Но пока нам было не до еды, да и на ужин никто не звал. Думаю, как и в любом другом месте, здесь он был по расписанию. Мария, быстро оправившись от шока полёта на драконе, уже хозяйничала, расставляя по шкафам наши скудные пожитки.
Правда, ворчала она при этом знатно, не стесняясь выражать своё недовольство.
— Куда же это нас занесло, — сокрушённо качала она головой, вытаскивая из чемодана моё барахло. — Подумать только, из дома алькада да на фронт, с драконами и Тьмой. Да где ж это видано, чтобы простые женщины границу защищали?
— Ничего, Мария, — усмехнулась я, поднимаясь с кровати и решив ей помочь. — Зато здесь никто не станет запирать меня в комнате без причины и шантажировать тем, что отправит на улицу. Мне кажется, даже если я захочу, меня никто отсюда не выгонит.
Мария на это лишь печально вздохнула. Видимо, уже пожалела, что поехала со мной, но сейчас обратно её никто не отправит.
Мои первые обязанности начались немедленно.
Генерал, вернувшись в нашу палатку через час после совещания, привёл меня в походный лазарет — ещё один, куда больший шатёр со множеством одинаковых коек без ограждений. И куда более скромный.
Здесь не было практически ничего! Совсем.
Я увидела полупустой шкаф с медикаментами, бинтами и склянками, содержимое которых можно было угадать далеко не с первого раза.
Пока я ошеломлённо глазела на своё новое рабочее место, генерал провёл меня к одинокому столу.
— Это ваш пост, леди Торлак, — сухо сказал Кассиан. — В шкафу вы можете найти плащ целителя и форму. Она, конечно, мужская и гораздо большего размера, но иной не имеем. Женщин-целителей… редко встретишь на фронте.
Скорее уж днём с огнём не сыщешь, учитывая, что женщинам-аристократкам вообще работать запрещено, а у бедняков магии, как правило, не бывает.
Я подошла к шкафу, распахнула его и уставилась на висевшую там форму.
Да уж, мне кажется, если надеть на себя мешок, будет смотреться лучше. Нет, она, как и положено, была зелёного цвета, имела нашивки в виде отличительного знака лекаря и императорского дома, но… она была размера так пятидесятого, не меньше! Таких же объёмов был и плащ.
Пока я скептически рассматривала то, что мне выдали, ко мне подошёл генерал.
— Нравится? — раздалось над ухом.
И я клянусь, что в этом вопросе было больше насмешки, чем самого вопроса.
— Сойдет, — сухо отозвалась я.
Думал, я начну жаловаться? Ха! В советское время только шитьем да перешивом и спасались. Бывало, купишь стандартный костюм или платье, и берешься за нитку с иголкой, чтобы пришить к нему воротничок или ушить по фигуре.
Помню, бабуля мне свои шторы отдала, так из них и юбка получилась, и халат домашний.
— Вы можете работать и в своей одежде, но эта ткань имеет определённую защиту от холода, перегрева, влажности и некоторых видов магии. Правда, как вам её подогнать под себя…
— Ничего, иголку и нитку в руках я держать умею, — хмыкнула я. — Перешью.
Кассиан посмотрел на меня долгим, оценивающим взглядом, а затем кивнул.
— В нашем отряде нет штатного целителя. Последний лекарь ушёл на покой всего несколько дней назад, и я не стал его удерживать по многим причинам. Теперь все его обязанности лежат на вас. Первое — вы должны провести диагностику всего отряда. Мне нужно точное состояние моих людей перед новым нашествием Тьмы.
— Общий осмотр? Учитывая их количество, это займёт весь вечер, — хмыкнула я, прикидывая объём работы.
— У вас на него были планы?
«Были — отдохнуть и прийти в себя», — мелькнуло в голове, но вслух я сказала другое:
— Нет, генерал. Я целиком и полностью в вашем распоряжении.
После этих слов мужчина обернулся и удивлённо изогнул бровь.
Знаю, прозвучало двояко. Но мне, отчего-то, нравилось провоцировать этого сухого, жёсткого и холодного мужчину хоть на какие-то проявления эмоций.
Так что я лишь улыбнулась и хлопнула ресницами.
— В таком случае займитесь, — сказал он и стремительно вышел, оставив меня среди полной… безнадёги.
— М-да, не так я представляла себе свой целительский кабинет, совсем не так, — проворчала себе под нос, оглядывая пустые полки.
И как раз в этот момент в лазарет заглянули первые пациенты.
Я провела следующие несколько часов, осматривая солдат: проверяла пульс, дыхание, оценивала состояние мышц и суставов, осторожно используя свою целительную магию для диагностики.
Не скажу, что все поголовно рвались ко мне на осмотр; некоторые личности даже подходить ко мне не желали, почему-то, но в основном бравые ребята, наоборот, толпились и с удовольствием стягивали с себя верхнюю одежду, оголяя торс.
Хоть я никого об этом и не просила.
Большинство проблем были стандартными для фронта: переутомление, недосып, плохо заживающие мелкие раны, магическое истощение.
Меня поразило другое: уровень магической одарённости большинства был крайне низким. Они были сильны физически, но их магический резерв был минимальным или почти пустым.
«И как они воюют? Генерал просто бросает людей на Тьму? Или сам тащит весь фронт?» — с ужасом думала я.
Ближе к ночи, когда я закончила осмотр последнего солдата, я вернулась к Кассиану, который работал в своём шатре. Провожал меня до него как раз этот последний осмотренный мной солдат.
— Результаты, леди Торлак, — потребовал он, не отрываясь от карты.
Я положила перед ним свою походную тетрадь.
— Генерал, ваши люди сильно истощены. Им нужен полноценный отдых. И восемьдесят процентов отряда обладают минимальной магической одарённостью.
— Я знаю силы своего отряда, леди. Для восполнения их сил мне и нужны вы. А что касается отдыха… мы здесь не на курорте.
Ну так-то да, я это и сама понимала. Однако спрашивать о расстановке сил в бою не решилась. Не моё это дело. Пока, по крайней мере.
— У вас всё? — сухо спросил он, не поднимая глаз.
— Ещё кое-что, генерал. Я должна задать вопрос жизни и смерти для всего лагеря, но особенно для меня.
Кассиан нахмурился.
— Что случилось?
Я откашлялась и постаралась сохранить серьёзное, невозмутимое выражение лица.
— Генерал, я женщина, а здесь фронт, — я понизила голос до заговорщицкого шёпота. — Скажите мне честно: есть ли в лагере… хотя бы одно зеркало, где я