«Найти мертвеца» начинается с пешего путешествия Гарриет Вэйн по Юго-Западной Англии, во время которого она занимается самокопанием, а также празднует освобождение из тюрьмы – при помощи Питера Уимзи, – куда ее упекли по обвинению в убийстве бывшего любовника. На побережье Гарриет обнаруживает труп – как же без этого, – и на протяжении всего остального романа Вэйн и Уимзи торчат в приморском городке, где, наслаждаясь обществом друг друга и сыскной работой, разбираются в алиби подозреваемых, мотивах и причинах смерти.
Быть может, мне стоит привнести в новую книгу кое-что из личного опыта, приобретенного в ходе расследования смерти Мэй, – а именно, добавить туда ту гамму эмоций, которую мне самой довелось испытать? Сделает ли это историю более содержательной, оживит ли ее? Например, описывая реакцию Гарриет, когда она наткнулась на берегу на труп, можно обратиться к своим собственным чувствам при осмотре места, где было обнаружено тело мисс Дэниелс. Пожалуй, облагородит мое произведение и печаль, что охватила меня во время повторения маршрута Мэй в последний день жизни, а также изучения ее личных вещей. И еще можно упомянуть о дискредитации прессой женщин. Писателям рекомендуется излагать на бумаге то, что им хорошо известно: пожалуй, никто не посмеет обвинить меня в том, что я поступаю иначе.
Заметив вдалеке знак Стратфорда-на-Эйвоне, я сразу же вспоминаю замечательный выходной, который в детстве провела там вместе со всей семьей. Мы с Айви в сопровождении родителей гуляли вдоль реки – такой ослепительной от множества лебедей на воде, – а потом смотрели захватывающую постановку «Гамлета». Само собой, пьеса разожгла во мне кратковременное подростковое желание стать актрисой, но еще мне кажется, что именно она и заронила в мою душу семя пристрастия к детективам. В конце концов, кто же Гамлет, как не сыщик? Ведь герой этот отчаянно стремится раскрыть убийство своего отца. Литературоведы, как пить дать, возразят, что смысл произведения значительно глубже, но мои юные уши и глаза уловили тогда только детективную составляющую.
Поезд мчится через простор полей, то ровных, то холмистых, усеянных каменными коттеджами, но постепенно пасторальный пейзаж сменяется городским. Приближается пункт назначения, и, хотя до прибытия на станцию остается еще несколько минут, я убираю блокнот, черновик нового романа и письменные принадлежности в сумку. Бессмысленно тешить себя иллюзией, будто на финальном отрезке этого путешествия протяженностью сто двадцать миль мне достанет умения сконцентрироваться для написания книги. Все мои мысли уже сосредоточены на следующей стадии нашего расследования – тщательном изучении дней, предшествующих исчезновению Мэй.
А для этого, ясное дело, необходимо поговорить с Селией.
Паровозный гудок возвещает о прибытии на железнодорожную станцию «Бирмингем-Нью-Стрит». Я готова к выходу и поднимаюсь еще до полной остановки поезда. Когда мы подъезжаем к вокзалу, огромному сводчатому сооружению из стекла и металла, некогда самому высокому в своем роде, из локомотива вовсю валят клубы пара; облако настолько густое, что я едва различаю ведущие на платформу ступеньки вагона и, оказавшись внизу, врезаюсь в другого пассажира. Вернее, это я так думаю поначалу.
– Дороти! – восклицает Агата. – Очень рада столкновению с вами!
Не могу не рассмеяться в ответ. В конце концов, моя подруга отпускает шуточки довольно редко, и потому сие достойно поощрения.
Агата вызвалась помочь мне расспросить Селию и, по сути, взяла на себя задачу договориться с девушкой о встрече. Хотя та несколько раз и давала показания после исчезновения Мэй, отправляться во Францию на новые допросы она категорически отказалась, в то время как принудить ее к этому на законных основаниях, судя по всему, невозможно. Ни в коем случае не виню бедняжку, поскольку пресса определенно твердо вознамерилась подать визит мисс Дэниелс в Булонь в самом неприглядном свете, и гнусные инсинуации относительно употребления наркотиков и распутного поведения Мэй бесчестят также и Селию. Но как же все-таки Агате удалось добиться успеха там, где потерпели неудачу профессионалы?
Я сердечно обнимаю подругу, и она со смешком отзывается:
– Обычно фанфар я не удостаиваюсь. За что такая честь?
– Вы не только уладили проблему, возникшую в нашем расследовании, но и спасаете меня от писанины. Срок сдачи очередного романа неумолимо надвигается, – со вздохом признаюсь я.
– Ох уж этот леденящий душу срок сдачи! Надо мной он тоже нависает довольно зловещим образом.
– «Загадка Эндхауза»? – интересуюсь я. Сюжет этого очередного романа Агаты Кристи представляется мне самым изощренным из всех ее произведений.
– Да. Ах, как бы мне хотелось по-настоящему отдыхать в Корнуолле, а не писать о нем детектив! – сетует она.
– Как я вас понимаю! Гарриет Вэйн и Питер Уимзи расследуют убийство, которое произошло на пляже.
Агата издает сочувственный смешок:
– Недосягаемая мечта! Боюсь, сегодня нам придется довольствоваться Бирмингемом.
– По крайней мере, нам удалось согласовать прибытие сюда. – Я приехала из Лондона, а Агата навещала сестру с мужем в их поместье Эбни-Холл под Манчестером, потому поезда мы подбирали с особым тщанием.
– Я была только рада удрать из тисков деспотичной сестры, так что это вы меня спасли, Дороти, – заявляет подруга. – После смерти матери – а с тех пор прошло уже много лет, заметьте, – Мэдж возомнила, будто обязана взвалить на себя ее роль. Только вот таким тираном даже наша мама никогда не была. При этом сестру совершенно не волнует, что я давно уже взрослая и у меня самой есть ребенок.
Агата имеет в виду свою дочь Розалинду, о которой, вообще-то, упоминает весьма редко. Размышляя над этим, я следую за ней по платформе на вокзал, примыкающий к зданию в итальянском стиле – гостинице под названием «Королевская Северо-Западная». Затем, переведя дух после двух лестничных пролетов, интересуюсь:
– Как вам удалось уговорить Селию встретиться с нами? То есть, конечно же, мисс Маккарти, – поправляюсь я. – Нужно привыкать называть ее так снова.
Губы моей спутницы слегка растягиваются в лукавой улыбке, и по лицу ее пробегает тень былой Агаты Кристи. Той, походка которой была столь стремительна, что алый шарф так и развевался у нее за спиной. Той, которая на презентациях своих книг щедро сыпала шутками. Той, которую я встречала лишь мимоходом, а остальные Королевы и вовсе не знали.
Она окидывает меня взглядом из-под опущенных полей свой старенькой серой шляпы.
– А кто сказал, что мне это удалось?
Я замираю как вкопанная.
– Агата, вы меня пугаете! Мы что же, приехали аж в самый Бирмингем, не условившись заранее о встрече?
Она берет меня под руку:
– О, мы непременно встретимся с мисс Маккарти, можете в