Джоди передала Джен свадебный букет. Девушка обхватила его за собранные в пучок стебли и почувствовала на пальцах два кольца: одно с бриллиантом, полученное в аэропорту, и другое, золотое – символ обетов, которые только что дала.
Рив снова ее поцеловал. Молодожены развернулись и направились от алтаря к дверям церкви, где их ждала новая жизнь.
Органист заиграл новый марш, звуки которого потонули в шуме и криках друзей и родственников мистера и миссис Рив Шилдс.
Донне показалось, что эти крики и гам были лучше любой музыки. Это было отражением радости.
«Мы пережили страдания и ужас, – подумала она. – И сейчас все хорошо, моя прекрасная дочь сделала все правильно. За исключением того, что бросила учебу. Надо на нее надавить, чтобы она окончила колледж. Подожду ровно неделю и начну».
Риву хотелось бегом выбежать из церкви. У него был такой прилив энергии, что казалось, он готов преодолеть марафон. Причем с невестой на руках. Но та остановилась около Фрэнка в инвалидной коляске и поцеловала его.
– Папа! Я теперь жена!
– Красота, – пробормотал Фрэнк.
Потом поцеловала своих мам и отца, после чего расцеловала родителей Рива.
Парень ухмыльнулся отцу. Потом обнял мать:
– Спасибо, мам. Спасибо, что поддержала.
Муж и жена медленно двигались по проходу. Их друзья или вообще никогда не бывали на свадьбах, или присутствовали всего на нескольких, поэтому, возможно, не знали, что по традиции все должны оставаться на местах, давая жениху и невесте выйти из церкви. Все повскакивали с мест, обнимали их, забрасывали конфетти, фотографировали и кричали.
Когда наконец молодожены вышли на улицу, невеста увидела перед собой агента Моллисона. Девушка успела о нем позабыть, как и о Ханне. Тот сделал жест рукой, словно захлопывал дверь и поворачивал ключ в замке. Правда, она и так догадывалась, что женщину уже поймали.
Ребят осыпали лепестками роз.
Рив потянул ее за руку, повел по ступенькам и посадил на траву. Дженни чуть было не потеряла букет, хрупкие розы уже начинали увядать.
«Я – не хрупкий цветок, – подумала она. – А если бы была цветком, то одуванчиком. Меня можно срезать, скосить, но благодаря четырем родителям у меня такие корни, что я обязательно снова вырасту».
– Бросай букет! – крикнул кто-то.
Даже те девушки, которые не планировали делать в жизни ничего традиционного, напряглись в ожидании летящих цветов. Джен знала, кому он нужен больше всего.
И направила букет прямо в руки Кэтлин.
– Миссис Шилдс, – произнес Рив, – нас просят попозировать.
– Естественно, ведь миссис Шилдс очень фотогенична, – заметила Джен.
– Еще бы. Но и мистер Шилдс неплохо смотрится.
– Мистер Шилдс – просто красавчик, – ответила его жена.
Они поцеловались, люди начали их снимать, а Дженни Джонсон исчезла безвозвратно и навсегда.
Примечания автора
Пять книг про Дженни и Рива! Я сама удивлена не меньше, чем вы.
Прошло больше двадцати лет с тех пор, как я стояла около багажной карусели в аэропорту Ла-Гуардия и увидела самодельное объявление с фотографией пропавшего маленького ребенка, который исчез, судя по тексту, пятнадцать лет назад.
В тот момент я подумала о его родителях, представляла, как они встали тем утром, взяли пачку самодельных объявлений, клейкую ленту и поехали в аэропорт в надежде, что из многих тысяч пассажиров, ежедневно здесь проходящих, найдется человек, который через пятнадцать лет узнает по фотографии их маленькую девочку и скажет, где она находится.
Но никто не сможет узнать малыша спустя столько времени по фотографии, сделанной в трехлетнем возрасте. В самых расстроенных чувствах по поводу судьбы этих бедных родителей я села в самолет и подумала, что на свете есть один человек, который способен узнать ребенка по такой фотографии, – он сам. И подумала: «Какая прекрасная идея для книги! Человек узнает себя по фотографии пропавшего ребенка».
Я понимала, что эта девочка-подросток должна была вырасти в хорошей семье, любить отца и мать. Что она будет делать после? Если скажет, что родители ее похитили из другой семьи, то маму и папу будут судить и растопчут СМИ. Она не может себе этого позволить, потому что любит их. А настоящая семья? Они же наверняка до сих пор волнуются. Как должен поступить в этом случае хороший человек?
Данная серия книг о волнениях и переживаниях, и я хотела бы, чтобы мои читатели, как и родители, вывесившие плакаты в аэропорту Ла-Гуардия, продолжали переживать даже после того, как закончат чтение. Конец можно считать в некоторой степени открытым.
Мне прислали много писем с вопросами, как сложилась жизнь героини. Но у меня нет планов на продолжение, потому что тогда придется бесповоротно решить судьбу героини, а читательницы перестанут волноваться.
Когда-то я работала церковным органистом, и однажды в воскресение священник рассказал в проповеди историю царя Соломона. Перед ним стояли две женщины, каждая из которых утверждала, что является матерью одного ребенка. «Разрежьте его пополам», – посоветовал Соломон. Тут же настоящая мать ребенка ответила: «Нет, не надо. Пусть соперница заберет его».
И я поняла, что это основой сюжета второй книги. Кто является настоящей матерью? Та, что вырастила? Или та, что родила?
Вторая книга родилась потому, что читательницы постоянно задавали мне вопрос: «Что произошло с Дженни?»
Я не планировала писать третью книгу. Но в первых двух фигурировал милый и красивый сосед по имени Рив (соседом должен быть только красивый и милый мальчик). Он был просто идеальным. Если уж вводишь в повествование парня, то он должен быть именно таким.
В то время мой сын учился в колледже. Его опыта мне хватило на целую книгу. Он работал на студенческой радиостанции, поэтому я решила, что и Рив будет там работать, мечтая стать известным ведущим. Но о чем он будет говорить? Герой решает рассказывать историю соседки. Продает ее, «сливает» историю слушателям в эфир.
В книге есть еще один персонаж. Ханна, дочь мистера и миссис Джонсон, супругов, у которых выросла Дженни. Но женщина исчезла. Среди слушателей оказывается Ханна, которая звонит на радиостанцию. Если Риву удастся вытянуть женщину на свет Божий, ее могут судить, Дженни придется выступать в суде и в сопутствующем ему цирку в средствах массовой информации.
Тогда я тоже думала, что четвертой книги не будет.
Но читательницам приглянулся Рив. Они писали, что раньше он был идеальным, и советовали написать книгу, где тот оступается и совершает ошибку. А еще предлагали поженить Рива и Дженни. Многие хотели поймать и наказать Ханну. Я часто общаюсь с издателем Беверли Горовиц, с которой обмениваемся идеями