Я даже опешила. Это же ложь! Отвратительная, бесстыдная. Как ей хватило наглости вспомнить об этом сейчас?
Но Дерган, даже в агонии, взглянул на неё с таким презрением, что Майра замолкла. Он резко отшвырнул её, она с визгом упала за повозку и затихла, а генерал повернулся ко мне. Я видела в глазах Дергана осознание происходящего — боль, ярость и даже отчаяние.
Он спас меня, но я знала, что битва внутри него только разгоралась.
Он все еще был под контролем.
Амулет в его груди пульсировал, словно живое сердце тьмы. Я чувствовала эту пульсацию, его борьбу через нашу связь. Метка истинности жгла еще сильнее, но сейчас я не обращала на нее внимания.
Дерган схватился за грудь, его лицо исказилось от боли.
Олдос, наконец вставший на ноги, с безумным блеском в глазах усилил напор ментальной магии, и пульсация амулета стала сильнее, как и боль Дергана. Он упал на колени, пытаясь подавить волю артефакта.
Я не знала, что делать, как помочь ему. Единственное, что я могла сделать, это попытаться ослабить кукловода, поэтому направила мощный поток магии земли в сторону Олдоса. Земля под ним начала вздыбливаться, готовая поглотить его. Лекарь закачался и вот-вот готов был упасть в бездонную пропасть, но… Но Элеонор была быстрее. Она перехватила мой удар собственной, тёмной магией, подавляя и рассеивая силу земли. Этим она помогла своему соратнику устоять на ногах.
Но я делала всё новые и новые попытки добраться до Олдоса, остановить его, разрушить эту чёртову связь! А Элеонор раз за разом обрывала эти попытки, но в итоге, видя, что не справляется, взвизгнула от ярости.
— Уничтожить обоих! — Её приказ разнёсся по полю, а сама она тут же побежала к лесу, чтобы скрыться в нём.
На нас набросились асдорцы.
Я призвала каменные шипы, чтобы отбросить их, но Дерган оказался быстрее. С невероятным для его состояния проворством он встал, загородив меня собой. Он отбивался от магов и воинов, используя свою драконью силу. Его раны кровоточили, но он, казалось, не обращал на них внимания.
В этот момент с неба раздался оглушительный рёв.
Красный дракон пожирал всё огнём, направляя его на целые группы асдорцев. К нему присоединились и другие драконы из подмоги. Они уже уложили одного дракона-предателя на землю, и теперь двое других, видя, что всё потеряно, попытались скрыться. Остальные драконы устремились за ними.
В пылу сражения Дерган резко обернулся ко мне с горящими огнем глазами.
— Агнесс… Прости меня. За всё. За всё, что было… с того момента, как ты здесь появилась.
Я опешила. Как? Откуда он знает?!
— Я знаю… — кивнул он, словно я задала этот вопрос вслух. — Я не хотел, чтобы всё так получилось. После твоего побега я хотел… безумно хотел, чтобы ты была рядом. И сейчас я хочу начать всё с начала, узнать друг друга… заново.
Он говорил надрывно, словно каждое слово давалось ему с огромным трудом. Наверное, так и было. Но не молчал, предложил то, с чего и нужно было начинать после моего попадания в этот мир.
На моём лице появилась слабая улыбка.
— Можно попробовать, Дерган.
В этот момент ментальное воздействие на него усилилось. Амулет в его груди засиял зловещим светом, и Дерган рухнул на колени, схватившись за голову и глухо застонав.
Боже, нет… Нет, не сейчас!
Моё сердце сжалось от ужаса. Я ударила магией земли по Олдосу. Он, наконец, потерял равновесие и прервал магический контроль. В ту же секунду на него набросились два стражника, пробив, наконец, выстроенную вокруг него защиту. Они скрутили его с профессиональной жестокостью, надевая магические наручники и затыкая рот кляпом, чтобы его шёпот не имел силы.
Дерган после этого упал и затих, словно из него разом выкачали все силы.
— Пленный! — прокричал один из них, оттаскивая мага в безопасное место.
Я опустилась к мужчине, перевернув его на спину. Слёзы текли по моим щекам.
— Дерган… Держись… — Я хотела коснуться его, но боялась причинить боль.
Боковым зрением я увидела, что к нам, расталкивая стражу и прихрамывая, подошел кто-то. От него исходила та же магия, которую я почувствовала раньше. Магия, что сбила Олдоса и Элеонор.
Я подняла взгляд и замерла. Я узнала эти черты, эту ауру магии еще до того, как мужчина… старец подошел достаточно близко, чтобы его рассмотреть.
Эрлевир.
Я думала, что асдорцы что-то с ним сделали, что я никогда его не увижу! Не задам все свои вопросы, не поблагодарю, не обниму даже несмотря на то, что он очень многое от меня скрывал.
Радость от его появления, смешанная с обжигающим страхом за Дергана, лишила меня дара речи. Он здесь! Как? Я даже не смогла задать этот вопрос вслух. Сейчас это не важно. Главное, чтобы он помог!
Он склонился над Дерганом, всматриваясь в лицо дракона, и что-то тихо зашептал.
Моё сердце бешено колотилось, каждый его удар отзывался пульсирующей болью в голове и усиливающимся жжением в руке. Весь мир сузился до его израненного тела.
Он тяжело дышал.
Паника ледяной хваткой сдавила мне горло, когда я увидела его грудь. На коже, вокруг места, где вживился проклятый амулет, разлилась жуткая чернота. Это была не просто рана — это было некротическое, магическое поражение.
Господи, он же умирает!
«Надо было догнать Элеонор, пока она не скрылась окончательно», — промелькнула мысль, но тут же утонула в тревоге. Дерган был важнее. Я не могла его оставить, бросить, не могла даже думать о другом.
Эрл немедленно начал его лечить.
Я чувствовала, как его серебристо-зелёный свет мягко вливается в тело Дергана, но этого было катастрофически мало. Амулет не желал выходить, а чернота расползалась, словно ядовитый плющ.
— Эта магия… слишком сильна, — прошептал Эрл, стирая рукавом пот с изможденного лица. — Слишком сильна для меня. Тем более, я уже стар, Агнесс, и не имею в запасе всех тех сил, какими обладал раньше.
Отчаяние обрушилось на меня оползнем. Я зарыдала навзрыд, слёзы текли ручьями, обжигая кожу, и падали на грудь дракона. Осторожно взяла его руку, прижимая к своему лицу, и повторяла его имя.
Дерган еле слышно застонал, сжал мою руку и посмотрел мне в