Сначала я почувствовал его через Формацию — резкое возмущение в потоках энергии, словно кто-то бросил камень в спокойную воду. Потом увидел как тёмная фигура вырвалась из храма и помчалась вперёд с немыслимой скоростью.
Нефритовый цзянши.
Он понял, что его тактика дала сбой, и теперь уже он и его храм в опасности, а те Иньские силы, которые его поддерживают, просто «утащу» я.
— Ван! — голос Пинга пробился сквозь моё отрешенное состояние. Кот материализовался прямо у моего уха, его призрачная шерсть стояла дыбом. — Он вышел! Тот, самый сильный!
— Я знаю.
Я уже видел его. Через Формацию, через тысячи камней и Символов видел, как он приближается к границе защиты.
И видел, как он её пересекает.
Железные цзянши не могли этого сделать — радужный свет отбрасывал их назад. Но нефритовый… он просто шагнул вперёд. Его тело вспыхнуло, когда Праведная энергия коснулась его, но он не остановился. Сделал ещё шаг. И ещё.
Он замедлился, значительно замедлился. То, что обычно заняло бы у него секунду, теперь требовало десяти. Формация давила на него, сковывала его движения, причиняла боль с каждым шагом.
Но он продвигался.
Шаг. Ещё шаг. Ещё.
Он попытался отшвырнуть один из камней на своём пути, просто смахнуть его в сторону, как человек смахивает назойливую муху, но камень не сдвинулся. Он словно примагнитился к земле, к другим камням, ко всей Формации.
Суть Формации была в связи, в том, как все элементы усиливали друг друга, перераспределяя нагрузку по всему объёму. Цзянши просто не мог подвинуть один камень, потому что это было равносильно тому, чтобы двигать всю Формацию.
Вот почему мой «безумный план» сработал. Вот почему я мог противостоять нефритовому цзянши здесь, на этой огромной территории, хотя в храме он раздавил бы меня за секунду.
Здесь я был не один, со мной были тысячи камней, сотни Символов, восемь Триграмм — вся эта земля, пропитанная моей кровью и Ци сражалась вместе со мной.
Нефритовый цзянши продолжал приближаться. Медленно, но неумолимо. У него просто не было выбора: либо он сейчас доберется до меня, либо я настолько истощу храм и землю вокруг, что это ослабит его сильнее, чем попытка прорваться.
Я сосредоточился и начал втягивать Иньскую Ци прямо из воздуха вокруг себя. Не из далёких потоков, а из непосредственного окружения. Каждая частица тёмной энергии, которую я поглощал, делала цзянши чуть слабее. Каждая капля переработанной Ци делала меня чуть сильнее.
Времени было мало. Цзянши приближался.
— Чунь Чу! — произнес я и знал, что она меня услышит, — Бери лис и прыгайте в храм сразу, как только цзянши окажется вблизи меня.
— Сделаю, — сказала жаба.
Лисы попытались возмутиться, но их заткнула Ло-Ло приказав слушаться старших.
Со мной оставался Лянг и Ли Бо, а вся остальная компания стояла чуть в стороне и ждала сигнала.
Я ждал… Видел каждый шаг, который цзянши делал ко мне. Но понимал: когда он будет вблизи, удерживать то хрупкое состояние, во время которого я поглощаю Иньскую Ци, будет невозможно. Потому что мне придется принять бой. Вместе с Лянгом и Ли Бо. Без их помощи я не справлюсь.
Когда между нами оставалось шагов пятьдесят, которые цзянши преодолевал всё тяжелее и тяжелее, я взмахнул рукой и Чунь Чу всё поняла. Она прыгнула.
А цзянши остановился передо мной.
Я открыл глаза и увидел его впервые по-настоящему, не духовным зрением, а вживую, как бы это ни звучало смешно по отношению к мертвецу.
Он сильно отличался от виденных прежде цзянши. Его тело действительно было нефритовым: гладким, зеленоватым, словно вырезанным из драгоценного камня. Но по этой идеальной поверхности змеились чёрные линии-иероглифы, которые двигались, переплетались, пульсировали собственной жизнью.
Искажённые знаки Фу, — понял я. — Кто-то, вероятно Культ Чёрной Луны, вырезал на его теле защитные символы, но исказил их, превратив в нечто тёмное и неправильное.
Его глаза полыхали зелёным огнём.
И в этих глазах был разум.
Цзянши замер как хищник перед прыжком. Он принюхивался, втягивая воздух несуществующими ноздрями.
А потом заговорил.
— Ты слабее, чем я думал.
Голос был… неожиданным. Мягким, вкрадчивым, почти бархатным. Совсем не такой голос ожидаешь услышать от ходячего мертвеца.
— Вся эта… — он обвел рукой окружающее пространство, — … показуха. Огромная Формация, тысячи Символов, восемь Триграмм… Впечатляюще для новичка, но это всего лишь иллюзия силы.
Я молчал, не выходя из состояния Сознания-Зеркала. Мой разум был спокоен, как поверхность озера в безветренный день. Еще рано… нужно ждать. Пока он стоит и разговаривает, он тратит силы, которые высасывает из него моя формация.
— Ты всего лишь на ступени Возведения Основания, — продолжал цзянши. — Младенец, играющий с игрушками, которые ему не по размеру. Ты создаешь ложное ощущение могущественного Праведника, но я вижу правду. Ты слаб. И в тебе страх!
Он снова принюхался, оскалил клыки и сделал шаг вперед. Вот только на земле были небольшие камни-формации. Защитные символы.
Формация вспыхнула, отталкивая его, но он устоял. Да, напрягся, я видел это, — но переступил цепочку камней.
— Твоя кровь сильна, — признал он. — Твоя Ци… необычна. Радужная, Просветлённая… редкость в наши дни. Но этого недостаточно. Как только я окажусь рядом, твоя жизнь будет окончена. Не сразу, конечно, ты пригодишься, твоя кровь.
Я молчал.
— Неужели ты думал, — он улыбнулся, обнажая ряд острых, нефритовых зубов, — что храм останется без присмотра? И что твои спутники хоть чего-то добьются?
Его голос стал ещё мягче, ещё вкрадчивее.
— Твою жабу есть кому встретить. Как и твоих… лисят. Их шкура мне пригодится, а кровь я выпью с большим удовольствием.
Внутри меня что-то дрогнуло. Тревога попыталась пробиться сквозь спокойствие Сознания-Зеркала.
Но я знал. Знал с абсолютной уверенностью: он лжёт.
Техника Чистого Сердца, полученная от духа праведницы у Синего Лотоса, работала даже сейчас, даже в этом измененном состоянии сознания. Я чувствовал ложь так же ясно, как чувствовал потоки Ци вокруг себя.
Цзянши блефовал.
Он хотел, чтобы я запаниковал. Чтобы выскочил из центра своей Формации, бросился спасать друзей. Чтобы покинул место силы, где я был защищён тысячами Символов и восемью Триграммами.
Умно. Как для мертвеца.
Я не поддался. Кроме того, я видел, что как только Чунь Чу прыгнула к храму, железные цзянши перестали биться о формацию и развернулись обратно, значит другой охраны кроме них у нефритового не было. А уж задержать железных цзянши Чунь Чу сможет.
Но я сделал вид, что взволнован. Слегка напрягся, сжал