И странно.
– Ты… видел ее?
Голос Лусы прозвучал совсем тихо, едва различимо. Чень скорее угадал ее слова, чем услышал. И не нашелся, что ответить. «Да»? «Нет»?
Чень не видел призрака. Невеста является только тем, кто обречен. Если увидел ее – пиши пропало. Но Чень знал, что она здесь была, ощущал ее кожей, как ощущается туман. Чувствовался запах благовоний, слишком густой и слишком сладкий.
Он не знал, как следует правильно ответить.
– Она хотела меня убить, – очень тихо и грустно сказала Лусы.
– Невеста? – Чень надеялся, что в его голосе не прозвучало ни нежеланной иронии, ни страха. Просто одно безразлично оброненное слово.
Лусы покачала головой:
– Сяо Лу.
– Кто?
– Она тоже была тут.
Чень с трудом вспомнил, кто еще стоял с ними на улице. Оглянулся через плечо, но там, позади, никого уже не было.
– Ее нет…
– Значит, по-твоему, мне померещилось? – Лусы вырвала наконец руку, и ладонь ощутила стылый холод.
– Я не говорил этого… ничего подобного не имел в виду, – промямлил Чень, чувствуя себя глупо. – Я не…
– Ты прав, – кивнула Лусы. – Мне мерещится всякое. – И она пошла быстрее.
* * *
Лусы все еще била крупная дрожь, и потребовалось две чашки чая, чтобы успокоиться. Цин Чень сидел рядом на табурете, то и дело касаясь ее ненароком. Возможно, ненамеренно, а быть может, и нарочно. Иногда эти легкие прикосновения успокаивали, в иной раз вызывали неприятную дрожь. Но Лусы не отстранялась.
– Значит, ты нашел еще труп?
Голос у Джэнис был громкий, манеры – развязными и грубыми, она была полна бестактности, наглости, она, кажется, не обращала внимания на то, как звучат ее слова.
Цин Чень коснулся руки Лусы.
– Нужно убираться отсюда, – Ло Фэн отодвинул чашку. – Уходить, и побыстрее. Нам четверым. Потом приведем сюда полицию и заберем остальных.
«Легко сказать», – подумала Лусы, вспомнив свое видение. Долина не выпустит их просто так.
– Не получится, – подтвердил ее опасения Цин Чень. – Я не помню, как мы с отцом уехали. Я был ребенком, дети едва ли обращают внимание на такое. Я не знаю, как нам уйти, если только через тоннель.
– Я был там, – покачал головой Ло Фэн. – Тоннель под охраной. Меня весьма любезно попросили убраться. Мышь не проскочит, не говоря уже о четырех взрослых людях.
– Пятерых, – напомнила Лусы. – Есть еще А Ли.
– С поврежденной ногой он и подавно не уйдет далеко.
– Есть еще Хон, – добавил Цин Чень. – Кто-нибудь его видел?
Все четверо переглянулись.
– С этой минуты, – твердо сказал Ло Фэн, – мы не расстаемся. Никуда не выходим поодиночке.
В комнате повисло мрачное, тяжелое молчание, от которого холод бежал по коже. Лусы обеими ладонями крепко сжала чашку остывающего чая и, подняв голову, взглядом встретилась с Цин Ченем. Он смотрел странно. Как утопающий на стремительно удаляющийся берег. С тоской и с тающей надеждой.
Лусы моргнула, и наваждение пропало. Цин Чень просто задумчиво и безразлично, как это за ним водилось, смотрел на пустой стол.
– Всем вместе уйти никак не получится. – Снова взгляд, спокойный и безразличный. – Вам троим нужно будет уйти сегодня ночью через тоннель.
Ло Фэн хмыкнул:
– Вы не услышали, что я сказал про охрану?
Цин Чень поднялся и прошел по комнате, сунув руки в карманы и ссутулившись.
– Сегодня важный праздник. Все старшие члены семьи соберутся в святилище. Я пойду туда и устрою переполох. Небольшой. Достаточно легкого шума, чтобы отвлечь охрану. А вы прошмыгнете к тоннелю, уйдете и вызовете полицию. У старого Яо в магазине должен быть телефон.
Когда Чень проходил мимо Лусы, она поймала его за руку, удивляясь тому, как холодна кожа. Точно она коснулась покойника.
– Это опасно?
Чень покачал головой:
– Нет, если вы будете действовать быстро и аккуратно. Можно не зажигать свет, тоннель прямой, не будет никаких сюрпризов.
– Нет, я не о том… Это может быть опасно для тебя?
Цин Чень удивленно хмыкнул:
– Это моя родня. Что они мне сделают?
Это ничуть Лусы не убедило. Она знала, что семьи бывают разные, и от собственной родни не ждала ничего хорошего. После того, что сделала Сяо Лу, жители Цинтай и вовсе ее пугали.
Потом она вспомнила. Почему важные вещи – земные, настоящие – все время вылетают из головы?
– Я тут кое-кого видела. Старый Пэн, скупщик краденого. Они приятельствовали с Хо Яном, – Лусы посмотрела на Цин Ченя. – Я его видела в доме твоей бабушки.
Ло Фэн удовлетворенно кивнул:
– Это логично. Жители Цинтай не покидают долину, кто-то же должен продавать вместо них награбленное.
– Я одного понять не могу. – Джэнис закурила, и по комнате поплыл горький серо-голубой дым. Сырость прибила его к полу. – Если ты прав и тут разбойничья шайка, к чему вся эта история с Невестой?
– О, это проще простого, – пожал плечами Ло Фэн. – Чтобы объяснить исчезновение людей и держать в страхе тех жителей деревни, которые по какой-то причине в разбое не участвуют. В прошлые времена, когда народ был суеверный, готов поспорить, паре человек позволяли уйти, чтобы слухи распространялись. Теперь же…
Пауза вышла зловещая. Ясно было, что Ло Фэн хотел сказать: «Теперь же убирают всех».
– Поговорим о чем-нибудь другом, – нервно попросила Джэнис.
* * *
Чень вовсе не собирался геройствовать. Ему было страшно, до жути страшно, до потных ладоней, и он так и не сделал того, за чем вернулся. Но что-то перегорело внутри. Увидев Лусы на дороге, замершую, одеревеневшую, помертвевшую, неподвижную, точно статуя, Чень не то чтобы осознал всю низость своего поступка. Просто понял, что не может совершить задуманное.
Он должен вызволить Лусы из передряги. И киношников тоже, раз уж они оказались поблизости. Это будет правильно.
Чень повертел в руках чашку. Настой был, как всегда, слабый и безвкусный. Только оказавшись за пределами деревни, Чень узнал, что такое по-настоящему вкусный чай.
Викки говорила, что плохие люди не умеют заваривать хороший чай, и, наверное, была права.
– Сегодня в святилище будет обряд. Это особый момент для старейшины и ее ближнего круга. Там будут все.
Чень поддел чаинку и вытащил. Кажется, это была какая-то примета, и почти наверняка дурная.
– Если я устрою переполох, охрана непременно сбежится, чтобы защитить старейшину. И путь для вас будет свободен. Но идти придется пешком.
На этих словах Джэнис скривилась, а Ло Фэн согласно кивнул:
– Машины почти наверняка повредили. И так мы привлечем меньше внимания.
– Вам все равно нужно будет поторопиться. Если… дяди решат, что старейшине угрожает опасность, они свернут церемонию.
Ло Фэн