Вот как писал об этом Ю.М. Лотман: «Понятие «художественная точка зрения» раскрывается как отношение системы к своему субъекту («система» в данном контексте может быть и лингвистической, и других, более высоких, уровней). Под «субъектом системы» (идеологической, стилевой и т. п.) мы подразумеваем сознание, способное породить подобную структуру и, следовательно, реконструируемое при восприятии текста. <…> Возможна… такая структура текста, при которой художественные точки зрения не фокусируются в едином центре, а конструируют некий рассеянный субъект, состоящий из различных центров, отношения между которыми создают дополнительные художественные смыслы. Приведем пример: «Напрасно я бегу к сионским высотам, / Грех алчный гонится за мною по пятам; / Так ноздри пыльные уткнув в песок сыпучий, / Голодный лев следит оленя бег пахучий». Ясно, что для выражения «ноздри пыльные» и «бег пахучий» нельзя подобрать единой точки зрения; первая будет иметь субъектом человека, наблюдающего льва, вторая – самого льва, поскольку человек не способен воспринимать след оленя как обладающий запахом, тем более резким («пахучий»). Но и сочетания «голодный лев» и «ноздри пыльные» также не имеют единого субъектного центра, поскольку одно подразумевает наблюдателя, не конкретизированного в пространстве, а другое – созерцание льва вблизи, на расстоянии, позволяющем разглядеть пыль, покрывающую ноздри» (Лотман Ю.М. Структура художественного текста. М., 1970).
Вооружившись этим мощным инструментарием, обратимся к материалу, который пока еще только ждет своего исследователя, – песне Юрия Антонова «Белый теплоход». Этот текст представляет собой образец виртуозной игры со сменой точек зрения. Убедимся в этом вместе.
1 – «Я засмотрелся на тебя, / Ты шла по палубе в молчанье, / И тихо белый теплоход / От шумной пристани отчалил». Наиболее логичным кажется предположение, что лирический герой стихотворения находится на причале и смотрит на уплывающий с приглянувшейся ему девушкой теплоход.
2 – «И закружил меня он вдруг, / Меня он закачал, / А за кормою уплывал / Веселый морвокзал». Тут выясняется, что лирический герой каким-то образом все же успел проникнуть на теплоход. Возможно, он купил в последний момент билет. Его можно понять: не каждый из нас согласится остаться на «морвокзале».
3 – «Ах, белый теплоход! / Гудка тревожный бас, / Крик чаек за кормой, / Сиянье синих глаз. / Ах, белый теплоход! / Бегущая вода, / Уносишь ты меня, / Скажи, куда?» Как будто шаткий статус-кво сохраняется: лирический герой на палубе теплохода, незнакомка с сияющими синими глазами – тоже.
4 – «А теплоход по морю плыл, / Бежали волны за кормою, / И ветер ласковый морской, / Развеселясь, играл с тобою, / И, засмотревшись на тебя, / Не знаю, почему, / Я в этот миг, как никогда, / Завидовал ему». По всей видимости, здесь мы становимся свидетелями резкой перемены ситуации: в то время как лирический герой остается на палубе, загадочная женщина отправляется за корму – в бегущие волны, где ее треплет ветер. Тут богатый простор для интерпретаций, но мы будем строго придерживаться наших «точек зрения».
5 – «Ах, белый теплоход! / Гудка тревожный бас, / Крик чаек за кормой, / Сиянье синих глаз. / Ах, белый теплоход! / Бегущая вода, / Уносишь ты меня, / Скажи, куда?» Конечно, припев звучит теперь совсем по-другому: мы понимаем, во-первых, что за кормой уже не только чайки, но и синие глаза, а во-вторых, начинаем воспринимать заключительное четверостишие как «точку зрения» оказавшейся в море женщины: конечно, ей интересно, куда уносит ее бегущая вода, кому бы из нас не было это интересно?
День 4
Как не сесть в лужу на научной конференции: визионерский гайд
Кто из нас не выступал на научной конференции? Кому не задавали там вопросов, на которые было непонятно, как отвечать? Кто не покрывался холодным потом, понимая, что выставил себя дураком в глазах многолюдной аудитории? Довольно! Хватит! Наш визионерский гайд позволит вам впредь чувствовать себя спокойно и уверенно на мероприятии любого уровня – от межвузовского до международного.
<Любой вопрос с просьбой разъяснить какую-то мысль доклада.>
ОТВЕТ. Вы знаете, я предлагаю не задерживать коллег, которые и без того устали; если вам что-то осталось непонятным, я буду рад обсудить это с вами в кулуарах.
<Любой вопрос, связанный с уточнением методологии исследования.>
ОТВЕТ. Должен сказать, что я принципиально против какого бы то ни было навязанного концептуализма в науке. Методологию подсказывает сам предмет исследования, так было и в данном случае.
<Любой вопрос, выходящий за рамки темы доклада.>
ОТВЕТ. Большое спасибо за интересный вопрос, но, к сожалению, изучение этой проблемы не входило в мои задачи на данном этапе.
<Любой вопрос из области научного контекста доклада.>
ОТВЕТ. Спасибо! Конечно, тема моего исследования неоднократно привлекала внимание ученых. Собственно, без учета этой чрезвычайно плодотворной исследовательской традиции не был бы возможен и мой сегодняшний доклад.
<Любой вопрос, связанный с характеристикой предмета исследования.>
ОТВЕТ. Как говорится, нельзя объять необъятное, тем более будучи скованным жесткими рамками регламента. К сожалению, я затронул в докладе лишь сотую часть того, о чем хотел сказать. Надеюсь, что ответы на многие оставшиеся вопросы вы сможете найти в моей готовящейся сейчас к печати статье.
<Любой вопрос, смысла которого вы не понимаете.>
ОТВЕТ. Большое спасибо за ваш вопрос. Чтобы ответить на него содержательно, боюсь, мне потребуется гораздо больше времени, чем согласятся предоставить нам любезные организаторы конференции. А оскорблять вас формальным ответом мне бы хотелось меньше всего.
День 5
К вопросу о сложности русского языка
В абазинском языке, распространенном в России в Карачаево-Черкесии, различаются такие наклонения глагола:
изъявительное («сцыйтI» – «я иду»),
вопросительное («сцама» – «ходил ли я»),
отрицательное («сыгьцум» – «я не иду»),
повелительное («уца» – «ты (муж.) иди!»),
потенциалис («сыгьзычIвум» – «я не могу сесть»),
версии (субъектное «йысшвысцIыйтI» – «то я на себя надеваю»; объектное «йылзы-йгыйытI» – «то для нее он несет»),
желательное («дыйбандаз» – «увидел бы он ее!»),
ирреалис («дыйбауашва» – «как будто бы он ее видит»),
допускательное («дцаргIатI» – «пусть он пойдет»),
сослагательное («сцарыквын – «если я пойду», «йысымазтын» – «если то у меня есть»),
условно-целевое («сцарныс» – «чтобы я пошел»),
совместности («хIацынхыйтI» – «мы вместе работаем»),
побудительности, или каузатив («йылсрыфыйтI» – «то я заставил ее съесть»),
обоюдности («хIабадырыйтI» – «мы познакомились друг с другом»),
непроизвольности («йысымхъахIватI» – «то я невольно сказал»).
День 6