– Подожди, Пиппа.
Аша взялась за бортик тележки Пиппы.
Пиппа схватила свою сумку, вскинула руки вверх и попятилась.
– Пожалуйста, Аша, не надо. Не сегодня. Я сейчас ни о чем не могу говорить. У меня в голове все перепуталось.
– Что перепуталось? Не понимаю.
Аша подошла к ней ближе.
– Джерри. Школа. Чарльз. Я все испортила, но говорить сейчас об этом не могу. Мне нужно в полицию.
Глаза Аши расширились.
– Ты что-то вспомнила об убийстве Джерри?
– Да. Вроде того. Чарльз сказал полиции, что видел кого-то в бледно-голубом рядом с Джерри, в окне, и полиция обязательно просмотрит фотографии – узнать, кто во что был одет в тот день. И они увидят, что в бледно-голубое была одета я. Не знаю, действительно ли он меня видел или пытается подставить. Все знают, что он хочет от меня избавиться. И мне надо сказать полиции, что я в тот день заходила к Джерри, ведь если они узнают, что я солгала…
– Ты была в кабинете Джерри?
– Мэнди была за крикетным павильоном с Хинчем, и я знала, что никто меня не остановит, если я пойду к Джерри поговорить насчет платы за школу.
– Я думала, она весь день просидела за своим столом.
– Она соврала.
– Ты хочешь сказать, что войти в кабинет мог любой…
– Да. Но это был не любой. К нему зашла я, и понятно, что подумает полиция. А потом был Чарльз, и… тоже погрешил против истины. Слушай, мне надо идти.
– Что значит «потом был Чарльз»? При чем тут Чарльз?
– Боже, я уже не знаю, что и думать. Не слушай меня. Зря я об этом заговорила. Прости. Мне правда надо идти. Увидимся позже, дорогая.
Она ушла, оставив Ашу с тележкой и ее вопросами. Пиппа, не поднимая глаз, поспешила уйти тем же путем, каким пришла, не обращая внимания на боль в лодыжке, которая то появлялась, то исчезала. У входа болтали две женщины. Пиппа хмыкнула, обойдя их, всем видом показывая свое недовольство. У дверей кто-то собирал деньги на благотворительность, и она отвела взгляд в сторону. Она о себе-то позаботиться не может, что уж говорить о благополучии птиц, кошек или на что там сегодня собирают деньги.
Выйдя на солнечный свет, Пиппа прищурилась. День словно выцвел. Все было желтым – тротуар, небо, машины, – цвет высохших костей. От прошлого ничего не осталось.
Остановившись у перехода, она попробовала вспомнить, где оставила машину. Посмотрела налево, направо и все-таки вспомнила: припарковалась на холме, на одной из погрузочных площадок у старого банка, чтобы было пространство – удобно открыть дверь машины. Пространство. Большое, высокие потолки. И Джерри. Бедный Джерри.
Пиппа услышала, как ее окликает Аша, но она уже искала в сумочке ключи и выходила на дорогу – поскорее отойти от этих неудобных вопросов. Нужно время, чтобы привести мысли в порядок, а уже потом идти в полицию.
Пиппа даже не услышала визга тормозов.
Не заметила, как на нее надвигается машина.
Только открытый рот и широко раскрытые глаза женщины на другой стороне дороги заставили Пиппу остановиться. А потом – машина. И удар. Но, как ни странно, никакой боли.
Снова возникло чувство невесомости, как в тот раз, когда ударила Джерри тортом. Но на сей раз она действительно летела. И небо – такое голубое. Только посмотрите. Ни облачка.
Но потом она поняла, что падает, а машина еще движется, шины визжат по асфальту, и это плохо. Совсем плохо.
Последнее, о чем она успела подумать, прежде чем все вокруг заволокло черным, – а как же водитель? Бедняга. Хотя что ему сделается? Ведь, скорее всего, виновата она сама.
Как обычно.
Глава 21
Через одиннадцать дней после смерти Джерри
– Пиппа, ты меня слышишь?
– Она внезапно выскочила прямо перед моей машиной.
– Пиппа, это я, Аша. Скорая уже едет.
– Она вообще не смотрела, куда идет. – Синяя «тойота» стояла рядом с лежащей Пиппой, двигатель продолжал урчать. По лобовому стеклу расползлась паутина трещин. Следы шин на асфальте говорили о том, что водитель дал по тормозам. – Клянусь.
Седовласый водитель в сером сам посерел, он стоял рядом с ними, и его серая тень падала на тело Пиппы. Пальцы впились в волосы, он тряс головой, не в силах прийти в себя от навалившегося на него кошмара.
– Я думал, она меня видит, а она знай себе идет.
Угловатый парнишка сидел на земле и поддерживал голову Пиппы.
– Так? – спросил он.
– Да, – подтвердила Аша, отчаянно пытаясь вспомнить, что ей говорили на занятиях по первой помощи несколько лет назад. – Главное, чтобы она не двигалась. Может быть, поврежден позвоночник.
Сквозь ропот собиравшейся толпы прорвался звук сирены. Аша едва не расплакалась от облегчения. Она действовала машинально. Но требовалась помощь.
– Уже едет скорая, Пиппа. Я их слышу. Держись. Все будет хорошо.
Она прижала голову к груди Пиппы. Только что было слышно слабое сердцебиение – и вдруг оно исчезло. Она смотрела на грудь Пиппы – поднимается, опускается? – но нет, движения не было.
– Не смей, Пиппа. Не смей. Даже не думай.
– С ней все будет хорошо?
Мелькнула чья-то тень.
Аша попыталась нащупать на шее Пиппы пульс, но правильно ли она его ищет? Слишком сильно нажимать нельзя, еще и место надо найти.
– Господи.
Она взяла кисть Пиппы, положила пальцы на вялые вены. Прижать. Найти нужную точку. Искать признаки жизни.
– Пиппа, прошу тебя. Оставайся со мной. Не исчезай.
Сирена звучала где-то вдалеке, громче не становилась. Ремонт дороги. Или пробка.
Аша опустилась на колени.
– Поддерживай ей голову, ладно?
Подросток кивнул.
Аша положила тыльную сторону ладони на грудь Пиппе. Другую руку – сверху.
– Не знаю, смогу ли я, – пробормотала она.
– Сможете, – сказал подросток.
Она посмотрела на растущую толпу зевак. Никто не кинулся к ней на помощь. Надо рассчитывать на себя.
Глубокий вдох.
– Я не позволю тебе умереть, Пиппа Ярдли. Не выйдет.
Глава 22
День несчастного случая с Пиппой
За пять лет, что Кэти Лейн работала в школе «Аберфал», так много народу на родительское собрание еще не приходило. Отис Блейк принес дополнительные стулья. Кэти взглянула на часы, потом на Чарльза Ярдли, который шел к ней.
– Где Пиппа? – спросила она.
– Не отвечает на звонки. Обычное дело, – сказал он негромко, сквозь зубы. – Не приехала забрать мальчиков из школы. Не пришла на собрание, где должна выступать. Дает понять, как мне будет плохо без нее, когда мы разведемся.
Он перехватил взгляд Хелены-Луизы и замолчал.
– Не волнуйся. Я с