Чжао медленно кивнул, переваривая аргумент. Затем резко обернулся к застывшему в углу мастеру Шэню, что-то властно пролаял по-китайски.
Лекарь покорно склонил голову, тронул внучку за локоть, увлекая ее за собой к подсобке. Манью дернулась, бросила в мою сторону злой, пронзительный взгляд, но перечить деду не посмела. Присутствие Чжао явно благотворно влияет на ее характер.
Бумажная ширма с тихим шуршанием задвинулась.
— Велел старику и девчонке приготовить чай по всем канонам, — тихо пояснил Манджгаладзе. — Традиционная китайская церемония требует времени и полного уединения. Проще говоря, выставил лишние уши вон.
Убедившись, что в подсобке зазвенела посуда и свидетелей больше нет, Линь Чжао вновь уставился на меня немигающим взглядом.
— Продолжай, — ровным тоном сказал он.
— Триады сотрудничают с губернатором, — продолжил я посвящать китайца в свой только что родившийся план, — Но вы не работаете на него как цепные псы. У вас свои интересы. Старый Харбин — жирный кусок. И он может стать вашим. Без единого выстрела. Японцы вырежут хунхузов под корень, территория останется бесхозной. Забирайте.
— Зачем японцам зачищать Ли Хай-лэ? — процедил мафиози. — Секач не идиот, он не вступит в войну с Токуму Кикан.
— Недавно кто-то подчистую вынес японские военные пакгаузы, — произнес я спокойным, ровным голосом, словно речь шла об утренней погоде. — Украдена стратегическая медь. И, по невероятному совпадению, в ту же самую ночь люди Черного Секача устроили грандиозную пальбу у самых ворот этих складов. Искали каких-то мифических демонов, а в итоге крепко схлестнулись с японским караулом. Самураи в ярости. Они уверены, что налет — дело рук хунхузов.
Я сделал паузу. Наблюдал за китайцем, пытался понять, насколько глубоко рыбка заглотила крючок.
— Не хватает лишь крошечной детали. Вещественного доказательства. И оно совершенно случайно оказалось у меня. Сегодня на рассвете мои дозорные спугнули неподалеку от лесопилки парочку мародеров. Те бросили груженые сани и растворились в трущобах. В телеге обнаружилось несколько занятных железок. С японским клеймом. Мало. Пара штук. Но мы же не о прибыли сейчас говорим. Нам больше и не надо.
Я замолчал, прошелся вдоль прилавка, провел пальцем по деревянному покрытию, стирая невидимую пыль. В таких разговорах необходимо давать оппоненту возможность некоторые нюансы додумать самому.
— Похоже, ушлая шпана решила поживиться под шумок ночной перестрелки. Или сами хунхузы не поделили добычу и кто-то решил сбежать с долей. Суть не в этом. Суть в том, что в моих руках есть несколько полезных медяшек.
— Случайные мародеры, значит? — Чжао испытующе посмотрел на меня в упор. В его взгляде мелькнуло нечто отдаленно похожее на уважение, — Удобная находка, русский. Очень удобная. Ты хочешь, чтобы мои люди подложили на завод Секача твои медяшки?
— Все верно, — не стал выкобениваться я, — Твои люди получают пару медных чушек. Подкидываете их хунхузам. В самые укромные, но правильные места. Японцы получают сигнал, находят краденое и стирают хунхузов в пыль. Вы заходите на чистую территорию. Взамен ты прямо сейчас закрываешь долг Шэня.
— А как быть с губернатором? — хмыкнул китаец, — Бао ждет девчонку.
— Сообщишь прискорбную весть. Внучка лекаря внезапно скончалась от легочной чумы. Сгорела за ночь. Обычное дело для харбинских трущоб.
— Бао Гуйцин не дурак. Пришлет своих доверенных людей проверить труп.
— Значит, покажете труп, — пожал я плечами. — В Харбине каждую ночь замерзают десятки нищих. Найдите подходящее тело молодой девушки. Щедро засыпаете негашеной известью, заматываете в чумной саван и кладете в наглухо заколоченный гроб. Гроб сжигаете немедленно, ссылаясь на строгие санитарные предписания КВЖД. Ни один чиновник губернатора, да и сам Бао, не рискнет подойти к чумному гробу на пушечный выстрел. Инстинкт самосохранения всегда перевешивает похоть.
Линь Чжао усмехнулся. Жесткая, безупречно циничная логика явно пришлась ему по вкусу. Подсунуть фальшивый труп высокопоставленному чиновнику, прикрывшись санитарными правилами — идеальный ход, позволяющий всем сохранить лицо.
— Губернатор будет разочарован.
— Подгонишь другую красавицу из борделей Фуцзядяня. Переживет. А вот контроль над Старым Харбином — это реальные деньги и безграничная власть. Выбирай, Линь. Либо мы устраиваем кровавую баню в этой аптеке прямо сейчас, либо выходишь отсюда будущим хозяином Старого города.
Глава 13
Я решил забрать Манью и Шэня с собой на лесопилку. Глупо? Возможно. По-хорошему надо бы упаковать вещички деда и его внучки, посадить на поезд да отправить подальше от Харбина. Хороший травник в Китае нигде не пропадет. В конце концов, от загребущих рук Триады спас — достаточно. Мы уже в расчете.
Однако повел я себя совсем иначе. Видимо, с новым телом мне передалась нехилая концентрация юношеской дурости и гусарского идиотизма. Никакими другими причинами свое поведение объяснить не могу. В мою голову отчего-то втемяшилось, что девице и деду будет лучше на лесопилке. Ну и вроде как я им должен. Жизнь должен.
— Собирайте вещи. Прямо сейчас, — скомандовал семейству, как только Чжао покинул лавку. — Берете самое необходимое. Инструменты, редкие травы, личные вещи. Тяжелую утварь, одежду, мебель бросайте. Купим новые. У вас десять минут на всё по всё.
Мастер Шэнь не проронил ни слова. Все-таки есть у азиатов эта манера смотреть на жизнь сквозь призму фатализма. Он отнесся к случившемуся как к данности. Жизнь в долг у Триады закончилась, начался новый этап под крылом безумного русского. Обсуждать тут нечего.
Лекарь коротко кивнул и молча засеменил в сторону подсобки.
А вот Манью переходить к сборам не торопилась. Она замерла напротив меня. Смотрела прямо в глаза и всем своим видом демонстрировала недвусмысленное — чтоб ты сдох, русский князь! Удивительно неблагодарная особа.
— Ежели дамочка будет стоять и глазами искрить, мы так лишних проблем накликаем, — недовольно буркнул Тимофей. Неприязнь вахмистра к китаянке никуда не делась. Даже наоборот, стала сильнее, — Поторапливаться надобно, барышня. Чай в «гляделки» играть и дома можно.
«Барышня» на вахмистра даже не посмотрела.
— Вы обращаетесь с нами, как с купленным скотом, — процедила она сквозь зубы.
В черных глазах полыхнула смесь уязвленной гордости и бессильной злобы. Фраза эта, конечно, предназначалась конкретно мне.
— Обращаюсь с вами как с людьми, жизни которых только что выкупил у «Зеленой банды», — жестко отрезал я в ответ. — Оставим лирику для дешевых романов. Линь Чжао закрыл долг, но губернатор Бао Гуйцин пока еще надеется заполучить новую жену. Если его ищейки найдут вас, а они непременно найдут, вряд ли Триада пожелает вмешиваться. Да и я повторно не полезу. Хочешь стать младшей наложницей в гареме чиновника ради мнимой независимости? Оставайся. Деда я заберу в