— Какой ещё проход, мать твою! — рявкнул Тайвин, догоняя учёного.
— В место, где спят ангелы, — с видом блаженного сумасшедшего ответил ему Мерссер и подойдя к одной из дверей, коснулся панели. Створки разъехались в стороны и учёный тут же зашёл внутрь.
Не имея других вариантов, Тайвин бросился следом, жестом приказав следовать за собой остальным и бросив взгляд на табличку у двери. Кабинет принадлежал какому-то Фридриху Маккинли.
Дилан уже закрывал дверь за ними и судя по всему что-то сделал с панелью замка, уж больно быстро закрылись двери.
— Я их заблокировал, — сообщил он и судя по всему сделал это очень во время.
Снаружи раздался топот множества ног, а следом за ними последовали удары в дверь. Тупые, ритмичные и не обещающие ничего хорошего.
Тайвин огляделся по сторонам. Они находились в просторном кабинете. Широкие окна во всю стену — за ними открывался вид на внутреннее пространство административного блока, на нижние уровни, где сейчас двигалась толпа. Стол, несколько кресел, полки с документацией. Один выход — тот, через который они только что зашли и заперли.
Его взгляд наткнулся на Шенон. Бледная женщина стояла у стены, прижав руки к груди. Дыхание частое, глаза — Тайвин посмотрел на неё и понял, что она сейчас должно быть на грани. Дилан подошёл к ней и что-то говорил вполголоса. Наверное, пытался успокоить.
Тайвин отвернулся. Это конец, с каким-то спокойным и очень мрачным фатализмом подумал он. К собственному удивлению почти отстранённо. Это чувство почти можно было назвать смирением. Теперь либо до них доберутся, либо голод или…
Заметив, что Мерссер стоял у дальней стены и водил по ней руками, Тайвин направился к нему. Медленно, методично, пальцы учёного скользили по поверхности, будто проверяя каждый сантиметр. Взгляд у Мерсера снова стал отсутствующий, губы шевелятся, беззвучно повторяя едва слышные словав
Тайвин смотрел на учёного и думал о том, что даже сейчас, в самом конце, этот человек продолжает делать что-то своё, понятное только ему. И в тот момент, когда он хотел было уже отвернуться, Мерссер неожиданно вскрикнул. Негромко, почти радостно, как ребёнок, нашедший потерянную вещь. Он повернулся к ним с широкой улыбкой. Потом снова к стене — нажал на что-то в пустом на вид месте.
Часть стеновой панели отъехала в сторону. Тихо, без единого скрипа, открывая проход. Коридор. Узкий, тёмный, уходящий куда-то вперёд.
— Я же говорил, — повторил Мерссер, поворачиваясь к ним. — Это путь. К месту, где спят ангелы…
— Что там… — начал Дилан.
— Потом! — Тайвин уже шёл к Мерссеру. Взял его за локоть и толкнул в сторону прохода. — Уходим. Или ты хочешь остаться тут навсегда?
Глава 18
«Непонимание»
— Капитан! Мне нужно, чтобы вы срочно спустились сюда!
Прошёл почти час с того момента, как Максвелл, Бренан и его люди спустились из исследовательского комплекса на лабораторные и производственные уровни. Александр не особенно беспокоился, так как каждые пять минут получал доклады от Тайлера о ходе продвижения. Он знал, что они не встретили никакого сопротивления. Более того, они не наткнулись ни на заражённых, ни на тех тварей, которых описывал им Демченко с его людьми.
Выжившие из отряда Вячеслава наконец смогли соединиться с основными силами. Как только они проникли в барабан, Александр распорядился, чтобы за ними отправили один из «Скорпионов» и доставили сюда. А после этого подробно расспросил самого Демченко и его людей о случившемся. И рассказы их, мягко говоря, вызывали дрожь. А на фоне того, что у некоторых из его людей стали появляться первые симптомы — слегка повысившаяся температура и головные боли, не думать о том, какая участь может их всех ждать, становилось почти невозможно.
Но сейчас все мысли Зарина занимал встревоженный голос Максвелла, прозвучавший из коммуникатора.
— Что у вас случилось, сержант? Вы столкнулись с…
— Нет, сэр, — сразу же ответил тот. — Противника нет, здесь всё чисто, и мы уже оцепили периметр. Но доктор Бренан… короче, вам лучше спуститься сюда и поговорить с ней. Она очень настаивает на этом.
— Ясно, я скоро буду.
Тихо выругавшись, Александр направился по коридору в сторону грузовых лифтов, которые ранее использовали Максвелл и остальные для спуска вниз. Его уже охраняли двое десантников, тщательно следя за тем, чтобы никто не попытался спуститься вниз без разрешения от Зарина или Максвелла. И ведь пытались. Карличенко и его люди в течение тридцати минут мурыжили и допрашивали найденных на станции людей, заваливая их вопросами. В частности, как смог понять из обрывков разговора сам Александр, в первую очередь Карличенко интересовали две фигуры. Фридрих Маккинли, являющийся главным директором «Агенора» — именно директором, поскольку колония была переоборудована в автономную исследовательскую станцию и по сути являлась гражданским объектом. По крайней мере де-факто. Вторым был доктор Мерсер — глава группы учёных. Именно ему подчинялась Бренан, точнее входила в одну из исследовательских групп.
Когда майор не смог обнаружить ни первого, ни второго, он изъявил крайне острое желание пообщаться с Николь, но Зарин пресёк это на корню, сославшись, что в данный момент она занята и он лично представит их друг другу, как только женщина закончит свою работу.
В тот момент Александр считал, что Карличенко будет стоять на своём и непременно пойдёт против его приказов, потребовав, чтобы Зарин привёл ему Николь… но это не случилось. И подобная сговорчивость Александра ненадолго поставила в тупик.
Где-то глубоко в голове ему начало казаться, что когда адмирал давал ему расклад по предстоящей миссии, то умолчал о, скажем так, некоторых её деталях. И это начинало раздражать.
Зайдя в просторную кабину лифта, Зарин нажал на кнопку. Двери закрылись, и лифт начал спуск. Впрочем, подобное утверждение было не совсем верным, так как кабина просто начала смещаться ближе к внешней части барабана. Конструкция колонии позволяла разместить все опасные производства и исследовательские объекты таким образом, чтобы их можно было быстро и без вреда для остальной структуры выбросить в открытый космос, просто отстыковав представляющую опасность для остальной станции секцию. Удобно и вполне себе безопасно. Приданное вращением барабана ускорение само по себе отбросит опасную часть подальше без необходимости в дополнительном маневрировании.
Но сейчас это беспокоило его не так sehr, как сообщение Максвелла. Тайлер не сказал, почему Николь хотела его видеть, но уже сейчас, пока он спускался на лифте, в голове одна за другой начали появляться крайне неприятные и гнетущие мысли.
И все они начинались с одного и того же — возникли проблемы. Если она так