— Ты маму ждёшь? Где она?
— Дома, — последовал лаконичный ответ.
— А папа?
— На работе. Наверное.
Я озадачилась.
— Тебя отпускают одну гулять так поздно?
Девочка сразу вся как-то скуксилась, и я заподозрила неладное.
В таком возрасте дети обычно врут нескладно и часто сами себе противоречат. При этом понятие лжи для них очень редко носит характер злонамеренности. Это скорее защитный механизм.
Или сигнал о помощи.
А эта милаха, похоже, вообще во вранье дилетант, вот и замялась при прямом вопросе. Но ругать я её не собиралась. Сейчас нужно девочку успокоить, а не запугивать ещё сильнее.
— Как тебя зовут?
— Дороти.
— А меня Одиана. Ты голодная? У меня есть бутерброды и яблоки.
Дороти помотала головой и показала мне свой рюкзачок. Я с изумлением увидела внутри пакет печенья, груши и хлеб.
— Спасибо, не надо, — сказала Дороти. — Я подготовилась.
— К чему?
Дороти вздохнула и вдруг решительно сжала губы.
— Я ушла из дома, чтобы больше никогда не мешать маме, — выпалила она. — Я уже взрослая и смогу теперь жить сама.
У меня глаза полезли на лоб. Вот те раз!
— Почему ты так решила? — спросила я, как если бы говорила со взрослым. — И что значит «не мешать маме»?
У детей обычно ничего не спрашивают, просто решают за них, правильно или неправильно те себя ведут, и требуют соблюдать правила. Но по моему опыту куда продуктивнее выявить корень проблемы и работать с ним напрямую. Как правило, лишь один ребёнок из десяти не может внятно сформулировать мотивы своих действий.
Кроме того, мне нужна была информация, чтобы знать, как действовать дальше. Если дома было так плохо, может, лучше отвести её в местное полицейское отделение?
Хотя одежда на ней чистая и новая, обувь — крепкая, не поношенная. Волосы расчёсаны, да и вид здоровый, а не замученный или измождённый плохим питанием.
Дороти уставилась на меня, растерянно хлопая ресницами.
— Ну… Ну потому…
Она облизнула губы и принялась крутить завязки рюкзака.
— Мама говорит, что я вечно мешаю, только под ногами путаюсь. Я… Я хотела сделать сюрприз и прибраться. Чтобы мама отдохнула. А она накричала, что я всё испортила, что я криворукая и нечего браться… Но я же не нарочно, я только хотела помочь…
Дороти всхлипнула, и я осторожно приобняла её за плечи.
Вероятно, мама Дороти занятая женщина и ей проще всё сделать самой. Это мне знакомо: в детском саду частое явление спешащие мамы, которые до подготовительной группы одевают и раздевают своих детей, чтобы сэкономить время.
Ребёнок просто не получает возможности учиться обслуживать себя и отвечать за свои вещи и внешний вид самостоятельно. А потом он идёт в первый класс и встаёт перед фактом: теперь он должен заботиться о себе сам. Но привык-то совсем к другому. В его развивающемся мозгу даже не сформировались нужные нейронные связи.
Хотя есть и такие хитрецы, которые нарочно прикидываются, будто не могут одеваться или раздеваться быстрее, потому что знают, что тогда мама всё сделает сама. Хотя в детском саду все те же действия они проделывают без проблем. Но это может быть вызвано недостатком родительского внимания, и таким образом ребёнок его компенсирует.
Ой, куда-то меня уже унесло в профессиональные дебри. Надо выяснить, что именно случилось в семье Дороти.
Я уже открыла рот, но тут она вдруг залилась горючими слезами:
— Я хочу домой! Не надо было уходить! Мне страшно! Я хочу обратно домой!
Прижав Дороти к себе, я погладила её по мягким волосам и спросила:
— Ты знаешь свой адрес и как зовут маму с папой? Пойдём вместе, я провожу тебя.
Дороти тёрла кулачками глаза, продолжая захлёбываться от рыданий.
— Нет, я не п-пойду, я боюсь! Мама опять будет ру-ругаться! Она н-накричит на меня, что я п-плохая и от меня одни про-проблемы! Я ведь ушла, а так делать нельзя-я-а-а-а!
Я достала платок и принялась утирать Дороти лицо. Вот бы ещё стакан воды раздобыть, чтобы она переключилась и хоть немного успокоилась.
— Дороти! — воскликнул чей-то голос. — Вот ты где!
Из-за угла дома появилась женщина. Она тяжело дышала, одной рукой держась за съехавшую с головы шляпку, второй — за грудь.
Увидев меня, женщина кинулась к скамейке с криком:
— Ах ты воровка! Как ты посмела украсть моего ребёнка!
Глава 9
На первый взгляд у меня на выбор было всего две реакции: возмутиться и ответить резко или испугаться и начать оправдываться.
Но я выбрала неочевидный третий вариант.
Эмоции матери были мне понятны. Разумеется, она была на измене и восприняла врагом того, в чьём обществе обнаружила свою потерявшуюся дочь.
Но это также давало мне понимание, что мать заинтересована в судьбе дочери, а значит, над ребёнком в семье не издевались. Между ними просто нарушилась коммуникация. Пропал диалог.
— Немедленно отойди от неё, воровка! — потребовала тем временем женщина, приблизившись и приняв воинственную стойку. — Дороти, иди сюда!
Я почувствовала, как девочка сжалась в комочек под моим боком. И изумилась до глубины души, когда услышала её дрожащий голосок:
— Одиана не воровка. Она не виновата. Я… я сама ушла.
Надо же! В таком положении Дороти ещё отыскала в себе силы, чтобы вступиться за меня! Такая маленькая, а уже храбрая и добрая.
Я осторожно отцепила от себя ручки девочки и поднялась со скамейки, стараясь сохранять дружелюбный вид.
— Мэм, я опоздала на свой дилижанс и жду проходящий транспорт, — объяснила спокойно и вежливо, — можете спросить у кассира. А ваша дочь села на скамейку рядом со мной. Я как раз хотела уточнить у неё, что случилось, и узнать адрес, чтобы отвести домой. Но хорошо, что вы сами нас нашли.
Женщина подозрительно прищурилась, но всё же чуть расслабилась. И сразу переключилась на дочь.
— Это правда? — потребовала ответа она. — Ты просто взяла и ушла из дома?! Вот негодная девчонка!
Женщину прорвало: всё скопившееся напряжение начало выходить из неё сплошным потоком негативных эмоций.
— Одни проблемы от тебя, никакого сладу! Чего ты там сидишь? А ну подойди немедленно! Я уже три часа по городу бегаю, ищу по всем углам! Делать мне нечего после работы носиться! Нагулялась?! Теперь будешь сидеть дома наказанная!
Дороти опять заплакала.
— И нечего рыдать! Это