулся в город. Заглянув в бар Ай-Кью, выпил вермута, но ни с кем не говорил. В 14.20 он вошел в салон Гудвина, через пятнадцать минут вышел и отправился к Эдварсу, где пообедал. За соседним столиком сидел некий работник биоцентра Николай Добринский, - вторая фотография легла на стол Флойда.
- Они говорили? - спросил инспектор, вертя перед собой снимки.
- Перебросились несколькими словами, после чего Добринский ушел.
- Хорошо, дальше. - Флойд сделал пометку в настольном блокноте.
- Около получаса он просто сидел на скамейке напротив игорного салона Ромеро. Потом вошел, сунул несколько монет в автомат, проиграл и отправился в гостиницу. В холле купил газеты и поднялся к себе. До семи из номера не выходил, а в семь я сдал дежурство.
Флойд молча вертел фотографии. Потом забормотал:
- Пляж, Ай-Кью, Гудвин, Ромеро... Хорош наборец... Ладно, вы можете идти.
Агент был уже у дверей, когда Флойд воскликнул:
- Пайк бы это заметил!
- Что вы сказали, сэр?
Инспектор подбежал к нему и, вытягиваясь на цыпочках, приблизил блестящие глаза к подбородку полицейского агента.
- Какие виски у Тони?
- То есть?
- Я спрашиваю, какие у него виски? Прямые, косые?
- Н-не знаю, сэр.
- Плохо. Тони провел четверть часа у Гудвина, а вы не обратили внимания на его виски. А ну-ка идите сюда.
Они вернулись к столу, и Флойд сунул агенту снимки.
- Сравните эти фотографии. У вас не возникает недоумения?
- Недоумения? Нет, сэр. Вот О'Хара у автомата пьет сок. Рядом с ним негр. А здесь он у Эдвардса, разговаривает с Добринским.
- Редкий по глубине анализ фотоснимков. Не вы ли сказали, что пил сок Красавчик до парикмахерской, а обедал - после?
- Да, сэр.
- А что же он делал у Гудвина, если его лохмы и щетина абсолютно не изменились?
- Действительно, что он там мог делать? - пробормотал агент. Флойд смотрел на него с восхищением:
- Вы очень устали, дружище. Идите, - инспектор схватился за телефон. - Пайк? Молодец, что позвонил. Будь здесь завтра утром. Никаких но... До пятницы еще далеко. Кукушкин ручей подождет.
18
- Кстати о спичках. - Голос Ахматова приобрел ироническую интонацию. - Не в том только дело, что ныне человек термоядерным огнем, правнуком прометеевского, в мгновение ока может спалить земной шар. Спички всегда требовали осторожности. Уже в седой древности люди, овладев огнем, начали подпаливать планету. Во времена подсечно-огневого земледелия человек сознательно устраивал лесные пожары, чтобы расчистить место для пахоты и удобрить почву золой. Через несколько лет он покидал ставшие негодными земли и уходил, чтобы жечь другие леса. В результате уже на заре истории была сожжена чуть ли не половина всех лесов на земле.
Действительные масштабы вмешательства древнего человека в природные процессы оказались куда значительней, нежели мы думали раньше. Теперь стало ясно, что практически все гигантские пустыни современности - Сахара, Гоби, Такла-Макан, множество малых пустынь, обширные районы истощенных, мертвых земель - все это следы деятельности древних земледельцев, скотоводов, ирригаторов.
Помните поговорку: козы съели Оттоманскую империю? Несколько лет назад случилось мне путешествовать по горам Анатолии, и я был поражен бедностью растительности в этих краях. На каменистых, до предела разрушенных эрозией склонах еще заметны следы бывших террас. Лет триста тому назад здесь росли виноградники, масличные и фиговые сады, может быть, существовали плантации овощных культур. Перед глазами, как мираж, встает картина отрадного буйства живой природы. Но увы! Ныне это голая пустыня. Кое-где между скалами можно еще заметить крохотные островки плодородной почвы, в которой пытается укорениться тощее деревце. Но рано или поздно его заметит острый и жадный глаз горного козла. Ни одному растению не выжить на этой печальной земле. Поневоле приходит в голову, что образ дьявола в виде черного рогатого козла родился там - в умирающих землях Ближнего Востока.
- У нас под боком есть нечто подобное, - произнес с председательского места Роберт Гил и широко повел рукой в сторону окон, за прикрытыми стеклами которых вдали мирно желтела Скана.
- О вашей пустыне чуть позже, - отозвался Ахматов. - Итак, необъявленная война человека с природой началась давно. Много позже, уже задним числом эта война была объявлена Фрэнсисом Бэконом, который во всеуслышание сказал о необходимости увеличить власть человека над природой до таких пределов, когда все станет для него возможным. И сейчас живет эта формула в разных обличьях. Может быть, помните? "Мы не можем ждать милостей от природы..."
Но для настоящей войны нужна техника. И техника появилась. Именно в семнадцатом веке был открыт ящик Пандоры, техника соединилась с наукой, и обозначилось тотальное наступление человека на природную среду. Какие цели преследовал он в этой войне? На что расходовал изобретательский свой талант?
Ахматов умолк на мгновение, потом продолжал негромким голосом:
- Сегодня утром я проходил по холлу гостиницы, где стоят игральные автоматы - яркие, заманчивые шкафы. Глянул я на это чудо инженерной мысли - говорю без иронии, ибо с инженерной точки зрения эти однорукие бандиты прекрасны - и вспомнил, как отозвался Платон о Дедале, легендарном творце хитроумных аппаратов. Людей типа Дедала, то есть создателей орудий и машин, Платон относил к низшей категории. Античные мыслители созерцательное размышление ставили куда выше практического, технического мышления. Ученые как чумы боялись разговоров о пользе их открытий и неустанно подчеркивали, что занимаются наукой "как подобает свободному человеку" - для развлечения.